Моя невеста - интроверт! (СИ) - Волкова Риска - Страница 11

Император выудил откуда-то из кармана одеяния увесистый медный браслет со сложным рисунком, явно очень древний, и протянул его, положив на раскрытую ладонь.

Я задумалась. Взять или нет? А с другой стороны, дверь заперта и выхода другого к ее открытию нет. Если только в окно сигануть. Какой там этаж? Подойдя к окну, я с неудовольствием заметила, что кабинет ректора находится достаточно высоко. Прыгнуть — значит почти наверняка свести счеты с жизнью.

Вздохнула. Подошла к императору и, взяв с его ладони браслет, надела его на запястье. Заметила, как улыбнулся император, когда браслет пропал с его руки. Словно мартовский кот. Однако, улыбка довольно сразу пропала.

— Здравствуйте. — еле слышно прошептала я.

Император улыбнулся, подошел к небольшом столику у окна и, отодвинув один из стульев, пригласил меня сесть. Я послушно опустилась на стул, заметно нервничая, и ежась от холода. Император не спешил садиться сам. Он сделал пасс рукой и на столе появились тяжелые хрустальные кубки, в которое он налил рубинового цвета вино, от которого исходил удивительный ягодный запах.

— Это Финисское вино… — прокомментировал Арэллин, садясь напротив. — За встречу? — поднял он кубок.

Я, вздохнув, взяла свой. Интересно, наверное, сейчас выглядит летающий бокал вина… С легким “дзынь” прикоснулась своим кубком к его и отхлебнула вкусную и терпкую жидкость.

— Ну как тебе, Римма? — спросил император.

— Спасибо. Вкусно. — ответила я. — Зачем… Зачем вы хотели поговорить? И о чем? Я… Я не подхожу вам и я не люблю людей… Я — хиккикомори, вам, наверное, сказали… Так что все это… Ели Люк сказал мне правду про то, что вы имеете какие-то чувства ко мне… это невозможно…. — набралась смелости я. Наверное, вино подействовало.

Император Арэллин же вначале с улыбкой слушал, лишь только услышав имя оборотня, напрягся, недовольно искривив губы и сжав кулаки.

— Ррримма… — сказал он, растянув первые звуки так, что я отчетливо услышала рычание. — Давай договоримся, что при мне на имя оборотня у нас с тобой табу. Не надо его упоминать, я могу не сдержаться.

— К..конечно. — выдавила я, снова испугавшись и стараясь съежиться в комочек в кресле.

— По поводу того, что у меня есть какие-то чувства и что что-то возможно, а что-то невозможно… Я не буду врать, Римма. Невозможно здесь только то, что ты когда-либо не станешь моей женой. Ты станешь ей, Римма. И женой, и императрицей, и матерью моих детей. Однако… Ввиду того, что твое сердце человеческое и не может чувствовать истину так, как ее чувствуем мы, драконы, я дам тебе время.

— Вы не понимаете! — отчаянно вскочила я с места, смахнув рукой со стола кубок с вином. Тот залил весь стол красной лужей и разбился, едва соприкоснулся с полом.

Император Арэллин лишь щелкнул пальцами и все исчезло, оставив лишь ягодный запах.

— Вы не понимаете! Я вообще не могу ни с кем общаться! Были бы это вы или ректор, или преподаватели, или еще кто-то! Я не могу!

— Однако, с шавкой-оборотнем ты довольно мило общалась. И, кажется, писала благодарные письма за его шоколадки…

— Я — медик! Меня иногда… Иногда я не могу пройти мимо… Это дурацкая привычка и мне самой очень неуютно из-за нее, но это вбили мне в голову, еще когда я училась…

Император молчал, барабаня пальцами по столу и о чем-то напряженно думая.

— Пожалуйста. — попросила я. — Оставьте меня в покое… Я сойду с ума, свихнусь, умру, если вы будете настаивать на чем-либо….

Император усмехнулся и вновь посмотрел мне в глаза. И как посмотрел! Хотя он даже не знал, сижу я в кресле или нет.

— Я слишком многим буду рисковать, если соглашусь с тобой. Быть может, мне бы стоило просто забрать тебя сейчас с собой во дворец и показать тебя магам, целителям. Но… Я убежден, что они ничем не смогут помочь. Потому что все твои страхи, Ррримма, это выдумка. Однако, это лишь мое мнение. И чтобы доказать его, я готов пойти на компромисс.

