Точка Выбора (СИ) - Горцев Николай - Страница 36

- Пропаду, говоришь? Вызов принят! Посмотрим ещё, кто быстрее пропадёт!

Девушка рассмеялась и сказала:

- Ну хоть с чувством юмора у тебя всё в порядке. Ладно, мне уже начинает нравится такой собеседник.

- Ты со всеми такая откровенная? - удивился я.

- Со всеми. Если человек козёл, я ему в лицо об этом обязательно скажу.

- А у меня есть подруга, которая скажет человеку в лицо что он конь, буйвол, единорог или мамонт, если он козёл...

Так мы и разговорились. Валерия рассказала, что уже два года колесит по просторам разделённой на части страны, которую в школе учили называть «Ридна нэнька Украина». Ей можно — родилась она уже после беловежских соглашений, и историю наверняка учила по учебникам фонда Сороса или какого-нибудь другого американца. Я не стал объяснять девушке, что ненька не может быть Родиной, Родина — это мать, а не нянька. Впрочем, мой внутренний голос, вспоминающий язык, уже подсказывал, что всё в этой стране вверх дном, и нэнькой здесь называют почему-то именно мать.

В общем, на большую Родину — в Россию, - девушка едет впервые. Да и её ли это Родина, если она, в отличие от меня, родилась не в СССР? Как бы то ни было, гордиться общностью с народом сверхдержавы Валера не горела желанием. Напротив, была, судя по настрою, из тех, кто предпочитает держаться подальше от великих держав, называя это независимостью, однако не до конца понимает, что в мире есть лишь иллюзия независимости: если ты слабый и маленький, всегда найдётся кто-то сильный, кто тобой управляет. В случае с «нэнькой» это была другая сверхдержава, заокеанская. Только ей было выгодно подпитывать иллюзию независимости и стремление к ней — чем больше украинская «независимость», тем выше степень зависимости от тех, для кого весь этот народ — лишь пушечное мясо в достижении своих интересов.

Попутку Валера поймала быстро — старая волга с украинскими номерами остановилась на обочине. Водитель, по всей видимости, грузин, лет пятидесяти, широко улыбаясь, спросил, куда мы держим путь. Валера коротко ответила:

- На границу.

- Садитесь, подвезу! - улыбнулся грузин. - Тоже в Россию еду!

Мы закинули в багажник свои пожитки и расположились на заднем сидении. Грузин говорил почти без акцента — видно было, что давно уже стал местным. В пути мы узнали от нашего попутчика, что его семья уже вернулась из России, а он едет только сейчас, и будет последним из семьи, так как всё не было времени ехать получать российский паспорт. Оказывается, Россия выдаёт гражданам восточной Украины паспорта по упрощённой процедуре, так как санкции запада в отношении непризнанной республики Новороссия не дают им возможности ехать за границу по своему паспорту.

- А вот великоукры так и не выдали всем бесплатные визы в Европу! - смеялся грузин, - Тоже мне, великая республика.

Единственной ассоциацией со словами «Великая Украинская Республика» у меня в сознании был недавно виденный мною «великий туалетный папир». Я спросил у грузина, что он знает об этом государстве.

- Ничего хорошего там нет. - сказал тот. - Олигархическая военная диктатура. Заводы все закрыли, превратили страну в рынок сбыта для американских корпораций. В этом, в общем-то, и цель расширения НАТО на Восток: новые вассалы и новые рынки сбыта. Посмотрите на Прибалтику и бывшие страны Варшавского блока. Везде уничтожается промышленность, расцветает безработица, а коррумпированные власти берут кредиты под процент выше уровня ВВП страны, чтобы страна была всегда в долгах и никогда не смогла бы рассчитаться за резанные бумажки ФРС, которые те же самые олигархи присваивают себе. Так и с Украиной случилось. Так что я рад, что Россия пришла нам на помощь.

Я не ожидал такой реплики от грузина на старой «волге», вид которого говорил скорее о принадлежности к классу торговцев, нежели об осведомлённости в политических и экономических делах.

- Россия тоже хороша! - не выдержала моя новая спутница. - Прихватила себе половину страны и незаконно присоединила!

