Воин темной планеты (СИ) - Карвен Анна - Страница 39

Так почему же меня волнует её мнение обо мне? Почему она внезапно кажется такой испуганной, когда стоит в своем мехе и шарфе из Сказаджика?

Этот человек не перестает удивлять.

Странное, прекрасное существо.

Я не знаю, что с этим делать, поэтому поворачиваюсь и следую за сэнси.

— Следи за тем, чтобы мой слуга не беспокоился, — приказываю я, оставив её в прихожей. Эбби достаточно умна, чтобы не спорить.

Вспышка беспокойства по поводу её благополучия снова посещает мою голову. Опять же, странно иметь такие мысли. Я отталкиваю их. Неважно. Она будет в порядке. Ни один кордолианец в здравом уме не посмеет побеспокоить слугу другого дома.

Эбби

Хорошо, я поняла. Тарак продолжает эту игру в господина-слугу, потому что не хочет вызывать подозрения. Тем не менее это действует мне на нервы. Я вздыхаю и прислоняюсь к стене. Я сижу на предмете на подобие обитого дивана, и мне интересно, что, черт возьми, Тарак делает в таком месте.

Кажется, он не из тех, кто может пойти и воспользоватся услугами, что предлагает это заведение.

Я должна об этом знать. Свои желания он уже продемонстрировал не так давно, там, на веронском погрузчике.

Я на мгновение закрываю глаза. Тот факт, что Кития так чертовски холодна, является скрытым благословением. Это позволяет мне прятать свою человечность и избегать проверки этих хищных кордолианцев.

Ну, всех хищных кордолианцев, за исключением одного.

Этот конкретный кордолианец в настоящее время собирается поговорить с парнем только Юпитеру ведомо о чем, оставив меня сидеть и размышлять в этой замерзшей комнате ожидания. Именно этот кордолианец сводит меня с ума, как в хорошем, так и в плохом смысле.

В комнате раздается звук звенящего метала, и я вижу практически обнаженного мужчину-эскорта, или кем он там был, возвращавшегося из того места, куда отвел Тарака.

Он уставился на меня подозрительными желтыми глазами и сказал что-то на кордолианском.

Я игнорирую его. Всё равно не могу понять, что он говорит, а мой папа всегда советовал мне не разговаривать с незнакомцами, особенно если они одеты только в металлическую вышитую набедренную повязку и пирсинг. Килограммы пирсинга.

От него мурашки по коже.

Он снова что-то говорит. Я смотрю на него, даже не шелохнувшись. Хочется сказать ему, что я не знаю, мне плевать и не хочу иметь с ним ничего общего, но он всё ещё не отрывает от меня взгляда.

Он вызывает у меня такое же странное чувство, как и тот извращенец-ученый на Станции флота.

Серьезно, что это с кордолианцами и этим их психо-менталитетом? Интересно, это как-то связано с нехваткой у них женщин.

Ко мне подошел Прилизанный Блестяш. Его тощее, безволосое тело блестело под сюрреалистическим преломляющимся светом, который танцует по всей комнате.

— Женщина, — говорит он, переключаясь на универсальный язык, его голос звучит мягко и ласково. — У нас здесь не так много таких, даже среди слуг. — Он наклоняется ближе и глубоко вдыхает. — Но твой запах странный. Что ты такое? Веронианка? Ламиду? Ка'аран?

Я не знаю даже и половины названных инопланетян. Игнорирую его, делая вид, что не понимаю.

— Ваш господин, должно быть, очень привязан к вам. Он держит тебя довольно близко. Ты его любимая игрушка?

Под большим пушистым мехом моя рука ложится на кинжал, привязанный к бедру. Так, на всякий случай.

— Почему бы нам не заглянуть под шарф? Не волнуйся, девочка, я не причиню тебе вреда. Мне просто любопытно, вот и всё.

Он пахнет странно. Вроде как жидкость для мытья посуды. Это попытка кордолианцев в парфюмерии?

Он тянется к моему капюшону, намереваясь стянуть его вниз.

Угадайте что? Раньше я не знала, смогу ли кого-нибудь заколоть, но сейчас передумала.

