Называйте меня Хель (СИ) - "Zaraza takaja" - Страница 48

Драко улыбнулся и издевательски провёл мизинцем мне по губам, отдёрнув его в тот момент, когда я собрался его прикусить. Томми только хрюкнул.

— Могу временно закрыть тебе эмоции, — предложил он.

— И лишить меня последней радости? Нет уж, я буду страдать, весь такой нелюбленный. А вас будет совесть мучить!

— Хель, ты меня ни с кем не перепутал? Какая совесть? — поддержал шутку Томми.

— Том, когда заседание по Сириусу?

— В середине июня. Грейнджер я пока к Гринграссам отправил. Дафна ей занимается. И судя по отчётам, Грейнджер всерьез решила стать леди Блэк. А характер у неё упертый. Она Сириуса в перчатках из драконьей кожи держать будет.

— А Люпины?

— Министерское уведомление им отправлено. Если первого сентября Эдвард Люпин не явится в Хогвартс, его заберут из семьи по «Закону о Древних Родах». Хель, — Томми поднялся с кресла и навис надо мной в нескольких сантиметрах от лица. — Какого дементора я отчитываюсь перед тобой?

— Тебе нравится быть послушным мальчиком, Томми? — издевательски произнёс я.

Слизерин зашипел, на человеческом лице ещё ярче проступила змеиная чешуя. Зрачок вытянулся, а между губ мелькнул раздвоенный язык. Поймав его взгляд, я представил себе, где именно я хотел бы видеть этот гибкий длинный язык и толкнул этот образ к Томми. Я не слишком силён в легилименции, но тут много усилий было не надо. Он зашипел ещё сильнее и я провалился в его взгляд, оказавшись в тёмном подвале, в кандалах, распятым лицом к стене. Я почти физически ощутил, как по обнажённой спине, чуть царапая, скользят острые когти.

— Помниссшь это месссто? Это ссдесь ты ссзапер меня почти на год, — раздался над ухом угрожающий шепот. — Ссдессь я могу ссдеать с тобой вссё ссшто угодно.

Я чуть повернул голову и встретился с алыми глазами Томми. Он стоял прямо за моей спиной, чуть наклонившись ко мне.

— Ну так сделай, — предложил я и демонстративно прогнулся в пояснице.

Один единственный факел отбрасывал на стены танцующие блики, как будто его трепал несуществующий ветер. Когти Тома скользнули ниже: по ягодицам, по ногам, зацепили мошонку, поднялись по животу, груди и сомкнулись на горле.

— И ссшто мне ссделать с тобой?

— Трахни ты меня уже, наконец! — рыкнул я и почти сразу вскрикнул от резкого, чуть болезненного вторжения.

Чем хороша фантазия, так это тем, что она может не подчиняться законам физики и физиологии, потому что сейчас я был собственным идеалом: шикарным золотым блондином лет двадцати и охренительной фигурой, узкими бедрами и накачанным прессом. Сообразив наконец, что под этот подвал Томми перестроил мой сейф, я решился на изменение интерьера. Под моим ментальным давлением стена опрокинулась горизонтально, превращаясь в кровать, кандалы исчезли, а вот дальше мне доработать не дали.

Сложно, знаете ли, думать о цвете покрывала, когда тебе заломили руки за спину, надавили на лопатки и методично насаживают на совсем не маленький член. Меня хватило не больше чем на минуту. Я кончил с гортанным криком и мой собственный голос выдернул меня в реальность. Сколько тут прошло времени: секунда, две? Я по-прежнему лежал головой на коленях Драко, Томми нависал надо мной, но сбившееся дыхание и влажное пятно на брюках подтверждали, что оргазм был настоящим.

Нетерпеливо рыкнув, Томми вздёрнул меня на подгибающиеся ноги, беспалочковым очистил мою одежду и чуть ли не пинком выкинул меня в коридор.

— Уйди, ради Мерлина! — рыкнул он и захлопнул дверь перед моим носом.

Тихо рассмеявшись, я облокотился о стену.

