Мария (СИ) - Ярне Борис - Страница 9

— Та программа, разработанная вашими умельцами, работоспособна?

— Какая программа?

— Та самая, Геннадий Вениаминович. Земля слухами переполнена.

— А вы… — красный цвет лица директора плавно поменялся на бледный.

— Работоспособна? — повторила Мария.

— Несомненно, она прошла все стадии тестирования, — отчеканил директор.

— Замечательно. А если сделать копию, ничего не изменится?

— Ровным счетом ничего.

— То есть, любой банк, или ещё кто, может нашлепать копий и пользоваться ей, так? Вы же ещё не запатентовали сие чудо?

— Нет, и не торопимся. Мы, как бы вам сказать, и не слукавить?

— Говорите прямо, не стесняйтесь, Геннадий Вениаминович. — Мария закинула ногу на ногу, слегка одернув юбку. Директор лишь мельком обратил внимание на её движение, непроизвольно сглотнув слюну, и снова обратился к взгляду Марии.

— Мы не хотим пока ни с кем делиться.

— В этом есть свой резон, — заметила Мария. — А как быть с ворами?

— У нас отменная система охраны.

— Но вор все же завёлся, не так ли? Из своих. Или воры? Как быть с ними?

— Ворами? Вы знаете о ворах? — выражая легкое изумление, но, не отрываясь от глаз Марии, спросил Геннадий Вениаминович.

— Он сделал копию? — Мария наклонилась к директору.

— Да, и он, судя по всему, хотел её продать, — заворожёно говорил директор.

— Логично, не для себя же лично он её делал. И вам не любопытно узнать, кому?

— Конкурентам! — выпалил Геннадий Вениаминович.

— Несомненно, конкурентам. Но, каким? И конкурентам ли? Или же какому-то определенному лицу?

— Да, это бы и хотелось выяснить, но по ряду причин мы не хотим выпускать вора из поля нашего зрения. Понимаете, делом занялись органы.

— Страшные?

— ФСБ.

— И что вас смущает?

— Как бы они не переиграли все под себя.

— И поэтому вы бездействуете? Допустим, вы с ними договариваетесь. Вы отдаете вашему грабителю копию, тот идет на встречу с предполагаемым покупателем, и…

— Понимаете, мало ли что может произойти.

— Например?

— Я даже не знаю, наша служба безопасности опасается.

— Занятный каламбур. Хорошо, допустим, они, да и вы, я так понимаю, видите это так. Без участия ФСБ копия оказывается в руках вора, который знает, куда её далее сбыть. А с участием ФСБ копия оказывается в их руках, что тоже вам не хотелось бы.

— Тут дело даже не в самой копии…

— Подождите. Я понимаю все ваши опасения, но не можете же вы держать вашего бандита вечно. К тому же, это, насколько я понимаю, не совсем законно.

— Ситуация деликатная, поймите. У него все ниточки, которые нам бы хотелось собрать, как вы, верно, приметили, но он, мерзавец, молчит. А средств, цивилизованных средств, его разговорить у нас, в отличие от той же конторы, нет, да мы и не хотим.

— Вы сами превратили ситуацию в безвыходную. По этой причине вы прервали все банковские операции? Это вам не навредит?

— А как вы все выяснили?

— Я предположила. — Мария ещё ближе склонилась к Геннадию Вениаминовичу. Её голос принял низкие ноты. — И, тем не менее, кроме этого человека, снять копию с программы может любой осведомленный сотрудник банка. Так?

— Так, — испуганно ответил директор.

— Вы только что заявили, что дело даже не в самой копии. Есть что-то ещё? — От голоса Марии содрогнулись стены кабинета.

— Да, — прошептал директор.

— Что?

Директор набрал телефон приемной.

— Ирочка, пригласите Боброва из программного отдела…

Уже через десять минут Мария направлялась к выходу.

— ФСБ что-нибудь придумает, не выпуская вашего подопечного из-под стражи. Рада была пообщаться, Геннадий Вениаминович.

— Спасибо, — зачем-то ответил директор, оставаясь на том же месте.

— Удачного бизнеса. — Мария захлопнула за собой дверь кабинета.

Что-то очень теплое и мокрое, хлесткое, толи душ, толи водопад… и тьма…

Звенел телефон откуда-то из-за водопада. Звонко таял. Геннадий Вениаминович не сдвинулся с места. Послышался стук в дверь, еще, еще, стук нарастал. Геннадий Вениаминович пришел в себя. В кабинет вошла секретарша.

