Точка Выбора (СИ) - Горцев Николай - Страница 74

- Поэтому, чтобы воздействовать на человека, не нужны никакие антенны, волны или же массовый гипноз. Достаточно знать ваши несущие частоты. Частоты мозга, тела, биополей тонких тел. По ним вас найдут где угодно и смогут незаметно для вас считывать ваши состояния и мягко менять убеждения.

- Как это происходит? - поинтересовался Стас.

- Допустим, вы житель среднестатистической европейской страны. А в стране идут выборы президента и антам нужно протолкнуть незаметно своего кандидата. Как повлиять на массы? Даже если вы живёте в глухой деревне, но хотя бы раз были в столице и проходили мимо какой-нибудь «специально охраняемой» достопримечательности, ваши несущие частоты уже есть в базе, ваше сознание мониторят квантовые вычислители и все данные по текущему состоянию ваших полей есть у антов. Так они могут в любой момент установить связь и считать состояние вашего сознания сейчас. И даже узнать, что вы делаете. К примеру, если в стране на телевидении идут дебаты и миллионы людей их смотрят, нейронная сеть вычисляет частоты, характерные для человека в момент просмотра именно этих дебатов. Если вы подпадаете под эти характеристики, анты узнают, что именно вы сейчас тоже смотрите телевизор. И не важно, насколько глубоко вы вовлечены в этот процесс, даже если вы поглядываете туда одним глазом, а другим разглядываете эротический журнал, то система всё равно вычислит вашу вовлечённость в процесс дебатов.

- И что же с этим можно сделать? - не понимал я.

- С этим можно делать что угодно! - развёл руки Сергей. - К примеру, временно ухудшить у вас нейронную проводимость в момент выступления неугодного кандидата, чтобы вы хуже понимали и запоминали его доводы, и увеличить выработку нейромедиаторов вроде дофамина и серотонина в момент выступления «нужного» кандидата. Можно заставить вас даже испытать эйфорию от речей того кандидата, который должен победить во что бы то ни стало. Уже многократно проверено на примере гитлеровской Германии. Умный и прагматичный народ оказалось весьма просто заставить поверить речам нациста и шизофреника…

Когда Еля и Сер были заняты, они поручали моё обучение группе Авалона, к которой меня приписали. Серингей выдавал мне и Авалону вычислители, и Авалон учил меня взаимодействовать через ПВ дистанционно. Связь была круче, чем по скайпу: находясь с Авалоном в разных концах корпуса одного из зданий центра, мы передавали через систему спутанных квантов образы друг друга. Общаться можно было как с объёмной голограммой, транслируя её в виде «бюста» над ПВ либо в полный рост перед собой, так и ментально внутри своего сознания. В обоих случаях разговаривать можно было при помощи речи или даже мысленно, для чего в системе имелся ментальный интерпретатор, хотя работал он приблизительно как гугл-переводчик, коверкая слова. Только образы он передавал эффективно. Зато плюсом ментального интерпретатора было то, что он позволял общаться с людьми, не знающими твоего родного языка. Интерпретатор всё переведёт. Правда, не всегда правильно.

Вдоволь наигравшись с классной штуковиной, я поучился ещё и записывать свои слепки памяти. Я ходил по парку и по коридорам центра, записывая всё, что мне нравится, а потом просматривал «кино» с полным погружением, как в виде голограмм, так и в своей голове. Настроение после работы с вычислителем всегда становилось приподнятым, тело словно получало заряд бодрости. Да, жаль что обучение длилось пока только около часа, а затем я, бодрый и весёлый, возвращал «игрушку» обратно в спецхран…

Часть 3. Глава 30. Мир не будет прежним...

Кибитка медленно ползла по длинной улице. Прошедший дождь превратил дорогу в грязь, и кибитка кряхтела, вырисовывая в ней колеи. По улице изредка проходил простой люд, в основном в серых да грязных одеждах. Улица уходила вверх и обрывалась на вершине какого-то холма, а за ним красовались зелёные, поросшие травой горы. Эти горы всё равно казались лысыми: не было на них никакой древесной растительности, как и на большей территории огромной страны, занимающей, кажется, полсвета. Страны, в которой он родился.

