Хиван (СИ) - Горобейко Василий Васильевич - Страница 15

И вообще, у них вчера двух родственников убили, молодых парней, а они весело смеются и хвастаются подарками да обновками. В родном Пашково, случись не дай бог что-нибудь подобное, бабы бы не один день белугой ревели. А мужики подпили бы на поминках да отправились мстить супостату. Нет. Не правильно это как-то. Не по-нашему. И нечего ласковым к себе отношением обольщаться. Эта доброта сродни той, какую справная хозяйка к племенному бычку питает. Кормит, ласкает, телок водит, но срок придет, она его под нож без грамма сожаления пустит. А вот напади он на них сейчас, угони машину и ударься в бега, так они же искренне возмущаться будут: чего этому неблагодарному Хивану не хватало?

Причем они-то ладно - пусть возмущаются. Плюнуть и растереть. А вот со своей совестью как договориться? Поедом съест, если он без веского повода злом на добро ответит. Уж лучше к раханам в плен. Там хотя бы все ясно будет. Либо они наниматели, а он наемный работник за плату занимающийся дрессурой какого-то хищника (кстати, интересно какого?), либо они хозяева - он раб, а значит, может не стесняться в выборе средств для своего побега. Вот только понять бы куда бежать, а для этого нужно больше узнать об этом мире. А ведь для этого годиться любой источник!

Иван решительно направился назад в дом.

- Аскар, расскажи мне о мудулах.

Познания пленного в русском языке оказались не лучше, чем у Забелина в английском. Но Иван был настойчив, и где с помощью слов, где жестов, а где и рисунков, наконец, смог понять, что у них всего два койса. Причем родная для пленников община гиси, расположенная вверх по течению реки, бедная и маленькая. Зато их родичи вейша, живущие в горах на юго-западе, богатые и многочисленные. Раньше они много рабов продавали соседям: чехов, поляков, словаков, болгар, хорватов. У них по соседству два бункера, куда эти ребята проваливались из своего Мира. Но в прошлом году братья славяне, наконец, объединились и стали устраивать постоянные посты у бункеров, а заодно минировать подходы. После того как гиси потеряли кучу бойцов и три машины, до них наконец дошло, что надо искать другие способы заработка. Но ничего умней, чем заняться гоп-стопом на дороге, они не придумали. Только оказалось, что оставшихся двух машин для этого маловато. Вот они и решили еще одну раздобыть у заклятых соседей-врагов. Результат, как говорится, на лицо!

Аскар даже примитивную карту нарисовал, на которой обозначил бункеры и два славянских поселка. Вот только толку от нее было мало. Со стороны степи все проходы были тщательно заминированы, а по дороге на север упрешься в хавийский город Хавадле. На юге по трассе тоже никак не миновать другой хавийский город Суук. Конечно, про способы проникнуть на территорию славянских общин бандит рассказывал не с целью помочь Ивану. Просто пытался оправдать свой провальный налет. Мол, иного выбора не было, в курятник лисе ну никак не пробраться! А горы, города и дорогу так и вовсе нанес в качестве ориентиров.

Забелин искренне порадовался за братьев славян, которые, наконец, дали укорот наглым хавикам. Он даже начал планировать побег на угнанном пикапе. Доехать до минных полей, бросить машину и пешочком по речке вверх. Маловероятно, что они мины под воду ставить будут. Горная речка очень запросто эти мины замоет, а то и подорвет какой-нибудь подмытой корягой. Вот только обрадуются ли ему эти дальние родственнички, или на всякий случай демократично поставят к стенке, как носителя враждебной идеологии. Как там Радка сказала: "фашисты и коммунисты у нас заказаны". Сам Иван себя естественно ни к тем, ни к другим не относил, но вспомнил разговор с одноклассником, уехавшим жить в Киев по окончании школы. Тот зачем-то приехал на встречу класса и испортил всем настроение, обвинив оставшихся в России одноклассников во всех смертных грехах: москали, ватники, фашисты, оккупанты, террористы! И столько злобы в нем было, что, наверное, будь его власть, всех к стенке бы поставил. А так, просто вылил на них ушат грязи и ненависти и поехал в Магаданскую область на заработки, золото мыть.

