Должница (СИ) - Гуляева Евдокия - Страница 15

— Ну же, Хамелеончик, что за стеснение?! Одежды, что осталась на тебе вполне хватает, чтобы закрыть твое тело от меня полностью.

Видя, что он прав и футболка настолько велика, что прикрывает мне даже колени, я немного расслабилась, в ожидании от него нового подвоха. И не зря…

Рукой потрогав мне лоб, убедившись, что температура не проходит, вновь подхватив на руки, быстро опустил меня в ванную, до краев полную ледяной воды…

У меня перехватило дыхание! От неожиданности и обжигающего холода я ошалело смотрела в его глаза, не произнося ни звука. Проходили секунды, но мне казалось, что время глумливо замедлилось, издеваясь надо мной, категорично отказывая мне в продолжении жизни…

Я даже не дышала! Сраженная начавшимся ознобом, зацепившись глазами только за его немигающий взгляд и темно-серыми, грозовыми тучами в нем. Секунда и он, рукой, мягко прислоняет меня спиной к бортику, заставляя погрузиться в воду полностью…

Впервые настолько доверяю мало знакомому мужчине, но отклоняюсь, ведомая им, коченея от холода, сковавшего все тело. Теперь отчетливо чувствую каждую, ноющую ранее мышцу, сейчас изощренно проткнутую тысячами морозных иголочек, заводящих организм, заставляющих его бороться, работать в полную силу, подключая все возможные и невозможные ресурсы, стократно усиливая, до этого видно спящий, жизненный потенциал.

Зубы начали стучать друг о друга и он, резко выдернув меня из воды, прижал к себе, согревая теплом своего тела. Горячий! Обхватив его скрюченными от холода пальцами, носом уткнувшись в шею, дрожала, губами задевая его обжигающую кожу, греясь о него…

Резко втянул воздух, сквозь плотно сжатые зубы, и крепче обхватил меня руками, сильнее притягивая к себе.

— Тише, Хамелеончик, теперь будет легче!

То, что ледяная вода заведет ее организм, я не сомневался ни на минуту…

Секунды пролетали одна за одной, а я не дышал вместе с ней, только она от сковавшего ее тело холода, а я от увиденного мною. Футболка, мгновенно намокнув, обтянула ее будто вторая кожа, став абсолютно прозрачной, ничего не скрывающей от моих любопытных глаз. Видел все: каждую мурашку на ее теле, идеальную, почти перламутровую кожу, с просвечивающими кое-где голубыми сеточками вен, шикарную грудь, с сжавшимися от холода сосками, яркими пятнами выделяющимися на фоне белого полотна, плотно облепившего ее фигуру…

Идеальная!

Смотрит на меня и я тону, вместо нее в этой ванной, в глубине ее ярких, карих глаз, тепло медовых, с золотыми искорками полнейшего доверия в них, сражающих меня наповал. Не дышит. Не делаю вдоха и я, на выдохе, шаря по ее телу, ошалевшими от вновь возникшего желания, глазами, пытаясь запомнить, зарисовать в памяти каждую его черточку, все изящные линии и безумно притягательные изгибы…

Глава 12

Проснулась на удивление очень легко!

Сознание пестрело калейдоскопом цветных картинок-воспоминаний о произошедшем вчера, а до сих пор простреливающая боль в мышцах нашептывала о долгом и болезненном пути восстановления жизненных сил взбунтовавшегося организма. Каждое движение, будь то поворот головы или поднятие руки, давалось с неимоверным трудом, но то, что изводящий жар покинул и без того измученное тело, было пусть и небольшим, но таким весомым подарком.

Окутавшее меня нежным запахом чистоты и свежести постельное белье приятно ласкало кожу. Перевернувшись на живот, обхватив подушку руками, я уткнулась в нее носом, втягивая приятные ароматы кондиционера для белья, наслаждаясь мягкостью ткани, потерлась о нее щекой, запечатывая в памяти момент восторга.

С детства не привыкшая к дорогим вещам, я ценила каждое, подаренное мне жизнью мгновение, восхищаясь шикарным уютом чужого, роскошного дома…

Вставать не хотелось. Повернув голову, я следила за танцем маленьких пылинок в лучах яркого солнечного света, что настойчиво пробивался сквозь плохо закрытые кем-то портьеры. Мысли витали в голове так же хаотично, как эти мельчайшие частички, парящие по комнате, отлично заметные на солнце, но едва сменив траекторию непонятного мне полета, оказавшись на теневом краю, моментально исчезающие, уже невидимые глазу.

