Товарищ Кощей (СИ) - Уксус Сергей - Страница 40

- ...и Водою Студёною...

...превращался обратно в человека. А Сергей...

- ...и Ветром Полуночным...

...бродил по ещё час назад наполненному жизнью селению...

- ...проклинаю кровь вашу до седьмого колена...

...и слушал. Тихий шелест ветвей под лёгким ветерком...

- ...и не будет ей места среди живых...

...карканье вороны, то ли жалующейся на отсутствие угощения...

- ...и не будет ей места среди мёртвых...

...то ли по-своему, по-вороньи приветствующей неприкаянные души, которым суждено теперь бродить...

- ...отныне и до скончания Времён! Да будет так!

А ведь сначала всё шло по плану. Точнее, по одному из вариантов, которых было всего два: если местные жители поддерживают наших -- представиться, расспросить об обстановке и так далее (или шустро уносить ноги!). А вот если они помогают оккупантам...

Оказалось, помогают и ещё как! Мало того, что появление мотоцикла на окраине селения (аул, да?) было встречено радостными криками, так ещё и встречающая делегация вышла: четыре старика, сопровождающие низкорослого кривоногого толстяка с узкими щёлками вместо нормальных глаз, блестящей физиономией и слащавой щербатой улыбкой. Толстяк этот гордо держал перед собой круглый медный поднос, на котором кучкой лежали красноармейские книжки и командирские удостоверения.

Рука Гусева потянулась к кобуре, но вместо этого вдруг сама по себе поднялась, брезгливо поворошила пальцем документы, и Сергей услышал, как он говорит этому... мурзе:

- Гут.

Теперь осталось изобразить заблудившихся, потыкав пальцем в карту, и уехать не попрощавшись. А Кощею... А что Кощею? Как ни крути, а он просто решил не рисковать и когда почувствовал, что напарник может сорваться, взял управление на себя. Если по-честному, надо бы ему потом спасибо сказать. Если по-честному...

Планы планами, а жизнь жизнью. Найдёныш, стоявший слева и на шаг позади Гусева, вдруг сказал:

- Господин капитан. А у них тут свиньи есть.

Серёга чуть было не послал его куда подальше с такими "важными" известиями, но вовремя вспомнил, что местным жителям есть свинину запрещает вера. А раз так...

- Ти... ест кушай... хрюшка? - и побольше брезгливого презрения во взгляд.

Старики, составлявшие свиту толстяка, дружно посмотрели на него так, будто увидели впервые, а сам мурза, отшатнувшись, мелко затряс головой и зачастил:

- Н-нет!.. Найн... Нихт... Нихт кушай! Хрюшка для доблестный немецкий армий!

Гусев смотрел на него как солдат на вошь, не зная, что сказать, но тут прорезался князь:

- Господин капитан! Разрешите сходить посмотреть!

Секунду подумав, Сергей кивнул, и Кощей с деловым видом направился к сараю, стоящему несколько в стороне от других строений. Теперь и капитан услышал долетающие оттуда похрюкивание и повизгивание. Что там собирался найти князь, непонятно, но пусть разомнётся. Пока же можно и дальше действовать по плану. Открыв планшет, Гусев достал из него карту в прозрачном защитном чехле и посмотрел на мурзу:

- Как... наме... на-сы-файт этот... - он повёл рукой вокруг, указывая на дома.

- А-а... аул! - радостно сообщил местный вождь.

- А-ул, - старательно повторил Сергей, посмотрел на карту, как будто пытался найти там селение с таким названием. Само собой, не нашёл, нахмурился и опять посмотрел на толстяка: - Как на-сы-файт этот а-ул!

- А-а... - абориген закивал, показывая, что понял, но в этот момент опять вмешался Пучков:

- Господин капитан!

Сначала Гусев подумал, что у него видения, вызванные той самой Силой, про которую всё время твердит Кощей. Затем -- что этого не может быть, потому что не может быть никогда. И только потом, наконец, признался самому себе, что видит в руках у князя человеческую голову. Кем-то обгрызенную человеческую голову. Которую Кощей вынес из свинарника.

Гусев медленно повернулся к мурзе, посмотрел на его побледневшее, покрытое каплями пота лицо и так же медленно потянулся к кобуре.

- Не так, - тихо проговорил рядом Кощей. На русском. И капитан осназа Сергей Гусев понял, что всякие игры и притворство закончились. И ещё он понял, что напарника теперь не остановить. Кощей, князь ночной, принял решение и выполнит его.