Проснулся Жирх и потребовал свою порцию еды и внимания. Иван как раз заканчивал кормление медвежонка, когда в дом без стука ввалился крупный бородач в бейсболке. Встав в дверях, он сходу начал отчитывать неудавшихся налетчиков. Те вяло отбрехивались. Поделом. Забелин решил не мешаться при семейных разборках и, прихватив питомца, не спеша направился к выходу.

- Простите, пропустите меня, пожалуйста, - максимально вежливо обратился он к загородившему проход гостю.

В ответ бородач неожиданно оттолкнул Ивана и что-то зло сказав, плюнул ему под ноги.

- Хамишь? - удивился Забелин.

Он поудобнее переложил Жирха на сгиб левой руки, а правой, пока по-прежнему вежливо, попытался отстранить хамоватого гостя, чем окончательно вывел хавика из себя. Схватив левой рукой Ивана за грудки, он резко махнул правой рукой и выщелкнул лезвие, выскочившего из рукава, складишка. Брызгая слюной в лицо, чем-то не угодившего ему русского, он стал угрожающе крутить ножичком перед его лицом.

- Сам напросился, - улыбнулся Иван.

Не обращая внимания на ножичек и не переставая улыбаться, он вывернул наглецу кисть, одновременно сместившись вправо и в бок. Затем крутанул руку вверх, продолжая выворачивать кисть, и резко подсек бородача под колени. Не успев понять, что случилось, гость оказался стоящим на коленях и почти уткнувшимся лбом, в им же заплеванный, пол. То ли от боли, то ли от испуга, хавик заверещал испуганным зайцем.

На шум дверь распахнулась, и вся неприглядная картина предстала перед весьма взыскательным жюри. Иван успел заметить весь цвет "своего" койса, включая старейшин, и пять незнакомых хавийя, судя по бейсболкам, сородичей Арсана. Пожав плечами, он выпустил "жертву" и неторопливо шагнул за порог. Почувствовав движение за спиной, резко качнулся корпусом влево. Вполне ожидаемо перехватил руку с ножом и, выкручивая ее по часовой стрелке, придал неугомонному хаму дополнительное ускорение. Не ожидавший такой подлости бородач перелетел через бедро Забелина и со всей дури шлепнулся на спину, чувствительно приложившись затылком о ботинок одного из зрителей. Иван зафиксировал напавшего, наступив ему на подмышку и продолжая удерживать руку с ножом. Затем, так и не выпустив Жирха, и не перестав улыбаться, он отобрал ножик, который оказался закреплен под рукавом на резинке. Перерезал резинку и с легким поклоном передал трофей своему убару, наконец отпустив агрессивного гостя.

Все это заняло считанные секунды. И только когда Забелин со скромным, но независимым видом, прислонился к косяку, зрители пришли в движение. Соплеменники помогли подняться поверженному гостю. А местный жрец, осмотрев Ивана на предмет порезов, удовлетворенно кивнул и с гордым видом направился в тало. Следом потянулись и остальные зрители. Рядом с Забелиным осталась только товарищ Роза.

- Значить, ты не только лечить умеешь. Напомни, что ты говорил о своей службе?

- Так ничего и не говорил. Никто ведь не спрашивал.

- Считай, что я спросила. Где служил?

- На востоке, на границе, кинологом.

- В пограничной страже на границе с Японской империей?

- Ну, можно и так сказать. Хотя у нас Япония никакая не империя.

- Неужто самураи своего императора свергли? - в голосе Розы прорезались восторженные нотки.

- Вообще то, нет. Не свергли, но он там практически никакой власти не имеет. Да и самой империи давно уже нет, только острова и остались.

- Ну и ладно. Эта Япония теперь далеко, а вот оскорбленный тобой убар мудулов, он тут, рядом. Ты теперь его личный враг. Из-за чего все получилось?

- Сам не пойму, - пожал плечами Забелин. - Я просто выйти хотел, что бы их крики не слушать, а он за грудки, да за нож. Бешенный какой-то!

- Сказка среди хавийя ходит про злого русского-оборотня Биликоу53. Детей им пугают. Вот пацаны тебя за него и приняли, а Шибан хотел им доказать, что ты обычный человек. Но, похоже, сильно ошибся, - Роза призадумалась. - Ты погуляй пока. Каро проведай или Радку навести. Не нужно, что бы тебя сейчас мудулы видели. Как совет кончится, я тебя сама найду.