Максимальное благоприятствование (СИ) - Зеленин Сергей - Страница 127

Немецкий народ, тоже неимоверно страдает… Всё, без исключения по карточкам, нормы потребления не хватает для нормального существования, а цены на «чёрном рынке» просто неприлично нереальны для тощего кошелька простого арийца! Тотальная мобилизация высосала практически всё взрослое население из городов и сёл: на улицах встретишь разве что стариков — даже дети с 12 лет, были обязаны трудиться на предприятиях — после сокращенных до необходимого минимума уроков в школе.

Но, осталось потерпеть чуть-чуть — до осени! Тем более, никаких бомбёжек немецких городов нет — у британской и французской авиации, бензина еле-еле на истребители хватает.

Должен отметить, что никакой «антигитлеровской коалиции» в новой реальности не сложилось и никаких общих требований об «безоговорочной капитуляции», Третьему Рейху никто не предъявлял. Да, какие-то договора между Россией с одной стороны и Великобританией и Францией были подписаны — но они ни к чему не обязывали и, были по сути — «меморандумами о намерениях». Так что, вполне могло срастись — если бы не, не по-британски горячечное упрямство Черчилля и холодный расчёт стоящего за ним Рузвельта — потихоньку начавшего уже прибирать к рукам колониальные владения одряхлевших европейских империй… То…

В то, что «большое наступление» Красной Армии обязательно случится — никто не сомневался! Германские стратеги хорошо помнили слова их великого «железного» канцлера Отто Бисмарка: «Не надейтесь, что единожды воспользовавшись слабостью России, вы будете получать дивиденды вечно. Русские всегда приходят за своими деньгами…».

Красная Армия обязательно попытается отбить захваченные территории, вопрос только:

КОГДА И ГДЕ?!

Немецкий генерал-фельдмаршал Вальтер Модель — Командующий Восточным ТВД уже долгое время смотрит на цветную штабную карту, задумчиво водит по ней карандашом, пьёт контрабандный — через Турцию, бразильский кофе целыми стаканами, курит болгарские сигареты — страшный дефицит в Третьем Рейхе, доставаемый «из-под полы» за бешенные деньги и, напряжённо размышляет.

По анализам мест нанесения «локальных ударов — разведок боем», некоторые из которых были довольно успешны для РККА и крайне болезненны для Вермахта, было очевидно, что русских особенно интересуют два направления: удар из района отбитого осенью Красной Армией крупного транспортного узла Гомель, в направлении на Рогачёв — Бобруйск, затем предположительно — на Минск, Вильно, Клайпеда… И, вся группа армий «Курляндия» целиком и часть группы армий «Смоленск», будут отрезаны. Однако, из-за неблагоприятных для наступления условий местности и, из-за того — что этот «котёл» сможет снабжаться через Балтийское море, это направление — скорее всего, будет вспомогательным — отвлекающим от основного, главного удара.

Хотя, как знать!

Более для русских заманчивым, стратегам в ОКВ казался удар через Днепр: Кременчуг — Кировоград — Первомайск — Винница… Далее, просто напрашивается прорыв их танковых и конно-механизированных групп в «Польский коридор»![120]

«Хм… Пожалуй, слишком смелый и авантюрный замысел — даже для русских!».

Или, нет?

Они уже не раз, пытались провести свою «разведку боем» именно близ Кременчуга… Зачем?

«Может, в каком другом месте?».

Он, мучительно напрягая зрение, снова и снова смотрит на карту — как бы пытаясь заглянуть под неё: русские за зиму «прощупали» почти всю линию Днепра — атакуя через реку по льду. Его взгляд опять зацепляется за Кременчуг:

«Скорее всего и, готовящийся главный удар сокрушительной силы, будет именно где-то здесь. Как подумаешь, сколько орудий и снарядов производит их промышленность на Урале в месяц… Gott schütze uns!».

«Так, так, так… А если не вход в «Польский коридор», тогда что? — взгляд Моделя опускается вниз, — а если русские встречный удар из Одессы нанесут? Недаром же, русские с прошлого года так в неё вцепились — не выбьешь! Уже и города то, самого нет — одно название и воспоминания на руинах домов, да большевистские фанатики в катакомбах… Правда, порт одесский до сих пор работает — если эти итальянцы с румынами не врут, оправдывая своё бессилие и, уже почти годовое пребывание под стенами этой «Трои»…».

