Папирус любви (СИ) - Красников Андрей Андреевич - Страница 56

– Боже... да... пожалуйста, милый, да... сильнее... черт... а... ааа...

Вселенная расцвела яркими огнями. Извивающаяся в крепких мужских объятиях Катя задрожала всем телом, вцепилась в своего любовника зубами и ногтями, несколько раз конвульсивно дернулась...

– Да, – выдохнул принц, с силой насаживая ее на свой жезл. – Боги, да!

В течение нескольких следующих минут любовники обессиленно валялись в постели, рассматривая внутренности шатра. Затем Джоррес перевернулся на спину, устало зевнул и благожелательно произнес:

– Это было прекрасно, леди Птичка. Теперь можете идти к себе.

– А? – Катя удивленно моргнула, не понимая, о чем идет речь. – То есть?

– Мне нужно отдохнуть, – объяснил принц. – На утро запланировано слишком много дел.

– Но...

– Ступайте, ступайте. Я буду ждать вас следующим вечером.

Студентка почувствовала себя оплеванной с ног до головы, но все же не стала устраивать ненужных сцен, а медленно кивнула, выбралась из кровати и шагнула к выходу.

После чего вспомнила о своей главной цели.

– Скажите, ваше высочество... вы дадите мне ошейник? Я буду вашей фавориткой?

– Ошейник еще нужно заслужить, Катя, – ласково улыбнулся пунцовой от смущения девушке аристократ. – Жду вас завтра в это же время. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи...

Глава 20

– Вставайте, госпожа. Пришел портной.

– М? – Катя с трудом открыла глаза и непонимающим взглядом уставилась на разбудившую ее дуэнью. — Кто? Зачем?

— Королевский портной, госпожа, Принц велел сшить вам подобающую одежду.

— Одежду... принц? Да, я сейчас...

Пока импозантный лысый старичок возился с блокнотом и веревочками, тщательно измеряя параметры девушки, та окончательно проснулась, вспомнила прошлый вечер, после чего всерьез задумалась.

Во время ее визита принц яснее ясного дал понять, что желания какой-то там загранницы имеют для него крайне малое значение. Но при этом уже на следующий день решил обеспечить свою любовницу новой одеждой.

О чем это могло говорить?

“Вдруг все не так уж плохо? На что я вообще рассчитывала – что он меня сразу замуж позовет, что ли? Конечно же, нет... сначала в любом случае требуется привыкнуть друг к другу... кстати, Рамон говорил, что он время от времени с кем-то встречается... значит, не привык к длительным отношениям... значит, нужно как следует постараться, стать незаменимой, получить этот чертов ошейник... интересно... то, что он меня по имени назвал — это плюс или минус?”

Студентка еще раз перетряхнула воспоминания и почувствовала воодушевление — принц, весь вечер церемонно обзывавший ее “леди Птичкой”, в момент прощания действительно сменил линию поведения. А затем решил сделать подарок...

— Какие цвета вы предпочитаете, госпожа?

— А?

— Я сделал все замеры, – объяснил портной. – Осталось разобраться, что именно вам нравится.

– Не знаю...

— Желтый?

– Нет, точно не желтый, — мотнула головой Катя. -- Розовый, может быть. Или бордовый. А еще бирюзовый нравится. И цвет морской волны. Это когда...

– Я видел море, – кивнул старичок. – Вам больше нравится белый цвет или черный?

– Белый... наверное.

– Хорошо. Лорд Джоррес повелел сшить для вас охотничий костюм, два бальных платья и одно уличное. Вы получите их уже в столице, когда я вернусь в свою мастерскую.

– Спасибо. А скоро мы туда отправимся?

– Насколько я знаю, через два дня, госпожа. Разрешите откланяться.

Стоило только посетителю выйти из шатра, как девушка обернулась к стоявшей рядом Марике:

– Я хочу, чтобы вы научили меня правилам этикета. Как разговаривать с другими аристократами, как просить прощения, как отказывать, как о чем-то спрашивать, как вообще должна вести себя фаворитка...

– Конечно, госпожа, – спокойно улыбнулась старушка. – Но будет лучше, если сначала вы умоетесь и позавтракаете.

