Бракованные амбиции - Исаева Анастасия - Страница 15

Первыми кабинет покинули картины, пытающиеся подражать Климту. Автору не удалось воспроизвести уникальную манеру австрийского художника. Вместо восхитительной мозаики у него получились узоры, напоминающие цветочные подвески муранского стекла.

В шкафу за прозрачными дверцами выстроились шедевры мировой литературы в тисненых переплетах. Ни один из этих романов никто не раскрывал — взятые в произвольном порядке томики хрустели и выглядели нетронутыми. Мама и так знала их содержание, а братец, если и читал классику, то с телефона. Должно быть, дизайнер предложил собрание для украшения интерьера. У Ли не поднялась рука выселить книги.

На следующей полке ютились блокноты в одинаковых обложках, разной степени потертости. Полистав их, Лира обнаружила, что это подробные отчеты с творческих встреч. Все личные записи были уложены в коробку с грифом «не выкидывать». Туда же отправилась гостевая книга, заполненная лишь на четверть.

В столе среди прочих мелочей нашлась брошюра о благотворительном фонде «Юные самоцветы». В последние годы мама много рассказывала о том, что ведет бесплатный класс девочкам шести-восьми лет. Танцы — недешевое занятие, девушка помнила, что часть расходов покрывает фонд, обеспечивая детей специальной одеждой и обувью. Мила подчеркивала, что отбор в эту группу был строгий. Девочки, впоследствии сдавшие вступительные в хореографическое училище, получали от фонда стипендию.

Еще не дойдя до Людмилы Варшавской, девушка наткнулась на имя — Т. М. Аверина. Оказалось, что их с Владом матери работали в одной организации. Тамара Михайловна — практикующий детский кардиолог. Так вот почему он разбирается в лекарствах и предлагал обратиться в больницу — вырос в семье, где есть медик. По клочкам информации о Викинге собиралась картина: мама врач, отец в управлении городского хозяйства занимается проектированием, строительством и ремонтом дорог.

Хлопнула входная дверь, и в прихожую ввалился заснеженный Лёва. Он скользнул равнодушным взглядом по разгрому в кабинете и выпалил:

— Почему ты не сказала, что Марго в твоей труппе?

Напоминание о рыжей нахалке сбило остатки настроения. Мало того, что ее выбрал Влад, так эта танцовщица оказалась главной претенденткой на место ведущей солистки, и Лире приходилось сдерживаться, чтобы не шпынять девушку из ревности. Марго соответствовала канону восходящих звездочек — хороша собой, полна амбиций и готова шлифовать свой талант.

— Ты ее знаешь?

— А кто не знает-то? У нее очень популярный Инстаграм. Смотри, и ты там.

Марго сфотографировалась в зеркало, взмыленная после прогона, а на заднем фоне вполоборота стояла хореограф. Социальные сети стирали границы и помогали налаживать контакты. На своих страничках Марго собрала впечатляющее портфолио: самострелы, самолюбование, самопиар. Девушка с внешностью русалочки из диснеевского мультика была не так проста, как Ариэль, но хотела примерно того же — найти своего принца. Марго не уставала радовать подписчиков фотографиями и ванильными цитатами.

— Что за фигню ты слушаешь? — скривился Лёва в сторону колонок, транслирующих песенку Тейлор Свифт.

— Ты голодный? — спросила Лира, игнорируя замечание о музыке. До этого момента на территории квартиры действовало правило наушников.

— Не, у Ба все как обычно.

Лира улыбнулась. Не стоило и спрашивать. Ольга Федоровна всегда собирала щедрый стол, искренне считая, что едоки питаются раз в неделю, как раз на ее обедах.

— Нашла что-нибудь интересное?

— Все довольно обыденное: квитанции, гарантийки на технику, паспорта на мебель.

— А что в коробках?

— Что-то вроде дневников с литературных встреч. Уберу, это личное.

— Что будем делать с этой комнатой?

— Если тебе она не нужна, я бы заняла ее по назначению. Буду здесь работать с бумагами и за ноутбуком.

Подросток снова обвел кабинет рассеянным взглядом, потом вернул глаза на сестру, и в них горел уже другого рода интерес.

— Какая Марго в жизни?

— Похожа на меня лет десять назад. Живет танцами.