Разболелась голова и, генерал-фельдмаршал, помассировал затылок — стараясь в это время расслабиться и, не о чём не думать… Затем, снова:

«Так, так, так… По всему выходить, что если русские нанесут главный удар из Кременчуга и навстречу ему из Одессы, затем «встретятся» в Виннице — они возьмут в «колечко» всю Группу армий «Таврия», этого… Этого выскочки…».

Своего строптивого подчинённого — Эрвина Роммеля, Вальтер Модель откровенно не любил и, не скрывал этого.

«Конечно, не «Польский коридор», но всё же! Три армии — тридцать с чем-то дивизий, не считая союзников — это тоже… На дороге не валяются!».

Как бы проверить?

Почесав высокий лоб холёной генерал-фельдмаршальской пятернёй, он вызывает генерала — руководителя одного из отделов ОКВ:

— Карл! Будь так добр: посмотри по разведсводкам макаронников и мамалыжников — что у них там в Одессе творится?

— Сейчас, сейчас… Минуточку…, — роется в принесённых бумагах тот, шелестя ими, — …ты не поверишь, Вальтер, но в морской порт посреди этих руин, буквально вчера приплыла русская Азовская флотилия… Ну, помнишь — осенью задавшая перцу нашему «Волку степей»! …Этому выскочке — Роммелю?

— Аааа… Как не помнить: визг, аж в самом Берлине слышали — когда русские в Мариуполе, его как кошку драли! — генерал-фельдмаршал злорадно смеётся, потом обеспокоенно переспрашивает, — Азовская военно-речная флотилия, говоришь? Это та — бывшая «Днепровская», стало быть?

— Ну, да! Та самая.

— Scheisse! И, что она там делает?

— Ээээ… Возможно, готовится к какой-то крупной заварушке. Вот смотри, Вальтер…, — оба склоняются к карте, — как красиво получается: реки Днестр и Южный Буг, образуют как бы «коридор»… Если, разогнать отощавших за зиму итальяшек — про румын я уже промолчу и, ударить вдоль этого «коридора» на Север… Брацлав, потом Винница и русские уже в тылу у Группы армий «Киев» фон Арнима! А военно-речная флотилия не даст нам контратаковать их во фланг через эти реки.

— А если ещё и, навстречу от Кременчуга?

Генерал махнул пухлой рукой:

— То место, так укреплено, что… Там, целая Четвёртая танковая группа генерала Вильгельма фон Тома у этого «выскочки» стоит в резерве!

— …Да?!

Нутром, Модель чуял здесь какой-то подвох:

«Что-то, здесь не так… Что-то как-то, здесь не правильно…».

Вдруг, генерал-фельдмаршала внезапно осенило и, он лихорадочно заводил по карте карандашом:

— Scheisse, ещё раз! А вот смотри-ка, Карл, всю зиму русские нас атаковали через Днепр. Самая сильная их «разведка боем» была под Кременчугом — когда они таки прорвались и, запустили своих «боевых пингвинов» на снегоходах, которых мы потом целый месяц вылавливали финнами на лыжах…

— Слава Маннергейму! Я, если честно, тогда — чуть было не обделался…

— Тогда, мы все — чуть было не «обделались», когда их арктическая пехота подошла к Киеву с Запада! Вернее — подъехала на своих «Rosyonok»…

— Почему русские, дают такие варварские названия своей технике, — подивился генерал, — вроде сам в России был и язык знаю, но до сих пор не выговариваю…

— Загадочная русская душа, Карл! Лучше ne parsia — всё равно её не поймёшь… Да! Недаром Маннергейму сам Фюрер звание «Герой Рейха» дал и, доску мемориальную с его именем на стене Рейхстага лично повесил! Были бы все союзники такие, как финны и венгры…, — помечтал генерал-фельдмаршал, потом вернулся к осенившей его идеи, — а, вот этот участок — между Каневым и Черкассами, русские не трогали… А ведь это — стык между фон Арнимом и этим выскочкой… Роммелем, с его Группой армий «Таврия». А, почему?

В глазах генерала вспыхнула искра понимания и восхищения противником: