Гори во мне (СИ) - Сакру Ана - Страница 64

В остальном же мир хоть и странный, но вполне спокойный. Кажется.

Повела плечами, испытывая странное чувство дискомфорта. Не взгляд, но…

Посмотрела в боковое зеркало. Автомобиль, пока еще мало заметная точка, но с каждой секундой все ближе и ближе. Его скорость явно выше нашей. Красный, с нарисованным гербом на капоте. Внутри все сжалось от нехорошего предчувствия. Патруль.

— Кит! — толкнула его совсем не нежно, чувствуя, как липкий страх ползет по позвоночнику, — Вставай, патруль сзади.

— Что? — просипел Кот со сна, потирая не желающие открываться глаза. И тут же подскочил, услышав включившуюся сирену.

— Твою мать, это точно ростовщица нашла способ нажаловаться. Сука, — зарычал тихо, доставая длинный охотничий нож из сапога, — А ты: «не убивай, не убивай». Вот тебе и «не убивай», Лесси. Сколько их там? Это фургон, человек восемь поместится спокойно. Еще и бабы.

— Может не она, может просто… — пробормотала я, защищаясь.

— Может и просто. Только на «просто» у нас тоже документов нет, — фыркнул Кит, потом скользнул взглядом по моему перепуганному лицу, и сразу сменил тон, — Ладно, извини, Лес. Успокойся, все хорошо будет, слышишь?

Его глаза впились в меня в ожидании ответа. Я неуверенно кивнула. Он ободряюще улыбнулся и спокойным голосом, совершенно не вяжущимся с ситуацией, сказал:

— Сворачивай на обочину. Мигают.

Из припарковавшейся за нами патрульной машины вышли две офицерши, огромные как горы. Пассажирская дверь фургона распахнулась, и оттуда вывалились еще четыре угрожающего вида дамы. Две из них держали заряженные арбалетные пистолеты, такие же, как были у Веды и ее охотниц. Я вжалась в сидение, смотря прямо перед собой, ожидая, когда первые две дойдут до нас.

— Не трясись так, Лесси, — проворчал Кот едва слышно.

— У тебя вид, как у осужденного перед казнью. Отомри, — Его горячая ладонь с силой сжала мои ледяные подрагивающие пальцы, — Ну что ты…

Тяжелая рука стучит в мое окно и я словно во сне открываю его.

— Добрый день, аяна, — низкий голос бесстрастный и ничего не выражающий. В ответ я растягиваю губы в пластилиновой улыбке.

— Здравствуйте.

— Можно ваши документы?

Я продолжаю улыбаться и смотреть на огромную тетку бездумными глазами. И тут мимо моего носа проплывает договор на машину, который офицеру протягивает Кит. Ну да, они же скорее всего на автомобиль и просят. Офицерша быстро его просматривает и, улыбаясь, смотрит на меня.

— Могу я попросить вас выйти?

— Что-то не так? — интересуется Кит будничным тоном, видимо понимая, что я не в силах выдавить из себя ни единого звука.

— Просто подписать протокол, даян. Формальность.

Офицер внимательно оглядывает Конуга, не скрывая живого интереса.

— Вы очень…крупный, — наконец выдает итог своего осмотра.

— Да, — пожимает плечами Кит, улыбаясь, будто тут не о чем говорить.

— Выходите, аяна. Пожалуйста, — женщина отступает, давая мне возможность открыть дверь.

Я глубоко вдыхаю и покидаю спасительный салон. Китен моментально дергает ручку со своей стороны и тоже выходит наружу. Я вижу нервную улыбку на его лице. И уже достаточно хорошо знаю его, чтобы понять, что она не предвещает ничего хорошего.

Мы вместе подходим к патрульному фургону вслед за старшим офицером. Она показывает наши документы одной из своих напарниц и переводит пристальный взгляд на меня.

— Знаете, странно, — женщина медленно растягивает слова, — Договор в порядке, но аяна Хель заявила об угоне сегодня утром и указала возможное направление. И вот мы находим вас. Думаю, вам лучше направиться с нами обратно в Остершир для выяснения всех обстоятельств. И еще могу я увидеть ваши личные документы? Вы явно не из наших мест. У вас есть разрешение на переход границы?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я чувствую, как сердце гулко ухает куда-то в пятки. Непроизвольно ловлю горячую ладонь Кота, с силой сжимая ее. Кит все так же улыбается, щурясь. Обводит женщин пристальным взглядом.

