В лето 6746 года от сотворения мира (СИ) - Нефёдов Борис - Страница 17

Где все это покупать у меня вопроса не стояло. Конечно же, на складах армейского резерва, где в огромном количестве скопилось вещевое имущество еще советской армии, лежащее там (иногда с 40-х годов прошлого века) до «момента их истребования». Вот только их истребование сильно задержалось. Потом кому-то в Министерстве обороны пришла в голову умная мысль, что все это имущество нашей армии уже не понадобится ни при каких обстоятельствах, поскольку запасов его более современных образцов ей за глаза хватит. А вот затрат на хранение оно требует немалых. Решили сразу убить двух зайцев: во-первых, продать (фактически по той цене, по какой возьмут) все это имущество и тем самым существенно (как предполагалось) пополнить бюджет министерства обороны, с другой — освободить, наконец, огромные складские помещения, так необходимые военному ведомству.

Вначале попытались продавать имущество хотя бы по себестоимости, но товар не пошел. Из этого извлекли уроки и цены стали снижать, а для покупателей крупным оптом еще и делать чувствительные скидки. Оно и понятно. Начальство требует более быстрой работы по этому вопросу, но хорошие покупатели с деньгами (а не бартером) — редкость. Сливки здесь уже все давно сняты. Многое (действительно ценное) под шумок ушло за бесценок. Как всегда, порядок стали наводить, когда ажиотаж уже спал. Но и теперь изредка появляются те, кому что-то из остатков такого имущества действительно нужно. Им тоже грех жаловаться, особенно, если они умеют договариваться с руководителями интендантской службы.

Ну что же, я и договариваться умею и, главное, к нужным людям у меня подходы есть.

К одному из таких людей я и подъехал на работу в конце его рабочего дня. Сжав уже изрядно поседевшие волосы руками, он сидел в своем кабинете за длинным столом, уставившись в одну точку.

— Привет, Игнатьич, — не опуская рук, устало сказал он.

— Привет, Михалыч, чего это ты пригорюнился?

— Да… из округа очередная бумага пришла. Усилить работу по реализации устаревшего армейского имущества и в течение 10 дней освободить два склада под новые поставки. Я им что, покупателей-оптовиков рожаю что ли. А тех, что есть и так уговаривать приходится купить еще что-либо, чуть ли не ради Христа. Кабинет мой под склад что ли им отдать?

— Да не кипятись…

— Что «не кипятись»? Щас еще какой-то хмырь подъехать должен, так я ему оказывается должен помощь оказать в приобретении бекеши. Я им что, сержант? Я…

Договорить ему я не дал.

Ну, во-первых, письмо это я тебе организовал. Посмотри — за подписью командующего. Не хухрымухры.

— Ты-ы-ы? — Михалыч аж задохнулся. — Да ты понимаешь…

Но я опять его перебил.

— И хмырь, который должен приехать за бекешей к тебе уже приехал. Это тоже я…

Рука Михалыча забегала по столу, но я успел первым и шустро переставил графин и тяжелые предметы подальше.

— Ты спокойно, Михалыч, спокойно. Говоришь, что оптовиков не рожаешь, так вот я и есть крупный (крупный, Михалыч!) тот самый оптовик.

— Ты-ы-ы? — но в голосе уже было больше удивления, чем возмущения.

— Ну что ты заладил ты-ы, да ты-ы… Ну, я.

— Так, что ж ты сразу-то не ко мне?

— А потому, Михалыч, что сначала я тебе руки развязал, приказом — то. Ну, в решении …э…некоторых вопросов… Торопят ведь. Требуют активизировать. Приказывают складские места освободить. В этих условиях то, что ты проявил смекалку, нашел покупателя может только приветствоваться. А то, что тебе при этом пришлось в вопросах цены пойти навстречу покупателю, есть неизбежные издержки, связанные с неукоснительным исполнением приказа командующего. Ну, так ведь? И никаких тебе коррупционных составляющих даже в виде бутылочки совместно распитого хорошего коньяка.

Михалыч рассматривал меня так вошь, которую он впервые увидел.

— Да-а-а. Слушай, а у тебя в роду лиц известной национальности никогда не было?

— Да русские у меня все в роду, русские, не сомневайся. Только и русские, когда надо…

— Гм. Это точно. Подожди, а бекеша-то тебе зачем, ведь я ж тебе в прошлом году хорошую подарил.

