Метка на крыле (СИ) - Меншиков Олег - Страница 23

Приборная панель жалобно пискнула пару раз, на израненном пулевыми отверстиями куполе загорелись и погасли экранчики аварийного доступа, приборная панель еще раз моргнула и погасла окончательно, один за другим плавно потухли сигнатуры на куполе перед пилотом, двигатели несколько раз чихнули и затихли. Некоторое время машина еще летела прямо и по дуге ушла в пологое пике. Он уже не видел, как из облаков скользнуло три черных птицы, подхватили на крылья и аккуратно зашли на посадку.

— Марика, Леона, отберите по десять пилотов и облетите все ближайшие базы. — Алена указала на пометки на карте. — на связь не выходить, в бой, по возможности, не вступать!

Девушки коротко кивнули и убежали выполнять распоряжение командира.

— хочешь узнать, что произошло? — тихо спросил командир Церберов, глядя на могилы перед взлетной полосой.

— хочу кое-что проверить. — девушка окинула развороченные строения базы, остатки ангаров. — ты не заметил, что эта база пострадала куда больше остальных, словно ее целенаправленно бомбили каждый день в течении месяца. И, в отличии от тех баз, что мы пролетали там не было могил.

— кто-то отчаянно пытался стереть эту базу с лица земли. — командир Церберов зачерпнул горсть земли. — даже представить страшно, какой здесь творился Ад. — земля пеплом высыпалась сквозь пальцы, командир поднял лицо к небу и улыбнулся. — и ничего не получилось.

— с чего такой странный вывод? — Алена посмотрела на старого друга.

— тот, кого они хотели так сильно уничтожить до сих пор жив.

— на долго ли? — Алена посмотрела в сторону шатра медсанчасти.

— врачи у нас куда круче самих богов. — усмехнулся командир Церберов. — если уж к ним на операционный стол доставили еще живого, то таковым он и останется!

— прости, но… — девушка покачала головой. — операция идет уже вторые сутки и до сих пор никаких гарантий. В таком состоянии… — она опустила голову и уставилась в землю.

— Мираж, Хищник, Доминатор, Эгида, Инферно, Прайм! Код «Три шестерки»!

Валькирии испуганно отпрянули назад, закрыв рот ладонью. Услышав приказ полковника. Начальник базы бросился к нему, умоляя отменить приказ, но перечисленные пилоты уже шикнули на техников и те разбежались от машин. Шесть тяжелых машин снова взмыли в небо и скрылись в темнеющем небе. Начальник базы проводил их взглядом и осенил себя знамением — он знал, как никто другой что начнется после того как они достигнут цели.

Ольга чисто случайно вышла на улицу — подышать свежим воздухом после изнурительной тренировки. Ночь стояла теплая и звездная. Вдохнув полной грудью ставшие привычными запахи смазок и топлива. Посмотрела по сторонам и застыла с открытым ртом. У взлетной полосы суетились какие-то тени. Сначала Ольга не поняла, что происходит и уже было собралась доложить кому следует, но тут в небе что-то мелькнуло и Ольга завороженно застыла. Эти силуэты она узнала сразу — не могла не узнать, хоть и видела всего один раз в жизни.

На посадку зашло шестеро Демонов, застыли между посадочной и взлетной полосами и к ним тут же подогнали заправочные канистры. Все происходило в полной тишине и темноте под присмотром самого начальника базы. Как только заправка закончилась самолеты выкатили к взлетной полосе, набрали мощность и растворились в ночном небе.

— какого черта? — из здания высыпали, спотыкаясь, Церберы. Полковник посмотрел по сторонам и направился прямо к начальнику. — почему не предупредил? — зло потребовал он ответа.

— не ори. — тихо осадил его тот. — это «Три шестерки». — еще тише сказал он и командир Церберов попятился.

Шаг, другой, третий. Наконец он круто развернулся к своим и отдал приказ о взлете. Ольга растерянно крутила головой, наблюдая за воцарившейся суетой. Техники расчехляли машины и выкатывали из ангаров, пилоты успели переодеться и ожидали, когда обслуживающий персонал приставит лестницы, чтобы забраться в кабину. Воздух наполнился тихим утробным рокотом и база вспыхнула дальнобойными прожекторами, но этого и не требовалось — враг не собирался скрываться. В начале и конце полос в воздухе застыли тяжелые перехватчики Арагау. Из здания диспетчерской выскочил связист и передал начальнику послание.

