Товарищ Кощей (СИ) - Уксус Сергей - Страница 79

Можно было, конечно, сослаться на секретность и низкие допуски собеседников (причём и то, и другое было правдой), однако, находясь в хорошем настроении, Гусев предпочёл отшучиваться, ожидая, когда им это надоест. Однако им не надоедало, и прошло почти пятнадцать минут, когда майор вдруг почувствовал, что пора идти. Скомканно попрощавшись, Сергей кивнул Геку с безымянными, до этого сидевшим в дальнем углу и, попивая предложенный "местными жителями" кипяточек, о чём-то переговаривавшимся, и поспешил на выход.

Они успели отойти от блиндажа всего на два десятка шагов, когда вынырнувший из темноты Шило сначала завис в воздухе в метре от лица Гусева, а когда Сергей протянул к нему руку, не обращая на неё внимания, метнулся вперёд и обмотался вокруг шеи майора. Затем костяшки выдали короткую очередь перестукиваний, и этот... это шило в поповские задницы впилось в мочку левого уха. Гусев от неожиданности аж зашипел, однако проявил достойную красного командира и большевика выдержку и не стал выдирать страдающий орган из пасти... "вредителя".

Хотя, конечно, выуженная из памяти картинка с четырьмя игольно-острыми клыками в сантиметр каждый (и как они в пасти-то умещаются?) тоже оказала своё действие...

Терпеть пришлось всего несколько секунд, потом Шило как-то так удовлетворённо клацнул закрывающейся пастью, а Гусев вдруг понял, куда именно им следует идти и что вот сейчас лучше слегка наддать...

До центра города осталось три квартала, когда Сергей почувствовал, что противник будет за следующим углом, и сделал рукой знак "Внимание!". По этому знаку Пучков с Шарафутдиновым подтянулись ближе, а Абаев, наоборот, на несколько шагов приотстал, приготовив свой ППД. На несколько секунд отстранившись от окружающего, Гусев "прислушался" к его чувствам и удовлетворённо кивнул. Себе. Мысленно. Потому что обидой от самого маленького бойца в группе не "пахло". Совсем. А вот что он испытывал...

Конечно, разобраться в этом "букете" было бы интересно. Но -- потом. А пока...

Свернув за угол, Сергей чуть ли не нос к носу столкнулся со здоровенным -- куда там недавно виденному литовскому "лосю" - гансом в камуфляже и с МП на груди. Ганс, для которого эта встреча была полной неожиданностью, промедлил всего каких-то полсекунды, и эти полсекунды стали последними в его жизни -- ладонь Гусева ударила гитлеровца основанием в середину грудины, и майор рукой почувствовал, как сначала трескается, а потом переламывается толстая кость.

Проскользнув мимо ещё даже не начавшего падать тела (при таком разгоне проще обойти, чем отталкивать с дороги), Гусев подскочил к идущему за ним, нанёс точно такой же удар и... неторопливо (для нынешней своей скорости) отошёл в сторону. Ему вполне хватило двух убитых, чтобы понять: здесь для него противников нет. Даже Гек с Маратом, явно разогнавшиеся до своего предела, в нынешнем состоянии воспринимаются, как будто двигаются в воде. И Баха...

Абаев успел запрыгнуть в пустой оконный проём первого этажа и сейчас, сидя там, поводил стволом, страхуя рукопашников. И похоже, что он тоже был быстрее Пучкова с Шарафутдиновым. И знал об этом. И потому воспринял назначение в прикрытие как должное? Так получается?.. Это следовало обдумать, но не сейчас. Сейчас... Да, сейчас лучше бы немного замедлиться. До уровня молодых -- и наблюдать удобнее, и лишние силы не тратятся.

А молодые, заметив, что старший товарищ отошёл в сторону, даже слегка наддали, перекрыв то, что Гусев уже видел на тренировках. Зря. Это ускорение временное, потом пойдёт откат... Уже пошёл. Гек явно начал замедляться. А тут как на зло из дыры в стене вывалила ещё толпа в камуфляже... Собственно, можно было бы и вмешаться, но вот вопрос: а как же урок? Тот самый, из-за которого напарник затеял всю эту возню? И для кого он, урок этот? Только для молодых или и для Серёги Гусева тоже? И если да -- в смысле, тоже -- то что он этим хотел сказать?..