– Э... ну да, верно...

Трапеза незаметно перешла в урок благородных манер. Затем началась долгая и нудная подготовка к новому свиданию. А уже ближе к вечеру изрядно уставшая от этой возни Катя устроила себе небольшой перекус, настроилась на очередной сеанс любви, после чего отправилась в гости к принцу.

Сегодня наследник престола оказался не в пример более нежным и заботливым – вместо длинного постельного марафона удивленная студентка получила бокал вина, сочное зеленое яблоко, а также длинный рассказ о преступлениях герцога Жруция.

– ...к сожалению, настоящая война с этим предателем окажется чересчур затратной. Нам приходится охотиться на его соратников, блокировать торговые пути, подтачивать силы... понимаете?

– Да, ваше высочество, – осторожно кивнула девушка. – Но зачем вы рассказываете мне об этом?

– Поговорить захотелось. Впрочем, вы раздевайтесь, раздевайтесь...

К тому моменту, когда армия все же начала собираться в путь, Катя успела более-менее привыкнуть к новому статусу и вернуть себе душевное равновесие – принц, несмотря на пристрастие к извращенным видам секса, оказался довольно хорошим любовником, укус жука и специфические вина позволяли студентке в полной мере испытывать наслаждение от процесса, а мелкие подарки окончательно примиряли ее с жизнью содержанки.

“В конце концов, ничего страшного в этом нет. Куча девок ведь так делают. Чем я хуже, спрашивается? Конечно, до старости так не дотянешь, но это ведь только начало. Сначала – разговоры и секс, потом – выходы в свет и этот гребаный ошейник...”

– Марика, скажите, а ваши аристократы часто берут фавориток в жены? Такое вообще бывает?

– Конечно, госпожа. Барон Станикс женат на своей бывшей фаворитке, граф Аридо – тоже.

– Хорошо, хорошо...

Убедившись, что никаких юридических препятствий на пути к выбранной цели не существует, девушка с новыми силами взялась за изучение этикета. Еще через сутки ей пришло на ум, что большинство нормальных мужчин предпочитают видеть у себя своей постели не бодипозитивщиц, а фитоняшек – и в распорядке дня появились самые настоящие тренировки.

– Верно, госпожа, – с одобрением заметила Марика, впервые увидев, как студентка садится на шпагат. – Принцу Джорресу нужно давать самое лучшее.

– Стараюсь.

Давать ей на самом деле приходилось – регулярно и часто. Впрочем, эти усилия не пропадали впустую – сын короля явно простил свою пассию за былые проступки, никак не старался ее унизить, а в ночь перед отбытием в столицу и вовсе подарил золотое колечко с восхитительным темно-синим камнем.

– Морозный сапфир, госпожа, – сообщила дуэнья, когда вернувшаяся к себе в шатер Катя решила похвастаться украшением. – Очень редкий самоцвет. В холодное время у него внутри как будто рождаются снежинки. Зимой увидите.

– Даже так... а это что-то значит? Такой вот подарок?

– Ничего особенного, госпожа. Только то, что принцу нравится ваше тело.

– Ну и ладно...

Следующим утром лагерь преобразился – выглянувшая из своего жилища девушка увидела суетливо разбирающих палатки солдат, непонятно откуда взявшиеся телеги, волнующихся лошадей и прочие атрибуты собравшейся в дорогу армии. Суматоха неуклонно нарастала, но результаты тоже были видны – вереницы шатров стремительно редели, нагруженные скарбом повозки одна за другой исчезали вдали, а количество занятых делами воинов неуклонно сокращалось.

– Госпожа, нужно позавтракать, пока еще можно.

– Да-да...

Несмотря на тайные надежды Кати, им с дуэньей выделили самую обычную телегу, хоть и снабженную маленьким навесом, кое-как защищавшим пассажиров от пыли. Несколько солдат споро запихнули внутрь сложенный шатер, затем, отчаянно ругаясь, водрузили сверху кровать и остальную мебель, закрепили все это веревками, а потом быстро ретировались.

Повозка качнулась и двинулась куда-то вперед, лавируя между кучами навоза, все еще стоявшими на своих местах палатками и всевозможными средствами передвижения.