Вспомнился странный сон…

Мужская фигура у окна, со спины обласканная лунным светом, в ночном мраке комнаты, едва различимая, словно мгла собралась в один большой сгусток, четко обозначив лишь силуэт. Сквозь многогранную призму сна помню, как отходит от окна, делая два шага ко мне, прикасается ладонью к моему лицу, трогая горячий лоб, слегка мазнув по мне холодом своей тьмы, отходит назад, возвращаясь к своему месту, с которого отчетливо видна кровать и я, лежащая на ней…

Следит за мной, и у меня мурашки бегут по телу от осознания того, что смотрит, ловит каждое мое движение, видит, что я не сплю и жадно всматриваюсь в темноту, ища глазами его силуэт. Это он не задернул портьеры, уходя под утро… Сергей…

Непонятный сон! Абсолютно не реальный, но поражающий количеством ярких, отчетливо запомненных мной деталей и своей необыкновенной чувственностью. Меня и сейчас бросает в дрожь от прохладной ладони, воспоминания о которой оставили четкий отпечаток в моей памяти. Вспоминаю, как проводил по моему лицу кончиками пальцев, слегка прикасаясь, рисуя на моем теле, разгоряченном температурой, морозные узоры, обводил скулы, спускаясь по шее вниз, дотрагивался до пульсирующей вены под тонкой кожей, предательски выдающей мой зашкаливающий пульс…

Волшебный! До безумия приятный! Сон, сражающий меня свой откровенной сексуальностью.

Громкий стук в дверь, испугал меня, вырвав из полудремы соблазняющих сознание грёз. Слышала, как поворачивается дверная ручка, впуская нежеланного посетителя.

— Доброго дня, Хамелеончик.

Мгновенное узнавание яркой вспышкой разбудило сознание, заставляя организм полностью проснуться, перешагнув навязанную болезнью ленность.

— Тебе лучше?

— Несомненно, — ответила я, пытаясь перевернуться к вошедшему лицом, мучительно застонала проклиная свою беспомощность, — значительно лучше. Спасибо. Хорошо бы мне уехать домой и пару дней отлежаться там.

— Вставай! — проигнорировал сказанное мной Сергей, подойдя, трогая мой лоб, проверяя на наличие температуры. — В баню пойдем.

Его ладонь на моей коже спровоцировала новый шквал воспоминаний от которых тело бросило в дрожь, рваным выдохом выбив воздух их моих легких, раскрывая ему мою заинтересованность, рассказывая о неравнодушии, реакцией тела на его прикосновение.

Заметил. Многозначительно хмыкнув, отвернулся, уходя еще раз бросил:

— В баню. Десять минут жду, потом поднимаюсь сам и вытаскиваю тебя с кровати. Халат возьми в ванной.

Русская баня. Деревянная, сложенная из кедрового кругляка поражала своим запахом!

Едва приоткрыв дверь, лишь зайдя туда, я окунулась в характерный, древесный, хвойный аромат с головой, растворившись в нем, мгновенно растеряв свою усталость и нервозность. Очень чистый, насыщенный, терпкий, сражающий аромат идеального леса…

Пар. Обволакивающий, густо заполняющий помещение парилки, оседающий на моей коже горячими, обжигающими каплями приносил небывалое ранее удовольствие… Я лежала на правом полке, Сергей занял левый, увеличив дистанцию, а между нами встал пар русской бани, горячей стеной удерживая нас друг от друга.

Лидирующий вначале запах кедра едко перебивал очень сильный аромат полыни. Я не знаю, как к нему относятся другие, но я обожаю его горечь. Разгоряченная, распаренная кожа жадно глотала интенсивные, яркие запахи бани каждый раз, когда Сергей поддавал на каменку, аккуратно зачерпывая воду из таза с запаренным там пучком полыни. Пар, сначала поднимаясь от раскаленных камней вверх, сделав круг, медленно опускался, жаром накрывая наши тела, прогревая до костей, не обжигая, а мягко согревая ноющие мышцы.

Прикрыв глаза, из под опущенных ресниц, алчно ловила каждое его движение, восхищаясь великолепной мужской фигурой, идеальной, атлетически сложенной, безумно притягательной, на мой взгляд, безупречной. Шикарный, мощный разворот плеч, не перекачанные руки со стальными на вид, рельефно выделяющимися на них мышцами, крепкие ноги и притягивающие взгляд ягодицы, прикрытые простыней, но маняще-раздразнивающие мое возбужденное воображение…