S-T-I-K-S. Этот мир придуман не мной (СИ) - Захарова Людмила - Страница 26

– Лесовик со своего места может стрелять, или Славу и на вторую точку замкнем, – успокоила Техна.

Второй вариант более надежный.

Негоже Лесовика отвлекать, но как вариант не отбрасываем.

Потом пошла погрузка. А перед этим целый манифест накропали. Сколько, чего и зачем. Три тонны, это немало. Главное – сохранить такой ценный груз. В основном конечно патроны, но они так и так предусмотрены, три тонны это без полного боекомплекта для самой машины, ремкомплекта и воды. А входит водички почти сто литров, да и комплект не пять кило весит. Да наш вес, обалдеть, не КамАЗ конечно, но внушительно. Уважуха Техне, как конструктору.

Чуть свет я уже на месте, инструкция от Техны как перед глазами – помаленьку начинаем. Они там копошатся, дотаскивают, подгоняют. Это я об оборудовании места для Лесовика, одно кресло охраны пришлось снимать и, увы, здесь оставлять, кроме крепления – оно личное продвинутое решение нашей Техны.

Обзор в симуляторе великолепный, я выпала из реальности часов на пять, стреляя по надвигающимся со всех сторон целям, пока желудок жалобно не затянул песню: «И когда ж хозяюшка, корочку протянешь, я её переварю, голод не обманешь… чав-чав-чав… чав-чав-чав…» – это типа припева, а жрет он уже себя изнутри, кусает, плачет, но жует усердно. Впору и самой с ним за компанию поплакать. Вылакала полфляги живчика – блаженяк. От трех корочек хлеба не отказалась бы. Получен очередной опыт: перед походом надо затолкать в себя столько еды, чтоб в горле всплыло.

Обед запаздывал. Вернее, не он, а мои компаньоны. Я перехватывала крекеры с чаем. В микроволновке грею борщ, тут и его научились закатывать, обозвала тару бич пакетом. Схожесть с нашей разовой китайской вермишелью и главное, тот же срок хранения. Такое же есть, но уже супы — гороховый, фасолевый, вермишелевый, харчо и т.д. Холодными эти блюда не поешь, бя, пробовала. Потому и не берем с собой. Микроволновка на Стиксе редкость. А мы прем аж три штуки для личного использования, вот кристаллы все выгребли, что нашли, перед отлетом надеемся и гостиницу разорить. Вылетаем поздним вечером, минуем два кластера, ждем перезагрузки третьего и, пока суть да дело, его тоже проходим. Потом на совсем крошечном стабе посреди озера пережидаем остаток ночи. Чуть рассвет войдет в свои права, летим дальше, увы, самые огромные два рядом проходим, очень надеемся, без эксцессов. Завершает треугольный стаб в лесу, до ночи перелет. Может где и переезд. Груза слишком много, тянуть-то потянет, но есть у меня серьезные сомнения, помню, про болтанку в полете читала, выдюжим ли.

Наконец они переругиваясь влетели в столовую.

– Может, еще чего выкинуть можно? – это Лесовик.

– Все, больше ни одного патрона, машина и так пищит уже о перегрузе.

– Может еще одно кресло вынешь?

– Нет, на него мы одеяла складируем. Где спать будешь: на земле, в ельнике на шишках?

– Ну, Техна, ну придумай? Может, воды меньше нальем, на озере же ночевать будем, воды завались.

Глава 19

– А давай, – тормозится она. – Уговорил, только на том стабе и закопаем ящики, а?

– Не вопрос.

– Тогда воды по минимуму, литров двадцать. И на одеяла еще ящики грузи, и в нижний отсек стрелка. Черт с тобой, разгоняться тут не вариант, как я поняла.

Обед улетел.

Они опять побежали, что-то там подвинуть, впихнуть, выпихнуть. Я на мониторе.

– Ребятки, валите из гаража, свита элитника бежит опять в город. Знаю я нюх этих мутантов, учуют, как пить дать, учуют. Перцем брызните на всякий случай.

Лесовик прискакал, всклоченный, как спинка ежа.

– чего их черти сюда понесли? И прут в нашу сторону, адовы создания.

– Нет, не именно в нашу, кажется, они на зеленя мчатся.

– а вот эту гадину я до уссыку боюсь, – показывает Техна на элитника.

– Впечатляет! Наверное, я погорячилась, когда на него охоту хотела открыть. Не наступил бы ирод на аптек… Наступил. Выхода наверх теперь нет, как и наблюдения с этого ракурса. Ну, Урод.

Он как почувствовал, покрутил головой, раскрыл пасть. Улыбается? Техна взвизгнула и споро заткнула себе рот. Не должен услышать, но ну его, ну.

– Черт, как бы не сорвали нам вылет?

– А вот тут вы ошибаетесь, как раз за гостиницей ангар, мы будем от этих уродов скрыты.

– Значит, молимся, чтобы они туда не заскочили, а то ведь вынудят воевать.

– Можно вернуться?

– Думаю да, но тихо и всегда меня слушать.

Банда неиммунных не вернулась. Лесовик с Техной, наконец, пришли к консенсусу. Всё, ужин. Опять у меня тренировка, дежурит Техна, потом Лесовик, а то движуху пропустим.

– Гляньте, я в тумбочке нашел хрен и скафандр.

Мы с Техной ржали, не переставая, булькая, как закипающие чайники.

Резиновую Зину купили в магазине… Ха-ха-ха…ржали, пока Лесовик нас не окатил водой.

– Лесовик, без обид, нажми на синюю кнопочку.

– Ядрена вошь.

– Ну, можно и так конечно назвать, в нашем мире все больше Дуняшей да Зиной кликали.

А че кривишься, лысого не гоняешь? Или по элитным борделям гуляете?

У Лесовика даже борода свекольный цвет приобрела.

– Ну, тогда это вам. – Хрен на стол кинул.

– Лесовик, да у нас уже есть, – и снова ржать.

– Ну, кобылы… ну вас. Умчался.

– Техна, а это мысль, девок -то тут мало, прикинь мужикам какой подарок, – глянули друг на друга и опять закатились.

– Пошли на склад, там ящик початый видела. Уж это ценнее одеял будет.

– Одеяла оставь. Ко мне наверх нет возможности бросить?

– Забыла, черт старый закружил, там же ниша есть. Значит, – подмигивает мне, – для наших женских радостей осталось место. Что душа желает отсюда стырить?

– Кобылицы, я вас слышу, мне двадцать штук и трусов накидайте, Тут натуральные. и полотенце побольше.

– Для себя что ль?

– Да ну вас. Да если и для себя?

– Зачетный мужик ты, Лесовик, хоть пятьдесят. Пользуй на здоровье. Воздержание ведет к разрушению психики, вон муры, наверное, друг другу…

Тут и он заржал.

– Так может им хренов гроздь повесить на самом видном месте?

– Тут? Тогда на гостиницу, только боюсь, пока тут элитник гуляет, они не сунутся.

– А вдруг!

Ночь.

– Славка, беда, этот упырь на крышу гостиницы взобрался, не взлетим: или забросает молниями, или сверху сиганет.

– Значит, будем ждать, да новый маршрут рисовать. Пришлось подниматься. Вспомнила, что с карты через коробок можно данные качать на маршрутизатор, в коробке функция сканера.

Столько времени впустую… хотя, опять же тренировка.

– Черт, Техна, а планшетов тут нет запаса?

– Есть, все завтра, дайте поспать, полуночники. Да, нам с Лесовиком спать меньше нужно. Особенно ему. Но когда есть время, он кемарит впрок, так сказать.

– Лесовик, ты ничего не чуешь?

– Да нет, вроде ничего.

– Лесовик, тут живой, рядом совсем.

– Так может мур?

– Может, но как-то не чую его грязным что ли.

– В каком хоть направлении?

– Кажется лес.

– Ни хрена себе, новичок думаешь? И как?

– Я одна пойду, там есть один выход в парке, оттуда просочусь.

– Одна, с ума сошла?

– Пойду, заодно элитника шугану, он вместе со свитой убежит, обещаю, но не спрашивай, как, а…

– В душу лезть не буду, действуй. Но может я с тобой?

– Нет.

Еще не хватало, чтобы он во мне скреббера увидел. Я хоть и не Саша, но и не человек. Приходится линзы носить, у меня зрачки вытянутые.

Я не выскочила, не выпрыгнула, рычажок сдвинул клумбу у беседки. Меня она прикрывала с одной стороны, с другой – колючие кусты. Шутники, блин, конспираторы. Я только высунула нос и тут же нырнула вниз, натягивая респиратор, – тошнотворный сладкий запах разложения шибал в нос убойно. Странно, что элитник тут и не думал пировать. До того, как трупы вспухли. Муры вкуснее? Теперь линзы прочь, беруши тоже, без них я тону в мире звуков. Заценила беседку, ну её, а вот рядом вытянуться и окунуться. Дело.