— Как думаешь, она училась там же, где и ты?

Повис невысказанный Лёвой вопрос, была ли Марго ученицей их матери. Это предположение Лира уже проверила и выяснила, что Людмила вела класс Риты в первые годы.

— Ты прав, Маргарита закончила хореографическое училище в том году.

— У нее кто-то есть?

— Кажется, да.

Лёва заметно погрустнел, а Лира вспомнила горделивый вид Марго, когда та сообщала приятелям из труппы: «Меня заберут». Временами лисичку встречал молодой человек на броской машине. Каждый раз повторялась одна и та же сцена: девушка изящно усаживалась в автомобиль, не забывая хитровато осмотреться.

В свои восемнадцать Лира влюбилась до потери аппетита. Ее чувство к студенту-медику было взаимным и никакие шикарные тачки не могли заменить радости от обычных прогулок. Она много репетировала для выпускного спектакля, он учился еще больше и говорил, что ее гибкость противоестественна. Роман продлился меньше года. В родном городе не водилось больших перспектив, и, уезжая танцевать в Москву, она потеряла часть своего сердца в день, когда они расстались. Теперь он стал врачом и, должно быть, посмеялся бы над ее анатомической метафорой.

* * *

Начало репетиций в клубе принесло новые проблемы. Первые два дня они нормально не работали. Приехали костюмы, и луна-парку немедленно устроили съемки промо-материала. Труппа, немногим старше Льва, была в восторге от происходящего. А это и было нужно — молодые и улыбчивые, танцующие на драйве.

Когда операторы и фотографы наконец оставили их в покое, стало очевидно, что у них сложности со вступлением. Чтобы имитировать условия в день премьеры, Лира попросила персонал клуба заполнить площадку для танцев. Народу в 11 утра набралось полтора человека, но даже с такой негустой толпой дело пошло бодрее. Хореограф на сцене показывала, какие огрехи следует исправить, когда по залу тонкой леской заструился сигаретный дым.

— Эй, мы здесь репетируем! — крикнула Лира, предварительно махнув ди-джею, чтобы он приглушил песню.

Народ расступился, и вперед вышел мужчина в кожаной куртке. Освещение не позволяло разглядеть выражение его лица, но Лира не пожадничала бы рыжей купюры на ставку, что губы Викинга украшает самодовольная ухмылка. Марго тихонько ахнула, то ли обрадованная появлением владельца клуба, то ли пораженная дерзостью Лиры.

— В день выступления будет еще хуже, — ответил Влад, сладко затягиваясь.

— Это не одно и то же. Вы ведь не тренируетесь в прокуренном спортзале? — подбоченилась Лира. Отличная физическая форма Влада и его образ жизни не увязывались в один пучок. Зачем работать над мышцами, а потом травить себя алкоголем и никотином?

— Спускайся, Ли. И покажите мне, что у вас есть, — сказал Викинг и затушил сигарету.

Лира заметила, что народ, не находящийся у нее в подчинении, старался незаметно смыться с танцпола.

— Останьтесь, пожалуйста! — она просительно взглянула на босса, и тот кивнул им, позволяя еще немного побездельничать.

— Тебе было мало свести с ума моего менеджера? Захотелось прибрать к рукам остальных?

Упомянутый Эдик вызвал у Лиры приступ гастрита. Организуя для них обеды и передавая в бухгалтерию счета за концертные туфли, менеджер успел влюбиться в нее и вчера в обходительной манере пригласил поужинать.

— Никого я не сводила с ума. И спасибо, что поинтересовался моим самочувствием! — постаралась сбить его с темы, чтобы не обсуждать поползновения, которых не просила. И даже больше: она сердилась, потому что, по всем признакам, Эдуард слепо хотел в подружки знаменитость. Примерно как Лёва, пускающий слюни на Марго.

— Эд все уши прожужжал о твоей предприимчивости. Я и так понял, что на здоровье ты не жалуешься, — наклонившись к ней, сообщил Влад.

Непрошеные воспоминания полезли в голову: большая ладонь остужает лоб, шерсть кусает пламенеющее лицо, надежный захват не позволяет соскользнуть на коврик. Она облизнула пересохшие губы и вперилась в сцену, где Марго с партнером четко исполняли эмоциональный отрывок.