— Геннадий Вениаминович, у вас через полчаса совещание, вам подготовить документы, что я собирала с утра?

— Совещание? Ах да, Ирочка, подготовь, принеси сейчас, я пробегусь.

— Хорошо, Геннадий Вениаминович. — Закрывая за собой дверь, секретарша бросила: — Какая шикарная женщина!

— Какая женщина? — не понимая, спросил директор.

— Та, что от вас только что вышла, — удивленно произнесла секретарша.

— Только что? От меня? Женщина?

— Геннадий Вениаминович, вы как себя чувствуете?

— Женщина?..

Глава 5

Вечером, стоя на балконе своего номера с бокалом шампанского, Мария, закрыв глаза, пыталась впитать в себя энергию города, энергию каждого его жителя, гостя… Картина Москвы менялась на глазах, но этого никто не замечал, изображение дрожало и искривлялось, воздух накалялся.

— А почему бы и нет? — произнесла она вслух. — Более чем обычные люди способны на самые необычные и непредсказуемые поступки. А люди с небольшими отклонениями от общепринятого понятия обычного человека, осознающие свои комплексы, либо подразумевающие об их наличии благодаря отношению к нему со стороны, способны и на безумные поступки. А экстремальная ситуация лишь усугубляет их особенность. Это так или стоит проверить?

Она допила бокал до дна и вернулась в номер. Сев за стол, она извлекла из сумочки новую колоду карт и принялась её раскладывать. Разложив, она снова их и перемешала, собрала в стопку и положила на стол. После этого она поднялась со своего места и несколько раз обошла вокруг стола. Наполнила себе еще бокал и вышла на балкон.

— Сколько мне нужно претендентов на игру? Думаю, достаточно двоих. Какие задачи перед ними поставим? — Она сделала глоток. — Как карта ляжет. Если их окажется больше? Я уж что-нибудь да придумаю. Судьба что-нибудь да выкинет. А как с ними распоряжаться, направляя судьбу, это уж мне решать.

Мария вернулась и села за стол, принявшись перемешивать колоду, одновременно что-то шепча.

— Стоп! — воскликнула она и сняла с колоды первую карту.

Перевернув, она обнаружила бубновую шестерку. Она отложила её в сторону.

Закрыв глаза, она снова перемешала карты, продолжая шептать.

— Стоп!

Бубновая дама.

— Интересно, — прошептала Мария, накрыв колоду ладонью. — Это еще не все. Как не странно. Посмотрим дальше.

Король пик.

— Это уже интересней. Совсем интересно. И это еще не всё? — удивилась Мария, отрывая ладонь от колоды. Снова перемешала.

— Валет треф! Что ж, наконец-то, ты тот, кто мне и нужен был в первую очередь. — Мария улыбнулась. — И король понадобится. Что делать с остальными? Будет как-то некрасиво лишать их шанса и выкидывать из игры. Да и балласт мне не нужен. Займу и их чем-нибудь. — Мария хищно улыбнулась.

Отложив четыре выбранные карты в сторону, она поднялась с места, и хотела выйти на балкон, но что-то её задержало. Она замерла. Несмело наполнив бокал шампанским, она осторожно посмотрела на колоду карт и замерла.

— Нет, достаточно, — сказала она себе и направилась на балкон, но идя, случайно задела стол. Колода карт дрогнула, карты рассыпались, и одна из них упала на пол. Упала она рубашкой кверху.

— Нет, это уже лишнее, — уверенно произнесла Мария и вышла на балкон.

Поставив бокал на перила, она взглянула на небо. Из-за городской иллюминации звезд на небе видно не было. Одна чернота.

— Что? — глядя вверх, глубоким голосом проговорила Мария. — Я сама решаю. Я сама власть и судьба. — Опустив голову и устремив взгляд в город, она выплеснула тьму из глаз и, развернувшись, вернулась в номер.

Быстро подойдя к лежащей на полу карте, она наклонилась, взяла её, села за стол и также, рубашкой кверху положила возле колоды. Немного помедлив, она пометила карту, лежащим рядом карандашом, вставила карту внутрь колоды, закрыла глаза и начала её перемешивать, снова что-то шепча. Резко остановившись, она с размаху положила колоду на стол и открыла глаза. Сверху оказалась меченая карта. Не переворачивая её, она убрала колоду в шкатулку и отправилась в ванну.