Конечно, майор думал быстро. А поскольку его личное время ускорилось, то даже ещё быстрее -- подмога гансам не успела пробежать и половины расстояния до места схватки. Однако оказалось, что кое-кто -- а именно сержант (из-за действующего в группе режима маскировки -- обычный, пехотный, а не ГБ) Абаев -- думал ещё быстрее, и относительную тишину рукопашной разорвали частые удары колотушки по большому барабану. Так показалось Гусеву. И только увидев, как вспыхивает и гаснет в такт ударам пламя на конце ствола ППД сержанта, сообразил, что тот посчитал положение опасным и открыл огонь...

Как там Кощей однажды сказал?.. Для живущих на этих землях людов дурость не беда, а забава?.. Пока осназовцы не стреляли, у гансов оставалась надежда проскочить тихо. Зато теперь...

Хотя надо отдать Геку с Маратом должное: сообразив, чем может аукнуться "помощь" товарища, они тут же пошли на сближение с недостреленными в надежде, что другие гансы в толпу палить не будут.

Они и не палили. Не успели осназовцы добежать до не задетых очередью Абаева гитлеровцев, как из всё той же дыры, роняя на лету предохранительный рычаг и хлопая инициатором, вылетела "лимонка" (явно где-то спёрли) и неторопливо поплыла как раз в то место, где противники должны были столкнуться.

Кричать было бесполезно -- звуки для разогнавшегося меняются, становятся непривычными, а слова -- непонятными. А Гусев находился слишком далеко и не успевал...

Не успевал...

Граната плыла всё медленнее, а тело всё упорнее не желало двигаться. Просто двигаться. Как тогда, в "кюбеле"...

Но ведь тогда получилось?! А значит...

Граната замерла, но это уже не имело значения: Гусев находился рядом, совсем рядом... Ещё шаг... и ещё... про-тя-ну-у-уть ру-у-уку-у-у...

Это было всё равно, что пытаться подвинуть скалу... Нет, не скалу! Танк! Скалу подвинуть невозможно, а танк... то есть граната... медленно... мед-лен-но под-да-ва-ла-ась...

Наконец она неторопливо, очень неторопливо поплыла назад, а Гусев, глядя ей вслед, вдруг вспомнил, что тогда, в "кюбеле", его выбил из ускорения напарник. Которого сейчас рядом нет. Значит, надо выбираться самому. И побыстрее...

Однако побыстрее не получалось. То есть результат был, граната потихоньку ускорялась, но как-то слишком медленно (с другой стороны, если вспомнить, что настолько сильно Гусев ускорялся всего лишь второй раз в жизни, а выходил из такого ускорения самостоятельно вообще в первый...). Однако дело шло, и майор уже думал, что вот сейчас наконец вернётся способность двигаться нормально и тогда...

Обострившимся до невозможности ночным зрением (интересно, оно так и останется? Или потом станет как было?) Сергей вдруг увидел, как по боку чёрного рубчатого яйца, почти долетевшего до той дыры, из которой его бросили, вдруг пробежала узкая, но всё расширяющаяся трещина, из которой выплеснулись багрово-оранжевые язычки пламени, и почти сразу после этого на Гусева обрушилось небо...

В привычные ароматы Темноты вплёлся сначала едва ощутимый, но быстро набравший силу запах карболки. "Как в госпиталь попал", - недовольно подумал Сергей, выплывая из глубин сна куда-то ближе к поверхности. В то состояние, когда вроде бы ещё спишь, но голова уже начинает потихоньку думать. О чём? Да о чём угодно! Тут главное - не задуматься случайно о чём-нибудь срочном, потому что тогда точно придётся просыпаться. А так...

А так можно, например, задаться вопросом: с чего это вдруг медсанбат решил переехать к ним в блиндаж? Причём не спрашивая? Или это они не переехали, а воспользовались тем, что "население" умотало по делам, и провели дезинфекцию?..

Нет, дело это -- в смысле, дезинфекция -- если смотреть вообще, очень даже хорошее. И полезное. Но им-то, группе Колычева, оно зачем? У них князь есть. Ночной. Который ещё в прошлом году высказался в том смысле, что если надо будет у кого крови отхлебнуть, то он сам решит, у кого, сколько и кому хлебать. Командир, помнится, как услышал это, посмотрел на Кощея слегка ошалевшими глазами - мол, ты ещё и кровь пьёшь?.. Потом-то, конечно, успокоился. Да-а...