— Ты не понял. Одна бекеша мне не нужна. Мне нужно их не меньше тысячи. А звоночек я попросил пропустить, чтобы ты меня обязательно дождался. А для восстановления нервов я кое-что с собой захватил. Все-таки конец рабочего дня…

Я переставил портфель и в нем тихо звякнуло.

— Тысяча бекеш? Ты серьезно?

— Ну, это только один пункт из довольно большого списка.

Я протянул Михалычу список и при этом (честное слово нечаянно) снова задел за портфель. Звякнуло уже громче. Михалыч сразу отреагировал:

— Гм. С чего начнем?

— Давай, сначала с дела. Хотелось бы посмотреть хотя бы основные образцы. Склады ведь рядом, а до конца работы еще два часа.

Михалыч крякнул, достал очки, открыл компьютер на нужном файле и углубился в чтение моего списка.

— Гм. Бекеши офицерские из натуральной овчины. А что, просто армейские не подойдут?

— А что, офицерских бекеш по количеству не хватит? — я кивнул на компьютер.

— Да нет, только-только, но хватает. Просто они лучше идут. Да мы иногда и пересортицу…, — и он перевел на меня как бы вопрошающий взгляд с хитринкой.

— Это ты брось, Михалыч. С пересортицей — не тот случай. Я не посредник, сам твой товар покупаю. Смотри, о достоинствах офицерской бекеши ты мне прошлым годом все уши прожужжал. Я теперь в этих вопросах не хуже тебя разбираюсь.

— Да ладно, ладно. Пошутил я. Сейчас количество по размерам отмечу и дальше пойдем.

Ага, пошутил он. Сказал бы лучше — прозондировал. Но говорить этого я не стал. Друган же всё-таки.

— Гм. Тулуп армейский постовой (караульный) из натуральной нагольной овчины. 100 штук.

— Есть?

— Да есть, то есть. У меня для тебя все есть. Советую взять крашеные в черный цвет. У них производитель другой. Шубная высота овины побольше, да и сами покачественней. О, тулуп генеральский — 2 шт. У меня их всего три осталось. Как раз твой размер. От сердца отрываю.

Вместе с сердцем не оторви.

— Гы. Не оторву. Так, пойдем дальше. Шапка ушанка меховая (офицерская) — 900 штук. Этого добра много. А почему не тысяча?

— Не у всех шапки будут.

— Понятно. Так, отметим количество по размерам. Следующее: Сапоги юфть/кирза, утепленные, с регулируемым голенищем. 1000 штук. Гм. Зачем тебе юфть? Это же — свиная кожа, причем для обуви рядового состава она идет не лучшего качества, с пониженную устойчивость к механическим воздействиям в процессе носки и, самое главное, изделия из нее постоянно будут промокать (через дыры от щетины). Возьми лучше полусапоги офицерские зимние. Верх — нормальная кожа (смазывать — не промокнут), внутри — овчина. Сноса не будет. Их немного, но тебе отдам. Берёг, как чувствовал, вот для такого случая. Кстати, как охотник охотнику, запиши рецепт для приготовления секретной пропитки для кожаной обуви от промокания. Проверил — лучше не бывает. Берешь в равных долях пчелиный воск, гусиный или утиный жир и касторовое масло. Жира можно немного побольше. Сначала нагреть воск градусов до 60, затем, помешивая, добавить жир, потом масло. Полученную смазку нанести на обувь, растереть, дать пропитаться и можешь ходить по лужам. На замену согласен?

— Согласен, но полторы сотни пар сапог оставь. Они хороши для защиты ног всадника от трения о лошадиную шкуру.

— О, вот это я понять могу. Кстати, в старину к седлу прилагались такие характерные сапоги, с загнутыми носами (чтобы прочнее держались в стремени). Их назначение рисовальщиками иллюстраций давно забыто, и до сих пор царевичей в иллюстрациях для сказок в таких рисуют. Да с каблуком. А каблук на обуви появился у нас только в 1509 году…

— Ты не отвлекайся. Потом расскажешь. Лучше объясни, как эту обувь поменять, если по цене то, что ты предлагаешь, будет чуть не в два раза больше…

— По цене, как я понял, мы еще будем утаптываться, — и он кивнул на мой портфель, — Думаю, что … договоримся.

— А по размерам?