Бракованные амбиции - Исаева Анастасия - Страница 7

— Ты что, шпионишь за мной?!

— Я должна знать, что происходит в твоей жизни. И ничего я не шпионила, поговорила с твоей учительницей, получила доступ к твоему электронному дневнику — отличные оценки, кстати, — и буду ходить на родительские собрания. Стая мамаш вовсю планирует ваш выпускной, не хочу оставаться в стороне. Расскажи, какой твой друг…

— Что пристала? Займись своими делами. Научи кого-нибудь приседать у станка или мужика себе найди.

— Мне нужен телефон мамы твоего друга и адрес их квартиры, — ответила Лира, стараясь не заводиться. — Или ты остаешься дома. Если сбежишь, заявлю в полицию о пропавшем ребенке, и тогда не надейся посмотреть фильмы про Мстителей.

Лёва сощурился, но достал телефон и, состроив козью морду, отправил ей контакт.

— Довольна? — спросил он, когда сестра получила подтверждение, что мальчики — друзья с восьмого класса.

— Да, ты можешь остаться у Ростислава.

Лев с оскорбленным видом влез в кроссовки, закинул рюкзак на плечо и ушел, хлопнув дверью. Вечер только начинался, а настроения не было совсем. Пока она не готова наводить порядок в кабинете матери, куда не заходила со дня переезда. Тишина в квартире стояла оглушающая. Ее задел тон брата. Обида прибавилась к прочим переживаниям, что теснились в сердце, но заплакать не получалось. Тогда она схватила компьютер и зашла на сайт с вакансиями. Без особой надежды выложила резюме и, вспомнив того фотографа из аэропорта, разослала портфолию по модельным агентствам. Мало ли что поймается.

Стены определенно давили. Душа требовала чего-то нового, а тело — активности. Снова открыв ноутбук, Лира проверила афишу. Увидев подходящую программу, она впрыгнула в любимые джинсы, схватила алую помаду и вызвала такси. Роль старшей сестры подождет до завтра.

— Что там на Московской, 44? — уточнил водитель.

— Ночной клуб «Деним».

* * *

— Тебя угостить? — средней плотности шатен умудрился переорать замиксованную Шакиру.

— Не нужно, спасибо, — отвернулась Лира и сосредоточилась на своем апельсиновом соке, куда бармен щедро плеснул «Финляндии». Пока она выпускала пар под ритмы попсы, несколько парней пытались попасть в поле ее зрения, но девушка без особых сложностей увиливала от знакомств.

— Отлично танцуешь, — снова заговорил горластый.

— Благодарю.

— А хочешь к ним? — он указал на сцену.

За полтора часа, что она здесь находилась, успела понаблюдать за девушками на островках по периметру танцпола. Они изображали что-то несложное, чтобы гости клуба могли повторять за ними, и в то же время видно, что они делают это в свое удовольствие, без предварительной отточенности. Танцовщицы были практически не отличимы друг от друга из-за париков и одинаковой одежды — шорты и черные топы с длинным рукавом.

— Денис, владею этим заведением, — продолжил мужчина, хотя Лира ему не отвечала.

Трек сменился более спокойной песней, и разговаривать стало проще.

— Эмилия, — брякнула Лира, сама удивившись, почему назвала имя своего папаши.

— Красивое имя для прекрасной девушки.

Она не отреагировала на плоский комплимент, но подняла глаза, показывая, что слушает.

— Нам всегда нужны заводилы. У тебя талант и потребность в сцене. Будешь делать там что хочешь, никто не помешает, к тому же это оплачивается.

— Я не ищу работу, спасибо.

— Можешь это делать бесплатно, я не возражаю.

Что-то здесь не так: он или знает, кто она, или не узнал, и перед ней пример незамутненного местного бизнесмена. Напрягшийся бармен подтвердил, что Денис как минимум имеет влияние на персонал клуба.

— Представляю, как будут счастливы девчонки, если я отниму их хлеб, — отшутилась девушка. В бокале оставалась пара глотков коктейля, но он стоял, забытый.

— У нас радушный коллектив. Чем занимаешься?

— Преимущественно воспитанием ребенка.

Понимающий кивок, и тогда она увидела обручальное кольцо на правой руке, которой он придерживал пиджак, что-то вытаскивая из внутреннего кармана. На барную стойку легла визитка.