Подъехав к оговоренному месту, кибитка остановилась. Он открыл скрипучую дверь кибитки и вышел к зданию. Постучав в двери дома дважды по три раза, парень оглянулся влево-вправо, и, не обнаружив за собой слежки на полупустой улице, вошёл внутрь когда дверь распахнулась. Внутри помещения было темно и сыро.

- Всё готово? - спросил голос из темноты.

- Так точно. - ответил парень.

- Ну полно тебе! - из темноты показался огромной величины силуэт. - Я уже давно не на службе. Можешь общаться как вздумается.

- Ну хорошо, если Вам так будет угодно…

- Еля, не начинай! Ты лучше вот что скажи: хвоста не видал?

- Вроде чисто.

Силуэт подошёл к парню и они крепко обнялись. Постояв так несколько секунд, великан сказал:

- Ну поехали!

Кудрявый парень вышел первым. Он открыл дверь кибитки и снова посмотрел в нескончаемую даль длинной улицы. В кибитку незаметно прошмыгнул, пригнувшись, высокий человек. Дверь помещения захлопнулась, а парень, приказав ехать, запрыгнул в кибитку следом.

- Ну что у нас там? - спросил парень у вошедшего пассажира.

- Удача нам улыбнулась. - отвечал тот.

- Неужто Вы нашли Вея?

- С Веем дурная история вышла. - великан мельком посмотрел на кучерявого и опустил глаза. - Служит советником при одной особе, близкой ко двору, да пытающейся поболее власти ухватить. Ты ещё не знаешь, однако я и вылетел со службы, как только наверху узнали, что я под него копаю. Анты хорошо защищают своих. Так что к этому убийце, увы, не подкопаться, пока у власти анты.

- Не дай бог ещё их потомки властвовать будут… - вздохнул парень, выглядывая сквозь щель на грязную улицу. - Это сколько ж ещё в России твориться такое будет, а? Сколько можно им безнаказанно убивать, грабить, народ наш изводить, скажи, Ригрон?!

- Вот по этому поводу я тебя сюда и вызвал! - отвечал Ригрон.

Он снял с головы капюшон плаща, и на свету, бившем из узких щелей грузовой кибитки, заблестели седые волосы и борода. Пассажир был старцем весьма приклонных лет и весьма внушительного роста.

- Анты ответят за всё, помяни моё слово, Еля! Я знаю что говорю. Мне уже двести сорок, помирать скоро. Пожил столько, сколько даже создатели сыворотки не представляли. Только вот, Еля, чую, не дождусь я этого часа. Доводить начатое будешь ты и твоё поколение.

- Ригрон, да брось ты! Ты ещё проживёшь столько, сколько ни один ант не видывал!

Старец отвечал медленно, рассудительно, словно взвешивая каждое слово:

- Я тебе говорю, дело это не быстрое. И спешки тут не требуется. Как и в случае с Клеофаном, поспешишь, - анты прознают и предпримут все меры. Так что просто готовь людей. Собирай понемногу силы. Копи их. Придёт время, говорю тебе, придёт, и уже скоро грянут перемены. Выхватим мы у них власть. Вот уж и великий князь с нами, не говоря уже о народных массах. Спасём мы Россию, припомнишь моё слово. А спасём Россию — спасём и мир. Ты знаешь, как анты правят. Нам бы только власть иметь хотя б в одной России — и их время сочтено.

Кибитка неторопливо ползла, поскрипывая всеми колёсами на кочках.

- Ригрон, когда мы спасём Россию, ты сам скажешь ещё раз своё слово!

- Спасибо, Еля, но чую я, не доживу… Я уже на Гайе был почти стариком, когда меня послали курировать экпедицию сюда. А уж сейчас я и подавно старик, никакие сыворотки уже не помогут.

- Не пристало помирать борейцу, видавшему Гайю, не увидев отмщения!

Старик ткнул парня пальцем в плечо и завил:

- Ты! Ты продолжишь моё дело.

- Брось, Риг, какой из меня революционер, какой спаситель? - отнекивался тот.

- Ты мне это брось! Думаешь, твои речи зажигают в людях огонь хуже речей прочих товарищей? Скажу тебе точно: нет, не хуже! Подумай сам! А какие замечательные стихи ты пишешь! «Достоин истины лишь тот, кто сам найти её способен!» Какая философия, какая глубина… Кстати, тот, к кому мы едем, тоже стихи пишет.