— Тоже мне — хладнокровное. Сам, небось, едва удержался, чтобы не спустить. М-м-м, судя по скорости моего выпроваживания, с Драко сейчас церемониться не будут.

Оторвавшись от стены, я зашагал наверх. Но не к себе в гостиную. Идея Томми показалась мне интересной и сейчас я собирался её развить. Горгулья перед директорским кабинетом меня пускать не желала. Пришлось вызвать Кодди и всучить ему записку для Красавчика. Прошло не меньше минуты, прежде чем каменная курица отскочила в сторону, открывая вход на лестницу.

— Чего тебе, Хель? — прожёг меня взглядом Снейп, как только я переступил порог кабинета.

— Учебник по легилименции. Можно личные записи. Не с самых азов, а где-то со середины.

— Хм, зачем тебе? — усмехнулся Снейп.

— Для личных нужд. Раз уж мне так не дают — буду учиться мозг трахать.

***

Остаток осени и всю зиму попугай провёл в гнезде, лишь изредка вылетая размять крылья. Он знал, что его ищут — и ищут дотошно. Поэтому покидать Запретный лес не рисковал. Да и холодно зимой на улице. А вот в гнезде хорошо. Феникс — птица огненная и вполне способен поддерживать нужную комфортную температуру, даже в мороз. Да и само гнездо сокрыто его магией. Ведь безопасность потомства прежде всего. Именно из-за этой особенности фениксов так мало на руках у волшебников. Слишком хорошо они прячутся.

Помимо этого у Дамблдора была ещё одна причина, по которой он предпочитал сидеть «дома». Каждый раз, после возвращения в гнездо с прогулки, Фоукс подминал его под себя, утверждая своё право на самку. А ближе к весне феникс ещё сильнее активизировался. Всё чаще стал приносить редкие зимой орехи и фрукты, расчёсывал клювом пёрышки и даже настелил новый слой своего тёплого пуха в гнезде. Глядя на все эти приготовления, у Дамблдора трусливо поджалось очко.

Если к регулярным домогательствам Фоукса он уже привык и даже стал находить в этом какое-то извращённое удовольствие, то мысль о необходимости снести яйца вызывала в нём холодную дрожь. А во всём виновата гребаная физиология, которая наделила птиц только одной дыркой. Для всего!

В середине марта попугай подскочил среди ночи от неожиданно нахлынувших чужих эмоций. Ментальный блок, методично взламываемый им всю зиму, наконец дал трещину и Дамблдора скрутило в жарком приступе юношеской похоти.

— Малолетка озабоченный, — простонал попугай, пытаясь совладать с чужими эмоциями.

Все внутренности скрутило в тугой комок, а зад зачесался так, как будто в него пучок крапивы засунули. Не в силах сделать что-либо без помощи рук, попугай раздражённо клюнул дремлющего феникса.

— А ну просыпайся, петух! Хоть раз поработаешь мне на пользу!

Встрепенувшийся феникс завозился, оглядел беспокойную самку, что соблазнительно раскрывала крылья, прогибаясь вперёд, издал довольный клёкот и придавил её собой.

— Да что б тебя! Да можешь ты шевелиться быстрее! — нетерпеливо переступал на лапах попугай, заставляя наваливаться сильнее и загонять свой член глубже. — Давай! Вот так, мой петушок! Заставь меня кончить!

Кончать без члена было странно, но получилось. Стряхнув с себя отработавшего своё феникса, попугай довольно пристроился на мягком тёплом пуху, удовлетворённо отмечая, что и его соединённый угомонился тоже.

«Если тот малолетка меня так каждую ночь поднимать будет, то я…» — додумать свою мысль попугай так и не успел, провалившись в сон.

А на следующий день его Дамблдора ждал не самый приятный сюрприз: Фоукс снова запечатал гнездо, оставив лишь маленькое отверстие для кормёжки как в прошлый год. Нехорошее предчувствие заставило его забеспокоиться. Но в этот раз попугай нашёл чем себя утешить.