— Если передумаешь, звони. Рабочие дни с четверга по воскресенье. Нагрузка минимум две смены в неделю. Смена от трех до шести выходов за ночь, с десяти до трех. Один выход тридцать минут. Без оформления, оплата наличкой день в день, держать никто не станет.

Шатен ушел, не дождавшись ответа. Девушка поймала взгляд бармена. Тот неопределенно мотнул головой, мол, думай сама. Лира опрокинула остатки «Отвертки» и перед уходом забрала белую картонку.

* * *

Запыхавшаяся Лира влетела в приемный покой больницы скорой помощи.

— К вам привезли подростка 16 лет, Лев Варшавский. Где его найти?

— Пройдите направо.

Она устремилась в указанном направлении и, едва завернув за угол, остановилась, сраженная открывшимся зрелищем. В мрачноватом коридоре ее брат сидел на каталке, болтая ногами. К носу он прижимал холодный компресс, рубашка была залита кровью.

— Мне сказали, ты подрался!

Тот неопределенно хрюкнул.

— Какие повреждения? Что произошло? Кто тебя так?

За спиной Лиры кто-то вздохнул.

— Лев набросился на одноклассника. Тому сейчас зашивают губу, — прошелестела классный руководитель.

— Как ты? — спросила девушка, игнорируя информацию, что брат выступил зачинщиком в конфликте. Подобная нелепость не стоила внимания, он разумный молодой человек и никогда бы…

— Вы меня слышали? — удивилась учительница. — Он покалечил друга.

— Истомин мне не друг, — Лёва отнял салфетки от лица, и стало ясно, что нос у него не просто разбит, а сломан.

— Мы можем отложить на потом воспитательную чепуху? Где врач? Рентген делали?

В ответ молодой человек отрицательно покачал головой.

— Чепуху? Сейчас приедут родители второго мальчика и никакого «потом» не будет. Нам сказали, что пришлют кого-нибудь.

— Уверена, они будут счастливы, что их сыну оказывают помощь. Сестра! — она поймала проходящую мимо женщину в зеленом костюме. — Пригласите к нам, пожалуйста, травматолога или хирурга.

После того как брата увели на снимок, Лира повернулась к учительнице, стоявшей с поджатыми губами.

— Извините, если вела себя резко. Что произошло?

— Когда я пришла, один лежал на полу, а Лёву держали другие ребята. Сказали, что виноват он. Эти двое не признаются. Еле растащили их по разным углам скорой.

— В коридорах школы установлены камеры? Вот и прекрасно. Если вы говорите, что мой брат зачинщик, а пострадавший был сбит с ног, получается, что нос ему сломал кто-то третий.

Ее рассуждения прервал громогласный мужчина, который несся к ним на второй космической.

— Антонина Михайловна! Что натворил Павлик?

Решительная поступь, развевающиеся полы усаженного по фигуре пальто и сдвинутые брови говорили о том, что он приехал давить авторитетом любого, кто встанет у него на пути. Лира вышла из-за спины классного руководителя и уперла кулачок в бок, отставив ногу. Также девушка не забыла надеть встревоженное выражение лица. Она прекрасно знала, как пользоваться преимуществами своей внешности, и нисколько этого не стеснялась. Сил ей досталось не много, и потому обходилась тем, что есть. Действовало безотказно, сработало и на этот раз — отец побитого Лёвой мальчика затормозил перед женщинами, и волны его самоуверенности умерили свою амплитуду.

— Мальчики что-то не поделили, — начала Антонина Михайловна. — У Паши подозрение на сотрясение, пока ему накладывают пару стежков на губу. А у Льва сломан нос.

— У того самого, чьи родители…

— Здравствуйте, я сестра Льва, его попечитель.

Мужчина, которому только что сообщили, что у сына повреждения, пропустил это мимо ушей и уставился на девушку с жалостью во взгляде. Та выключила обаятельную кошечку, чтобы не чувствовать себя последней стервой и, откашлявшись, выдавила:

— Кажется, это начал мой брат. Нужно спросить обоих, что случилось.

Лира догадывалась, что именно случилось: прорыв, о котором упоминала школьный психолог. Оставалось лишь надеяться, что это разовый эпизод и что ее не ждет участь опекунши подростка, взятого на карандаш в отделе по делам несовершеннолетних. Она сглотнула собравшийся в горле ватный снежок и переключила внимание на врача, идущего к ним.