Лорд, который влюбился. Тайный жених - Гаврилова Анна - Страница 6

У одной адептки заметно приоткрылся рот.

Только Рэйнера изумление не остановило, он продолжил:

– Это глупый роман, который не принесёт ничего хорошего. Более того, от него уже одни проблемы. Ваша команда нервничает, бросается необдуманными предложениями – это я о дуэли, – да и в целом… – Тут Рэйн замолчал и поморщил нос.

И опять продолжил:

– Знаете, вы всё-таки леди, а для леди есть ограничения. Даже в среде магов леди позволено меньше, чем простолюдинке. К тому же вы моя ассистентка, и я считаю, что с увлечениями лучше повременить.

Рот открылся шире, однако Рэйнер опять-таки не смутился.

– Что вы так смотрите? – спросил прежним ровным тоном. – Я сказал что-то не то?

Ответить я не смогла, слов не было. Зато наглядно подтверждался закон прямой зависимости: наглость боевого мага прямо пропорциональна его силе. А Рэйнер, конечно, очень силён!

– Вы… – всё-таки попробовала ответить я.

– Вот и хорошо, – перебили меня. – Рад, что мы друг друга поняли.

С этими словами Рэйнер отвесил лёгкий, с этаким оттенком издевательства поклон, и отправился… нет, не к преподавательскому столу и не за подносом! Замещающий преподаватель расправил плечи и устремился туда, где сидели Лисента, Камея, Ами, Ирма и Грэгс.

– А… – только и могла сказать я.

Уже не просто застыла, а буквально приросла к полу. Стояла и смотрела, как Варкрос подходит к Грэгстору, наклоняется и что-то говорит. Глаза сидевших за столом девчонок округлились, даже Ирма весь свой блеск растеряла.

Грэгс тоже преобразился – заметно растерялся и даже побледнел. А потом встал и ушёл, причём сперва хотел оставить розы, но Рэйнер что-то добавил, и льдистый блондин забрал букет.

Я наблюдала за ситуацией в состоянии полнейшего шока, и опомнилась уже после того, как Варкрос тоже удалился.

Стол раздачи был забыт! Стараясь не бежать, я поспешила к девочкам, чтобы выпалить громким страшным шёпотом:

– Что тут произошло?

Пауза. Подруги явно пытались переварить явление магистра. Наконец, Лисента хлебнула из чашки и объяснила:

– Варкрос запретил Грэгстору ухаживать за тобой.

– Как запретил? – выдохнула я изумлённо. – По какому праву? На каком основании?

– По праву преподавателя, – ответила Амелин.

Я чуть на попу не присела.

– Преподавателя?! – переспросила истерично. – У преподавателей нет таких прав!

Получилось громче, чем хотелось, многие обернулись. Впрочем, обернулись – сильно сказано, окружающие и так таращились на нас.

– Мм-м… – сказала Ами. Остальные сидящие за столом мнение поддержали. То есть все понимали, что права нет, но что тут ответить?

Шок прошёл, его место заняло жгучее возмущение. Даже кулаки сжались, а я дёрнулась в желании немедленно отправиться к Рэйнеру и устроить скандал.

Но тут в памяти всплыли слова про леди и подобающее поведение – увы, но публичные истерики для леди однозначно недопустимы, и я громко скрипнула зубами. Ладно. Потерплю до ПОБЗа, а там отзову его в сторонку и выскажу всё!

Круто развернувшись на каблуках, я-таки отправилась добывать завтрак, а когда вернулась, поймала широченную улыбку Максиона. Уж кто, а товарищи по команде были счастливы. По-прежнему считали романтические отношения с Грэгсом угрозой моей адекватности, а неадекватный игрок – плохой.

Я могла нарычать на Макса и остальных, но не стала, предпочла оставить этот заряд чувств для Рэйнера. Нет, ну а что он себе позволяет? Я ему кто? Рабыня? Совсем совесть потерял?

Всю первую лекцию я кипела и делала дыхательные упражнения, и магистр Саферсот, «любящий» меня даже больше, чем Диверик, точно заметил. Однако от едких комментариев в этот раз воздержался – хоть в чём-то повезло.

А к моменту начала ПОБЗа, когда добрались до укрытого непрозрачным куполом полигона, я остыла. Не знаю что повлияло, может упражнения, наконец, подействовали, а может погода. Просто к первому снегу, выпавшему этой ночью, прилагался самый настоящий холод, от которого купол не защищал.

