S-T-I-K-S. Этот мир придуман не мной (СИ) - Захарова Людмила - Страница 41

– Гор, – встряли мы кажется, внешники на охоту вышли.

– Черт, я читала, богатеньких выгуливают? Так вокруг выше руберов никого не видно.

– Может золотая молодежь?

– Наверное, нам то что делать, если детишки богатеньких, так их охранять будут лучше, чем генералов? – Горец расстроен.

– Давайте вперед, искать надо хоть какое–то укрытие, дерево, балку, а нет, будем прорываться. – хмурю лоб.

– Хочу Слава тебя расстроить, на машине не прорвемся. – Топчется по мозоли Горец.

– Значит ищем щелочку, наблюдаем, будет возможность, может прорвемся.

– А почему не переждать? – Техна тупит, вернее еще не знает. Но тихим сапом движется вперед.

– Потом будет одна перезагрузка за другой, как ночью лететь? – объясняю.

– Тогда да.

– Вон, вон, смотрите! – отвлекает нас Зор.

– Что там? – прозвучал не один мой голос.

Слева открылась изумительная картина, речка, узенькая совсем, не больше десятка метров, разрушенный мост, а перед этой самой речкой просто величавые ивы, царские ивы, высокие, раскидистые. Малой выскочив из катара, пробежался до первого дерева к нам. Поднял ветви и пропал на пару секунд.

Выскочил, улыбка от уха до уха, машет. Я не выдержала, попросила Техну и меня ссадить. Да катар смотрится буквально игрушечным на фоне этих исполинов, жаль не стаб, боже! Как же красиво.

Я задрала голову. Дух захватило. Захотелось прижаться к коре, объять необъятное, поплакать вместе с ней, посидеть на берегу, опустив ноги в воду.

Жаль не в нашу сторону следования направлена целая аллея красавиц.

Ха, под ветвями одной из них скроется не один наш катар, там такими с пяток в салочки может играть. Потерла ручки. Осталось выбрать, где мы расположимся?

И все же не первая, стала нашим пристанищем. Ровно посредине, пятая от моста приглянулась, там решили прятаться.

Спросите почему? Ответ может вас удивить, но именно эта ива стоит на половину в воде и со стороны реки есть возможность катар разместить, само собой не на самой воде, зависнем. Зато никаких следов, не найдут нас ни внешники, ни монстры, тем более они воду не любят, а вот на берегу ошиваться запросто могут.

Хорошо, что перед вылетом проверили все отсеки, зайца –Тарзу ссадили, под недовольное рычание. Практикует последнее время, Тигром себя возомнила? Не об этом я хотела сказать, похвалиться, последнее чудо техники, кабина дум, на палубе катара втиснута с молекулярным расщеплением, так что нам на сушу можно теперь не спускаться.

Сидим, бдим. Ночь прошла спокойно, не считая, что нам на этой аллее составили компанию один кусач, три жрача и два бегуна, на завтрак остался один бегун, второй на поздний ужин сгодился. Боже упаси не нам. Перелезли они с того берега, по полу разбитому мосту. Оказались–таки эквилибристами. Кусач тварь матерая, до рубера ему чуть осталось развиться, руки чесались разобраться с мутантами, но охолонул меня Зор, – ты уверена, что к нам внимание стоит привлекать, мы можем стать лучшим призом для внешников.

А следом резко командует, – Скрыт. Быстро. Сюда разведчик летит, эту группу гонят для развлечения, а я еще удивлялся, чего это они так корячатся через мост. В смысле «соседи».

– Скрыт, так скрыт. Чего переполошился, точно я чего–то не догоняю.

Техна катар к самым веткам подняла и вовремя. На аллею влетел, одноглазый Джо. И глазик этот усердно по аллее зыркал. Вряд ли внешник управляющий камерой направит её в нашу сторону, но проверять я вам точно скажу желания не было.

Глава 29

Не только глазик, еще и с зарядом бодрости, именно Кусача он пару раз приложил молнией, и вся группа монстриков побежала в нужном направлении, преследуемая уже тремя мистерами Джо.

Вот гады, внешники конечно! Устроили потеху и так не вовремя для нас. У нас в запасе осталось половина дня, потом придется скакать, как блоха на сковородке, маршрут придется корректировать не хило. Не мешало бы и нам посмотреть, что и как, но только боюсь, раз только погнали мутантов, то охотников еще нет.

И черт возьми, до самого логова внешников нет ни одного населенного пункта, откуда мутанты? Или карта и у меня не точная? Возможность такую не отметаю, но тогда где вероятность, что нас не может ждать еще какая–нибудь сюрпрайза. Не хотелось бы.

Что это? Что может означать большая буква «К» на этом кластере?

Вот последние пять минут спорим до хрипоты, чего бы это значило.

Начали с колонии, закончили конфетным заводом. Выдохлись, пристали к Техне, есть ли решение, повыше подняться и остаться невидимыми.

– Уже пробовали, чем выше поднимаемся и пересекаем границы, тем вас больше укачивает, а укачивает Славу, слетает невидимость.

– А если не пересекать границу?

– Смысл?

– Понаблюдаем за охотой, кто за?

– Да всем скучно, надоело отсиживаться. А там запросто можно момент урвать.

– А это мысль стоящая.

– Техна, – тогда над речкой и поднимемся. Слава страхуй.

Пожала плечами. Страховать, так страховать.

Высоко висим, далеко глядим.

– Думаю нам надо к границе сдвинуться, – вносит предложение Зверь.

Спрашивается, а я чего до этого решения не дошла?

– Перед ней можно спуститься и попробовать проскочить!

Беспилотники не поднимаются выше пятидесяти метров, но мы не знаем на чем будут передвигаться охотники.

Да что тут знать, либо вертолеты, либо скаты, – Зор встревает, – если их интересует охота, над самой землей зависнут.

Да что гадать на месте глянем, выруливая из–под ветвей, – слышу в наушниках азартный голос Техны.

Мы уже на местах, согласно не купленных билетов. Над рекой ни одного чужого летающего аппарата. Спокойно поднялись. Огляделись и на мягких лапках поплыли к границе.

Не в какие ворота, они бросили! Я не знаю парень это или девушка, по комплекции совсем… подросток, лет пятнадцати, шестнадцати, для меня ребенок.

Шесть придурков решили селфи делать на фоне поверженного мутанта. Я еще раз повторю придурки, даже не дураки, не удостовериться, что добыча точно мертва или так были уверены в охране.

Подстеленный лотерейщик еще скреб лапой. А они смеясь шли по полю с огромными, золотыми подсолнечниками, в его сторону. Почему я знаю, что, смеясь, так шлем на голове у них, как у наших космонавтов, прозрачный. Только не круглый, а как бы обтекает лицо. Мы больше к черным тонированным привычные. Кто они? Все бриты на голо, во лбу татушка, глаза большие эльфячьи, уши чисто человеческие, мочка только разрезана на двое. Модно, наверное, а может врожденная особенность. Носы, губы, две руки, две ноги. От нас отличаются только тем, что мы грибницей отмечены, они нет. Внешники.

Фотосессия. То один, то другой щелкает друзей. Кто ногу поставит, кто мордочку важную сквасит, кто–то наоборот страх имитирует. Лотерейщик ветошью прикинулся. Шифруется. У нас на борту жаркая дискуссия, готовы предупредить, матерятся и на молодежь, и на охранников. И главное не стрелять в эту поросль собираются, а помочь, да хотя бы советом. Знаем чревато.

Не добитая тварь на последнем жизненном рывке сбивает одного, второго, но именно третьему разбивает шлем. Тишина стоит секунд двадцать. Потом мутанта наконец добивают подоспевшая охрана и буквально подгоняя в спину зашвыривают растерявшихся юнцов в скат. На поле остается лежать одинокая фигура. Из глаз катятся слезы. Проломлен не только шлем, порван комбинезон, похоже рука сломана, нога в крови.

– Горец, – внешник иммунный.

Вот кому он сейчас это говорит? Понятно, что внешник не жилец, на охоту согнали кое кого и пострашнее лотерейщика. Сейчас, только кровь почуют и все…

принимаю самое тяжелое решение, с момента рождения в Стиксе. Стронги имеют право от меня отвернуться, но там же совсем ребенок! Да и в стаб может быть закрыта дорога.

– Ребята, я все понимаю, но по–другому просто не могу, кто за то, чтобы подобрать?

Первый раз от Молчуна услышала самую длинную тираду, правда только предлоги не состояли в списке матерного справочника.