— Это недоразумение, офицер, — медленно произносит, — Мы очень торопимся к главной жрице. Я могу дать магическую клятву, что за машину мы заплатили согласно договору. Вы отпустите нас, и никто не пострадает.

— Даян, вы угрожаете сейчас? — женщина удивленно вскинула брови.

— Предлагаю и предупреждаю, — поправил Кит, — И вам лучше прислушаться к моему предложению.

Глаза старшей офицерши грозно блеснули.

— Руки за голову! — неожиданно зычно гаркнула она, — Вы арестованы именем Закона Орзои.

Я замерла, открыв рот. Черт! Кит начал медленно поднимать руки вверх, не переставая улыбаться. Опустил глаза в пол. И тут я почувствовала, как сила клокочет в нем, разливаясь по венам. Мгновение, и нож впился офицерше прямо в шею. Толчок, и я валяюсь на земле, сбитая Китом, видимо, чтобы в меня не попали.

— Скройся! — рычит он через плечо, выхватывая у второй табельное оружие.

И я ползу, пятясь, к нашей машине, смотря на происходящее распахнутыми от ужаса глазами. Чувствую взгляд на себе, поворачиваюсь на него и понимаю, что это конец. Пущенный маленький дротик, словно в замедленной съемке, вылетает из арбалета и гипнотизирует меня, неумолимо приближаясь. Наверно я могу увернуться, все так невыносимо медленно, но странное оцепенение сковывает меня. И я просто жду, когда неизбежное произойдет. Вдруг у самой моей груди появляется рука. И дротик вонзается в нее, моментально окрашивая красным рукав рубашки. Я вскрикиваю, и мир вокруг снова оживает, возвращаясь в нормальное время.

— Ты нормальная? — шипит Кит зло. Глаза светятся синим, не прекращая. Вытаскивает дротик из плеча с таким видом, будто пылинку стряхивает, — Живо за машину!

Я только успеваю подумать, как уже оказываюсь в укрытии. Черт. Я же могу двигаться быстро теперь. Я идиотка! Такая идиотка! Кота ранили из-за меня. В ушах так шумит от возбуждения, что я не могу расслышать, что происходит. Осторожно высовываю нос из-за капота и цепенею снова. Кит держит одну из офицерш за шею, приставив к ее горлу окровавленный нож. Оставшиеся три стоят полукругом напротив в напряженных позах, не смея двинуться. Два бездыханных тела валяются на земле. Я вижу, как на ткани на его плече медленно расползается кровавое пятно.

— Предлагаю вот что, — тихо произносит Котенок, — Вы трое сейчас уматываете отсюда к вороновой матери, а подружку вашу я беру с собой. Верну через три дня живой и невредимой. Если будете молчать. И мне плевать, как вы это объясните. Договорились?

Но они не отвечают, выжидающе смотря на него. Кит хмурится, и я тоже. Что-то не так. Не так! Интуиция вопит внутри меня, бьется раненой птицей.

— Не слышу… — Конуг вдруг покачивается, встряхивает головой, — …ответа.

Они начинают улыбаться, но все так же молчат.

— Великий воро… — Кит даже договорить не успевает, как оседает на землю, таща за собой офицершу, судорожно пытающуюся отдалиться от приставленного к горлу ножа.

Сердце так больно бьется о ребра, что отголосок от удара простреливает в левую руку. Я открываю рот в немом крике, с ужасом наблюдая, как кучерявая голова Кита безвольно откидывается на траву.

Нет-нет-нет! Вставай, ну же! Боже, он жив? Только бы жив!

Суки! Я перевожу затуманенный взгляд на оставшихся офицерш и чувствую, как внутри все закипает. Моя естество буквально разрывает от дикой смеси гнева и страха. Страха, что Кот не поднимется больше.

Тетка, у горла которой Китен держал нож, аккуратно выкарабкивается из-под его отяжелевшей руки и пинает его в бок носком сапога, сплевывая сквозь сжатые зубы.

— Выродок, — бормочет себе под нос, доставая арбалет.

— Лета? — одна из ее напарниц удивленно следит за этим жестом, — Ты чего? Он же в отключке. Берем худосочную ведьму и тащим их в Остершир.

— Его все равно казнят за убийство двух патрульных, Винни. Так что смысл тягать эту тушу туда-сюда? Кончаем обоих и вызываем уборщиков. Говорим, что сдохли при сопротивлении.