Моя невеста - интроверт! (СИ) - Волкова Риска - Страница 8

— Как здорово! Выходит, у вас всегда гармония в отношениях…

Люк кивнул.

— Однако, у драконов все происходит немного по-другому.

Я поморщилась. Воспоминания об императоре царапали душу страхом. Я не хотела о нем думать. Не хотела даже ничего знать. Но, глядя на Люка, я понимала, что мне придется все же дослушать его. Иначе от внимания Его Светлейшества я не избавлюсь никогда.

— Драконы сразу знают, кто их избранная. Она у них одна. Во всей вселенной. И ощущают они это так же хорошо, как и мы оборотни, но для этого им не нужны никакие брачные ритуалы. Хотя обряд свадьбы у них конечно же присутствует. Но суть в том, что парами драконов обычно становятся драконицы. И они прекрасно ощущают вторую половину, заочно уже влюблены в нее. Но ты… Ты вообще чудо лесное. Выходит, что ты для Императора пара, а он, вовсе может и нет для тебя. По крайней мере, восторга от его вида ты не испытываешь, я так понял.

Я в ужасе замотала головой. Новости просто били пыльным мешком по голове. Чего я точно не планировала в этой жизни, так это становиться чьей-то невестой! О каком замужестве вообще может идти речь, если ты немного социофоб?

Я закрыла лицо руками. Паника подкатила к самому горлу. Неужели и правда придется поговорить с императором? Но… Что я ему скажу? Да так и скажу, что не могу. Что я — хиккикомори, что мне жаль… Мне проще умереть. Ведь, если он любит, то должен понять!

— Мышка, а мышка…

Я оторвалась от раздумий и посмотрела на оборотня.

— Время позднее, тебе бы поспать. Я провожу тебя до комнаты. А по поводу императора, если надумаешь с ним поговорить, то тебе нужно будет завтра к одиннадцати вечера подойти к кабинету ректора. Там все решите. В это время ученики уже будут спать, лишних глаз и ушей не будет.

Я, подумав, кивнула.

— А в мою комнату он больше не будет ломиться?

Оборотень, улыбнувшись, отрицательно покачал головой.

— Пошли, время позднее, я тебя провожу.

Глава 7

Император Арэллин сидел у себя в комнате, пил дорогое вино, присланное ему когда-то с жарких мест послом Антании, и пытался хоть как-то унять свою горечь и злость. Все эта ведьма Моаг! Если бы она не заколдовала Римму, если бы раньше ее выдернула из этого проклятого мира! А сейчас… Что же случилось сейчас, что все идет кувырком? Все его планы рушатся, словно карточный домик.

Император невольно вспомнил прошедшие события ночи. Он, как дурак, стучался в дверь к своей избранной, ожидая, что она кинется к нему на шею с порога, он думал, что она так же чувствует его… Знает, как колотится его сердце! Но ему не открывали. Затем что-то зашуршало, и император увидел подсунутую под дверь записку. Для него! Первое письмо от его любимой! И пахло оно изумительно, орехами и мятой… Мрррр, какой запах. Император даже не очень спешил его открывать. Однако, когда открыл и прочитал…

Пелена ярости застила его глаза. Письмо было не для него! Оно было нежным, волнительным, теплым, но не для него! А для какого-то оборотня! Для какой-то блохастой твари по имени Люк! Как она посмела! Как она могла?!

Ничего не соображая от горя и страха, Арэллин выбил дверь. Вбежал, просил, чтобы она показалась. Чтобы скорее уехала с ним… Но. Девушка не спешила идти на контакт. А потом, судя по внезапно исчезнувшей тетради со стола, и вовсе убежала.

Император выбежал из комнаты следом за ней, хотя даже не представлял, где она. Ориентировался лишь на запах орехов и мяты, что шлейфом исходил от нее. Искал ее, словно был слепым… Он долго бежал неизвестно куда, путаясь в коридорах здания академии, однако, так и не смог ее найти. А запах… Этот чудесный запах куда-то улетучился, словно его и не было.

Но самое худшее было потом. Когда господин ректор попросил его зайти. И в кабинете у ректора уже сидел этот… оборотень. Император очень хорошо запомнил его имя, Люк.