Как бы там ни было, в нужный сектор я вошла с ясной головой и гордо вздёрнутым подбородком. На Рэйнера даже не посмотрела, зато мило улыбнулась магистру Иверсу – мм-м, он всё-таки очень хорош собой…

Эти длинные платиновые волосы, широкие плечи и правильные черты лица сводили с ума многих, а сходство с героями, изображёнными на древних фресках, добивало «раненых». Впрочем, в данный момент меня интересовало в магистре кое-что другое.

– Доброе утро, адепты! – сверкнув белозубой улыбкой, воскликнул Иверс.

Замещающий преподаватель в лице лорда Варкроса просто кивнул.

Пара минут на то, чтобы сбросить сумки и мантии, а потом прозвучало:

– Делимся на группы.

Распоряжение отдал Иверс, и это радовало, потому что теперь могла обратиться именно к нему.

– Магистр, – сказала я. – Вам не кажется это нелогичным?

– Что именно? – отозвался Иверс.

– Тот тест, с помощью которого нас разделили на группы, – я скромно потупилась, – он не отображает актуальную ситуацию. Думаю, нужно проверить ещё раз.

Да, я намекала на себя со своим изменившимся уровнем силы, а ещё на Раоша – в прошлый раз у парня было зверское похмелье и в группу слабейших Раош попал случайно.

– Хм, – Иверс задумчиво почесал подбородок. Затем вопросительно посмотрел на Варкроса, и тут я напряглась, предчувствуя, что придётся спорить.

Но Рэйнер неожиданно согласился:

– Адепты способные думать – большая находка, – хмыкнул жених недобитый. Однако тут же перестал зубоскалить и посерьёзнел: – Хорошо. Давай посмотрим ещё раз.

Я украдкой выдохнула, а потом улыбнулась и расправила плечи, понимая – всё! Из группы Варкроса я вырвалась! И это минус один повод столкнуться с неадекватностью, которой Рэйн в последние дни прямо-таки искрит.

Сокурсники отнеслись к предложению спокойно, даже порадовались – ведь в прошлый раз мы не знали зачем нужно бить по мишеням, а теперь могли как следует постараться. Дружной приободрённой толпой шагнули к ограничительной линии, вычерченной прямо на земле, и началось.

Боевые пульсары разной степени яркости посыпались градом. Воздух буквально дрожал от концентрации магии и уж где, а в нашем секторе полигона стало очень даже тепло. Шары срывались с пальцев снова и снова, и многие косились на меня, а я… сияла. Впервые в жизни чувствовала себя настоящим магом. Настоящим! Таким, которого действительно можно отправлять в бой.

Пульсары загорались легко, а с пальцев срывались ещё легче. Я видела, как они наполняются силой, как, достигнув бело-зелёной мишени, взрываются тысячей искр! И это было невероятно. Моё! Никакого воровства у жениха и никаких страхов перед ведомостью!

Не знаю, сколько это длилось – то ли вечность, то ли секунду. Но вымоталась я безумно, на лбу проступил пот, и всё равно хотелось петь и танцевать.

Радости своей я не скрывала, сокурсники глядели с любопытством – про ситуацию с пробуждением полноценного дара знали все, и теперь народу было интересно. Магистр Иверс тоже первым делом именно на мой результат глянул и присвистнул.

А потом начали называть фамилии, и я оказалась то ли десятой, то ли одиннадцатой, но не в этом суть. Я попала в «сильную» группу, и уже собралась издать тихий победный визг, как прозвучало:

– Ну что, поменяемся? – Варкрос.

Иверс замер, глянул на коллегу с сомнением и ответил после короткой паузы:

– А почему нет?

И всё. Я снова очутилась «под крылом» наречённого, то есть побег не удался! Как по мне, ситуация однозначно относилась к разряду издевательств. Рэйнер – точно мстил!

Для начала я нахмурилась и сжала кулаки, а потом пришло озарение – я поняла за что расплачиваюсь столь неприятной, изматывающей нервы ценой. Тот побег от Ирмы, наша с Варкросом встреча в коридоре и мой отказ признаться, где пропадала.

Ну и форма отказа в ту же копилку – я тогда ёрничала, и Рэйн не мог не понять.

– Адептка Тизар, что с вами? – выдернул из мыслей магистр. Тот самый, о чьей мелочной мстительности сейчас размышляла. – Вас перекосило. Вы так против моей кандидатуры?