Как бы в подтверждение этих мыслей Сергея князь двинулся вперёд, к середине аула, всё так же держа в руках человеческую голову, и собравшиеся жители сначала расступались перед ним, а потом поворачивались и шли следом. И из домов тоже выходили и присоединялись к толпе. И -- Гусев почему-то был в этом абсолютно уверен -- с того конца селения тоже шли.

И им с Пучковым тоже пора было идти. Следом. В середину деревни. К колодцу. Потому что то, что должно было произойти, должно было произойти при них.

Ворона наконец смолкла, и Гусеву вдруг показалось, что он слышит чей-то тихий плач. Капитан, как раз в этот момент собравшийся сделать очередной шаг, застыл с поднятой ногой. Плач вроде бы повторился, и Сергей, так и не сделав шаг, опустил ногу на землю. Как-то не хотелось верить, что во всём селении не осталось ни одного живого. Человека, в смысле. Всякие разные звери-птицы наверняка уцелели -- ворона тому доказательство. А вот люди... Вдруг где-то остался маленький ребёнок? Он же погибнет!

Гусев прикрыл глаза и начал медленно поворачиваться, пытаясь определить, был плач или всё же нет, и в какой-то момент вдруг снова услышал редкие всхлипывания. Посмотрев в том направлении, он сделал несколько шагов -- всхлипывания стали ненамного, но громче. И капитан, почувствовав почему-то облегчение, негромко позвал:

- Кощей, здесь живые!

Когда в двух метрах перед Гусевым прямо из воздуха вышла фигура в фельдграу, каске и с МП-40 под мышкой, тот хотел было прокомментировать такое необычное -- не где-то сзади, чтобы упрекнуть потом в невнимательности, а на виду -- появление, но заглянул в потухшие глаза напарника на осунувшемся лице и промолчал. Просто указал рукой на дом, из которого слышал плач.

Князь посмотрел в ту сторону и коротко скомандовал:

- Пошли!

В первой комнате никого не оказалось, и Кощей с Гусевым дружно посмотрели на занавеску, заменяющую дверь в следующее помещение. За ней явно кто-то был -- это даже Сергей чувствовал при всей своей неумелости, что уж говорить о Кощее? Этот кто-то явно услышал, что в дом вошли, и решил спрятаться.

Князь перевёл взгляд с занавески на Сергея, показал один палец, потом два, потом три и вопросительно поднял... бровь. Хмыкнув, капитан прислушался к своим ощущениям и уверенно показал напарнику два пальца -- в соседнем помещении находились двое. Кивком подтвердив его правоту, Кощей отодвинул занавесь, вошёл в следующую комнату и резко остановился, глядя в левый дальний от входа угол. Вставший в дверном проёме Гусев посмотрел в ту сторону и увидел два сжавшихся в один комок тельца - во всяком случае так ему показалось. А ещё -- они боялись. Они очень сильно боялись, и когда князь сделал шаг в их сторону, страх этот ещё усилился.

Кощей тоже это почувствовал, одним движением убрал куда-то свой МП и опустился на войлок, устилавший в комнате пол. Сев по-турецки, он с минуту разглядывал перепуганных детей, а потом тихо и как-то гладко, без обычного для него скрипа и скрежета спросил:

- Гой еси, красны девицы? - подождал немного и, не дождавшись ответа, задал другой вопрос: - Почто кручинитесь? Почто слёзы льёте горючие?

Не дождавшись ответа и на этот раз, Кощей чуть повернул голову и всё так же негромко позвал:

- Гусев?

- Здесь, княже! - мгновенно отозвался Сергей.

- Бегом за Найдёнышем, приведи в порядок и оба бегом сюда.

- Понял, княже!

- И воду из колодца брать не вздумайте!

Площадка, на которой они расположились, находилась с обратной стороны возвышавшегося неподалёку от селения холма. Их на неё, "поговорив" с землёй, вывел князь. Вывел, сказал отдыхать и прилёг (свалился, так точнее) на склон -- погреться на солнышке. У девчонок, и без того смотревших на него во все глаза ("Да ладно! Не только на него!"), ещё и рты чуть не пооткрывались. Хорошо, что Пучков, имевший практический опыт общения с малолетним женским полом -- всё же двух сестёр без родителей поднимал -- принялся старательно их забалтывать. И истерики, будем надеяться, не допустит, и Гусеву с князем даст возможность подумать.