- Знаешь что, девочка, - начал водитель, - я учился в Харькове на историческом. Ещё в советское время. Я магистратуру закончил и даже диссертацию писал, но уже девяностые, перестройка, и всё это дело накрылось медным тазом. Пришлось, так сказать, уйти в бизнес…

Водитель вздохнул, вспоминая прошлое.

«Теперь понятно, откуда такие познания.» - подумал я, и с интересом стал слушать собеседника.

- Так вот. Одно я тебе могу сказать точно. - продолжил бывший историк. - Запад всегда вёл колониальную политику. До сих пор многие страны Европы имеют право на беспошлинную добычу ископаемых в своих бывших колониях. Им не партнёры нужны, а рынки сбыта, дешёвая рабсила и ресурсы. Это Россия всех, кого присоединяет к себе, поднимает до своего уровня. Другая культура, гуманизм...

- Хотите сказать, что вторгаться в чужое государство гуманно?! - выпалила Валера. - Я на майдане стояла за это государство!

- На майдане ты стояла не за страну, а потому что тебе плохо жилось! - прервал водитель. - А плохо жилось тебе потому, что тебя притесняли. Олигархические власти, воровавшие и разваливавшие страну. Впрочем, если бы ты хоть раз прочла соглашение об ассоциации, ты бы не стояла на Майдане, поверь моему опыту...

Девушка в ответ только вздохнула.

- Но вы умудрились при этом развалить страну, а на промайданной её части до сих пор правят олигархи, против которых вы стояли. Вот ты же наверняка не хочешь жить в ВУР?

Похоже, эта реплика зацепила мою попутчицу:

- Страну развалили таки як вы! Ти, хтоне хоче жытына батькивщыне, а при першейможлывостиотрымываютпаспорт иншейдэржавы!

Несмотря на то, что языка я не знал, я понял все слова, сказанные Лерой. Наш водитель же спокойно отвечал девуше:

- Моя Родина — СССР. Це для меня не иная держава. А родина, за которую вы стояли, не принесла мне ничего хорошего. За годы жизни в ней я получил только седину, безработицу и поколение глупых людей вокруг.

Водитель постучал по деревянной накладке на ручку коробки передач.

- Как дерево тупые! - продолжал он, обернувшись на нас с Валерой. - Уж извините, но если вы выросли в этой стране, то и вы тоже. Это была государственная политика в отношении всех вас, всего вашего поколения. Насмотрелся я на наше образование да отправил дочку учиться в Питер. Иначе никак.

- Можно подумать что в России что-то по-другому! - не унималась девушка. - Такие же олигархи, такое же образование. Только армия лучше. Сила есть — ума не надо!

После этой реплики не выдержал уже я. Прервав Валеру лёгким кашлем, я спросил:

- Ты сама-то была хоть раз в России?

- Представляешь, нет! - ехидно сказала моя попутчица. - Тильки щас вот еду, в глаза вам смотреть, «братья».

- Могу поделиться своим опытом. - спокойно продолжил я мысль. - Такого количества разбитых дорог, старых авто, убогих дворов как на твоей Родине, я не видел нигде в России, ну, разве что, когда маленький был, во времена девяностых. Когда вы вышли из СССР с его наследием ваша экономика была едва ли не сильнее экономики России, а сейчас что? Всё оставшееся разворовывают, нового строится минимум. Народ-то из вашей страны разъезжается, разве что в Новороссии теперь хоть какие-то перспективы есть. И кто после этого оккупант?

- А разве у вас по-другому?!

- По-другому! В прошлом году открыто больше четырёхсот новых предприятий. - начал я вспоминать статистику. - С середины двухтысячных в стране каждый год открываются заводы. Сотнями. Я работал в сфере, связанной с агросектором, у нас сотни клиентов среди новых заводов, девяносто процентов из которых открылись совсем недавно.

- И что, в образовательных рейтингах ваши ВУЗы тоже лучшие в мире?

- Образовательные рейтинги это политический заказ, а чтобы понять реальный уровень знаний, достаточно посмотреть на результаты международных олимпиад школьников и студентов. И представь себе, Россия всегда берёт призовые места почти во всех олимпиадах каждый год. А хвалёные выпускники английских и американских университетов даже в десятку зачастую не входят.