Я вытаскиваю кинжал, поднося его к шее Прилизанного Блестяша.

— Мой господин будет очень расстроен, если узнает, что вы осмелились прикоснуться ко мне. Вы видели его. Как вы думаете, на что он способен?

Серьезно? Этот парень-эскорт под кайфом? Любой, у кого хотя бы половина извилины, взглянул бы на Тарака и принял разумное решение, даже если бы не знал, кто он. Решение, которое не предполагает сокращения продолжительности жизни. У некоторых парней просто на лице написано «посмотри на меня косо и тебя наверняка ждет смерть». Тарак как раз один из таких.

Эта мысль кажется отрезвляющей для эскорта, потому что он замирает, а его серебристая кожа бледнеет. Так что, видимо, где-то в этой сумасшедшей синеволосой голове есть хоть капля здравого смысла.

Тот факт, что я прижимала кинжал к его шее, похоже, помог ему в процессе принятия правильного решения.

Он уходит, бросая на меня поспешный неуверенный взгляд.

— Прошу прощения. Это гормоны. Иногда мне трудно контролировать побуждения. Пожалуйста, не говорите ему об этом.

Его тон сменился с самоуверенного самодовольства на слабое нытье.

— Я подумаю над этим.

Я пожимаю плечами, вставляя кинжал обратно в ножны. Для расы, которая якобы такая пугающая и устрашающая, эти кордолианцы не оправдывают репутацию. Ну, кроме того самого, вы знаете, о ком я. Но половина из них кажется идиотами.

Подумать только, раньше я беспокоилась, что они все будут похожи на Тарака и его команду.

Моя догадка была верной. Тарак отличается от этих парней. Он выделяется, даже не осознавая этого. Я заметила это ещё тогда, когда мы шли через Торговый рынок. Потом это стало ещё более очевидным, когда мы добрались до района удовольствий.

Неважно, насколько он пытается смешаться с толпой, с этим ничего нельзя поделать. Это в том, как он стоит. В том, как он ходит с грациозной четкостью, каждый шаг целенаправлен и без лишних движений. Это то, как он выглядит и ведет себя с военным, даже когда одет в простую одежду. Броня или нет, он стоит как генерал и отдает приказы как генерал. Даже простой процесс покупки звучит так, будто он отдает боевые команды.

Если бы у нас было больше времени, я бы научила его одной или двум уловкам, как смешаться с толпой.

Генерал всегда настороже, сканирует толпу, наблюдает за выходами, ищет первые признаки опасности.

Думаю, он не может ничего с этим поделать. Так уж он устроен. И мне он нравился именно таким.

Большой Плохиш был властный, но надежный, безжалостный, но внимательный, крепкий, но глубоко чувственный. Ходячее противоречие.

Его защитные инстинкты были просто убийственными и также ужасающими.

Прилизаный Блестяш даже не осознавал этого, но я сделала ему огромную услугу.

И я только что кое-что решила. Генерал поедет на Землю со мной.

Он просто этого ещё не знает.

Тарак

— Это где-то здесь. — Берад Сокал, владелец борделя, контрабандист и неофициальный «босс» четвертого квартала, стучит по панели рядом с голографическим экраном. Он проводит рукой по темным волосам, нетерпеливо постукивая кибернетической ногой. — Ах. Вот оно. Код доступа для наземного летуна. Он не зарегистрирован, не помечен и не отслеживается. Немного стар и медлителен, но ты доедешь туда, куда тебе нужно. — Он прищуривается. — Немного необычно, что вы пришли сюда без предупреждения, генерал. Что-нибудь случилось?

— Тебе не о чем беспокоиться, Берад.

Я изучаю символы на голографическом экране, запоминая код доступа.

— Он припаркован в двух секциях отсюда, в сером ангаре рядом с мясным магазином. Ты не пропустишь это. — Он присоединяется ко мне, когда я встаю, и проводит меня к двери. Его походка слегка неровная из-за замены ноги на кибернетическую.

— Прошло некоторое время с тех пор, как я был военным, но знаю, когда что-нибудь случается, Тарак. Я не настолько глуп, чтобы спрашивать, но просто будь осторожен.