— Компромисс?

— Да. Мне будет нужна твоя помощь. Как медика. Или целителя, так привычней для моего слуха.

“Помощь” — сердце пропустило удар. Я посмотрела на большие часы, висевшие прямо над дверью кабинета ректора. Они показывали полночь. Феофедулий Скромный рекомендовал согласиться…

Глава 9

— А что от меня потребуется? — робко спросила я, желая прощупать почву.

Император пожал плечами.

— Всего ничего. Приложить свои умения на практике. Видишь ли, я веду военную компанию на востоке страны. С кланами магов-кочевников, язычниками, придерживающимися кровавых ритуалов, насилия и грабежа. Они посмели войти на мои земли три месяца назад и до сих пор мы не можем одержать победу. И знаешь почему? — взгляд мужчины заблестел каким-то непонятным мне азартом. Так смотрит кот на мышь, играя с ней, не спеша ловить в лапы…

— Почему?

— Их магия настолько уникальна, что оставляет повреждения “со следом”. И этот след вызывает диссонанс с магией наших целителей. Они ничего не могут сделать. Я положил уже тысячи людей. Вне сомнения, Империя драконов близка к победе… Но мои воины… Они очень страдают.

Ну конечно! Решил сыграть на моей слабости, зараза чешуйчатая! Еще и медицину приплел! Чтобы я вообще рехнулась там на поле военных действий!

— Один мой друг, Римма… — продолжал император. — Он очень мучается… И он еще жив. Кочевники переломали ему все кости, пока пытали…

Я сжала кулаки. Жалость и проклятое чувство долго начинали мышью прогрызаться в мое сердце.

— Нет, спасибо. — вежливо отказалась я.

— Он всю жизнь делал только добро. Был скромный, тихий… Очень любил читать… Кажется, его любимая книга была… Как же… Что-то с Феофедулием или Феофилом… Или Филлипом… — сощурился император, нахмурив лоб и вспоминая.

— Наставления Феофедулия Скромного?

— Именно! — улыбнулся Арэллин. — Не так давно он потерял эту книгу… А откуда ты знаешь про него? Это редкий экземпляр!

Весьма странное совпадение, однако!

— Она… Эта книга как-то оказалось у меня на столе, среди других учебников. Я могу вернуть ее вашему другу! — пообещала я, уже переживая за то, как мучается несчастный друг императора. Переломать все кости… Неужели у них нет гипса? Могли бы загипсовать…

— Он с радостью примет ее обратно, но, боюсь, читать уже не сможет… Руки сломаны. Каждое движение доставляет ему боль. Он никогда не плачет, но я видел его слезы, Римма. Он плакал от того, что не может почитать любимого Феофедулия…

Нотка лукавства проскользнула в его голосе. И это должно было смутить меня. Должно было насторожить, но, едва я представляла несчастного воина, лежавшего в тоске и боли от того, что никто не может помочь…

— А гипса у вас что ли нет? — все же вырвалось у меня.

— Чего нет? — удивился Арэллин, а я, стиснув кулаки, тяжело вздохнула. Не надо соглашаться. Не надо соглашаться, Римма! Римма, не соглашайся!

— Я согласна. — ответила я. — Я помогу этому вашему другу. Вернее, постараюсь помочь. И тогда вы от меня отстанете!

Драконий взгляд блеснул победой. Затем император мягко улыбнулся.

— Посмотрим.

*** (Император, несколькими часами ранее).

Прошествовав незамеченным за Риммой из столовой, ориентируясь только на ее упоительный запах, Арэллин замер в нерешительности в аудитории. Было очень много студентов, и очень много запахов. Среди них ниточка упоительной мяты, меда и орехов легко потерялась.

Едва не зарычав от отчаяния, император хотел уже было уходить из класса, как вдруг заметил, что шавка-оборотень, заулыбавшись своей кривой улыбкой, направился наверх аудитории. Конечно! Наверняка заметил его избранную! Арэллин, с усмешкой, не предвещающей ничего хорошего, проследовал за ним.

— Привет, мышка! — шепнул этот парень, слегка наклонившись.

“Мышка!” — застучало у дракона в голове. Как он только смеет! Как он может приближаться столь близко к Римме! К ЕГО Римме! И как он может называть ее так… Давать ей это ужасное прозвище! Императрица — не мышка! Она — дракон!