— Гхм… Ваше Сиятельство, Арэллин. Думаю, что нужно прояснить с вами несколько вопросов, касательно вашей избранной, ученицы нашей Академии, Риммы Верещагиной. — начал разговор ректор.

Император, усмехнувшись и зло сверкнув глазами на оборотня, расположился в кресле, напротив собеседников, скрестив руки на груди. Приподнял бровь.

— Да? И что же, устроите мне, наконец, свидание с ней? Хотя, я так понял, что по свиданиям у нас мастер некто Люк? Особенно если дело касается чужой невесты!

Оборотень, сидевший напротив него, заметно занервничал. Поправил очки.

— Она… Ваше Сиятельство, она не обычная девушка… — начал было он, но Арэллин его перебил, с усилием сдерживая себя, чтобы не зарычать.

— Конечно, она не обычная девушка! Она МОЯ ИЗБРАННАЯ!

Ректор сурово приподнялся.

— Ваше Сиятельство, я понимаю Ваши чувства, но выслушайте хотя бы меня!

Император нахмурился еще больше.

— Римма и вправду не обычная девушка, она, как бы так помягче сказать… Не совсем общительна.

— Она хиккикомори! — раздраженно добавил Люк. — Бедная девочка была напугана до смерти вашим появлением, Ваше сиятельство! — процедил он.

Император дернулся как от пощечины. Этот пес знает… Знает о том, что произошло… А это значит, что он либо все видел… Либо укрывал девчонку у себя!

Шумно втянув носом воздух, дракон все же нашел в себе силы узнать значение незнакомого ему раньше термина.

— Что это значит? Хиккикомори?

— Это значит, что у нее острая боязнь общества и боязнь людей. Ее забрали из другого мира уже не гране истощения. Ведьма Моаг помогла ей, наложив полог невидимости. Так она могла учиться и ощущать себя в безопасности… Однако, ваше внезапное появление слегка выбило ее из колеи. К тому же, она человек. И никаких ответных чувств к вам испытывать не обязана. — сообщил ректор.

Арэллин, казалось, проглотил бокал вина с ядом. Ведь именно ядом казались эти ужасные слова про то, что его избранная Римма ничего не чувствует к нему. И к тому же она, быть может, не совсем адекватна, здорова…

— Да что это за бред вообще! — ледяным голосом ответил он. — Моя избранная не может быть больной! Если у нее боязнь людей и она забитая девочка со сломанным характером, как же она смогла оказать помощь, спасти этого блохастого недомерка?!

Люк зарычал, на пальцах отчетливо заострились ногти…

— Римма необычная. Она странная. И… Волшебная. От нее очень вкусно пахнет… — оборотень даже слегка прикрыл глаза, словно вспоминая что-то, что не укрылось от янтарного взгляда дракона, вызвав у того на лице ледяную усмешку.

— Что ж. Если то, что вы говорите правда, я хотел бы пообщаться с ней. Тет-а-тет. Надеюсь, хотя бы на это я имею право? К тому же, я не собираюсь требовать от нее скинуть полог невидимости. Пусть присутствует в невидимом виде… Постарайтесь уговорить МОЮ девочку. Если вы так все над ней трясетесь. Иначе я не гарантирую того, что перестану искать встреч с ней…

Утром я проснулась с больной головой. Словно с ярого перепою, честное слово! Казалось, что мир сейчас ополчился на меня в несколько раз больше, нежели обычно. Все говорило об этом: и то, что первой парой стаяло травоведение, которое я благодаря ночным событиям не успела доделать, и то, что небо было необычно пасмурное, и то, что голова раскалывалась, словно сейчас лопнет как стеклянный графин, в который налили кипяток. Но хуже всего было то, что вечером предстоял разговор с надменным Императором. Вот уж кого я точно не хотела видеть, но ректор… Ректор меня уговорил. В письменном виде, разумеется. И я была с ним согласна. Конечно, это попахивало мазохизмом, потому что только самоубийца решится поговорить тет-а-тет с тем чудовищем, что забрело ко мне ночью.

Умывшись ледяной водой, в надежде безуспешно унять головную боль, я хмуро поплелась в столовую. Меня все так же никто не замечал, да и я не старалась себя выдать, уже осмотрительнее прикасаясь к предметам. В столовой стоял шум и гам. Вовсю обсуждалась выбитая дверь комнаты номер тринадцать этой ночью.