— что там? — Церберы собрались вокруг начальника.

— нам запрещено покидать базу.

— что? — опешил полковник. — они совсем обнаглели, что ли? — он повернулся и погрозил кулаком застывшим в небе самолетам.

Один из перехватчиков подлетел ближе, сделал плавный облет командира Церберов, причем так, что нос и орудия смертоносной машины постоянно смотрели на жалкую человеческую фигурку, застывшую между двух полос. Наконец, он выровнялся и спустился так, что до земли осталось не более метра. Купол кабины отошел назад, и пилот выбрался на крыло.

— извини, лохматый. — хмуро бросил вражеский пилот, обратившись к командиру Церберов словно к старому другу. — я также недоволен, но приказ есть приказ.

— и ты вот так все это оставишь? — бросил с вызовом тот. — тебе мало было прошлого раза? Или… — его внезапно осенила догадка.

— или, Курт, или… — пилот снял шлем и улыбнулся. — давай без самодеятельности, чтобы мы потом не чувствовали себя последними тварями.

— чтоб тебя! — командир Церберов бросил шлем о землю с такой силой, что тот разлетелся на куски, после чего круто развернулся, подал знак своим и скрылся в здании.

Пилот перехватчика спокойно вернул шлем на голову, забрался в кабину и скрылся в темноте. Остальные, плавно развернувшись на месте последовали за ним.

— почему они не атаковали? — в шоке спросила Ольга уже не раз успевшая попрощаться с жизнью за то время, что Курт говорил с пилотом арагау.

— заставишь себя уважать как достойный пилот и враги относиться также. — холодно бросил начальник и круто развернувшись скрылся в здании.

Утро началось с многочисленного топота ног. Едва проснувшись Ольга вышла из комнаты и растерянно проводила взглядом пробегающих мимо пилотов. Поддавшись общему движению, она оказалась в столовой, где на всех экранах шла прямая трансляция. Такого ужаса Ольга не видела за всю свою жизнь. Кадр за кадром показывал мелкое крошево, изрытую воронками землю, превращенные в решето остатки стен сооружений, тела людей, догорающие обломки самолетов и прочей техники. Оператор перемещал запись от базы к базе.

— … как нам стало известно, — вещал за кадром диктор, после вероломной атаки Лиддена был объявлен код «Три шестерки» — об этом нам сообщил уполномоченный представитель по связям с общественностью и сам начальник базы Урлинг, где размещается отряд Демонов. — запись отдалилась, показывая итог уже не в близи, а с расстояния птичьего полета. Собравшиеся в шоке охнули. Вокруг, что хватало обзора и видимости камеры царили страшные разрушения, даже сама земля дымилась и покрылась пеплом. — в прошлый раз «Три шестерки» обошлись Лиддену потерей двадцати баз, включая весь личный состав и технику. — сообщил диктор. — в этот… — он запнулся, а через несколько секунд на фоне разрушений появился список.

— вашу ж мать… — в шоке выдохнула Мария. — как такое возможно?

Тест исчез и на записи мелькнуло несколько знакомых силуэтов.

— как вы видите, — снова голос диктора за кадром. — были уничтожены… нет, сметены все базы в пределах «Зоны Отчуждения», но это еще не все. — запись камеры переместилась совсем в другую область, когда один из Демонов жестоко расправлялся с взлетевшими на перехват истребителями врага. — это четвертая база на внешней границе Лиддена. — сообщил диктор. — как вы думаете, почему в этот раз «Три шестерки» настолько ужасен и переместился даже за пределы «зоны»? — камера переместилась в студию, где рядом с диктором сидел человек в мундире командора. — и почему подобное нельзя было сделать в самом начале войны? Ведь произойди это сразу и тогда нашей стране не пришлось бы терять столько отличных летчиков, да и война давно закончилась!

— вынужден вас разочаровать. Если бы мы так поступили с самого начала, то сейчас от нашей страны ничего не осталось, а «Мирная область» превратилась в сплошную «Зону отчуждения». То, что сейчас происходит, и вы видите на экранах — не санкционированная операция одного из отрядов под названием Демоны. Насколько мне известно, вместе с ними в операции принимали участие пилоты Арагау…