You N.P.C. (СИ) - Энку Станислав - Страница 43

Глава 20

Я всё ещё повторял заповедь. Но своего голоса уже не слышал. Казалось, что тишина задавила собой все остальные звуки, словно звуконепроницаемый барьер.

В отчаянной попытке что-то сделать, я шаркнул мечом, вызывая огненную волну. На одно мгновенье, казалось бы, тьма отступила, но слух не вернулся ко мне, и тёмная пелена снова накрыла нас.

Сосредоточившись, я собрал свои силы в кулак. Прана потекла через моё тело, и я начал вновь повторять заповедь:

— Sumus in clara! Sumus in clara!Sumus in clara! — Донёсся, словно издалека, мой голос.

Или не мой?

Внезапно я понял, что произносил заповедь почти шёпотом, а голос, что я слышал, был на пике громовещания. И точно принадлежал не мне.

Я вновь собрался, набрав в лёгкие воздуха, и, выдавливая этот воздух наружу, чётко и громко повторил:

— Sumus in clara!

— Sumus in clara! — Вновьдонеслосьиздалека.

Словно поняв друг друга, мы вновь повторили:

— Sumus in clara! — И тьма дрогнула, отступая.

Снова и снова повторяя заповедь в унисон с далёким союзником, я наблюдал, как тьма стала вовсе рассеиваться и исчезать из зала. Вот стоит на колене Асдариан. Но нет, этот голос принадлежит не ему.

Чуть дальше, упираясь спиной к колонне с вытянутыми вперёд кинжалами, стоял один из близнецов. У него была паника. Второго близнеца не было. Вспомнив, где видел его в последний раз, я развернулся. Он висел в добрых четырёх метрах над полом, прибитый к потолку чёрными, сочащимися едкой слизью не то шипами, не то осколками какого-то оружия. Асдариан уже вскочил на ноги и оглядывался в поисках возможных угроз.

Рога на потолке истекал кровью и его хит поинты медленно ползли к красному сектору. В строке состояния через группу было видно несколько эффектов дебафов. «Немота» и «Оглушение».

— Что за дрянь это была? — Спросила стоявшая в другом конце зала Доротея.

— Похоже, заражение? — Ответил и одновременно спросил я, обращаясь к Асдариану. Тот кивнул:

— Зло в одной из своих изначальных ипостасей. Само по себе заражение не существует, всё это результат сосредоточения крайне тёмных эманаций и помыслов, а заражение — лишь одно из проявлений этих эманаций, которое проще всего понять разумным.

— Эманаций и помыслов? — Спросила Доротея, подходя к висящему на потолке близнецу. Второй, придя в себя, уже скакал вокруг в тщетных попытках достать своего брата.

— Результат сотворения великого зла на этом месте, если говорить проще. — Немного помедлив, внимательно оглядывая прилегающее пространство, он продолжил:

— Порой на полях сражений, где торжествуют насилие и злые помыслы, можно увидеть витающие ниточки тёмного дымка. А на местах ужасных преступлений — тёмный смог. Зло имеет свойство концентрироваться, накапливаться, притягиваться.

— И заражение это результат концентрации зла и тьмы?

— Да, это проявившее себя зло.

— Чем оно опасно? — Спросил уже я, поднимая перчатку и заставляя с помощью неё слегка пошатываться пригвоздившие близнеца колья. Двадцать секунд и колья медленно отрываются и плывут по воздуху, поддерживаемые моей перчаткой. Близнец падает прямо на руки Асдариану, теряя ещё немного хп. Дебафы всё ещё висят на нём.

Слегка подумав, я укорил себя за то, что перед входом в подземелье не призвал Кама. И занялся его призывом.

— Нельзя точно сказать, чем оно опасно. Оно притягивает другое зло. Негативные эмоции, возможно, как-то влияет на мир вокруг. — Отвечал Асдариан, осматривая приземлившиеся колья, коими был прибит к потолку рога. Покрутив в руках, он откинул их, как ненужный хлам, покачав головой в ответ на мой вопрошающий взгляд.

— И ещё… почему тьма ушла?

— Ваша заповедь и чистая душа пересилили её. Хотя, на мой взгляд, это было почти невозможно, вы пока ещё слишком слабы для противостояния настолько концентрированному злу. — Задумчиво протянул рыцарь.

— По моему… я был не один. Был ещё один голос. — Асдариан тут же вскинул голову. А я спросил:

— Разве вы его не слышали? — Но и без ответа, по вопрошающим лицам всех моих четырёх соратников, понял, что нет, не слышали. Я продолжил:

— Когда уже стало совсем ничего не видно и не слышно, вдалеке появился второй голос, сначала я думал что это Асдариан — В этот момент рыцарь отрицательно покачал головой. — Мы повторяли заповедь с ним вместе.

— Я слышала тебя одного… — Бросила Доротея, но оставив предложение не законченным, поманила нас рукой к одному из углов зала.

В этом углу зияла довольно большая пробоина в полу. Она вела на этаж ниже и спокойно могла пропустить через себя человека средних размеров. Доротея внимательно осматривая её продолжила:

— Асдариан, ты ведь наверняка знаешь примерный план колокольни?

— Мы находимся на первом этаже. Выше нас только лестницы, ведущие к самой колокольне, но под нами действительно должна быть пара этажей, на самом нижнем, как правило, хранится реликвия ордена.

— Реликвия ордена… Кто должен охранять её?

— С тех самых пор, как колокольня запечатана — никто, она в свою очередь должна быть опечатана от попыток посягательств на неё кого бы то ни было.

— Понятно. Значит нам туда. — Сказал я, указывая пальцем в ведущую на этаж ниже дыру.

Раненый близнец, отпаиваемый лечебными зельями, рассказывал о том, что абсолютно ничего не понял и не видел, кто его пригвоздил к стене. Асдариан признался, что тоже понятия не имеет, кто бы это мог быть.

Пока Доротея заглядывала в ведущие из зала коридоры, а Асдариан силился разглядеть через дыру в поле, что находится этажом ниже, я наделил Кама огненной стихией. Один из Близнецов озвучил мысль:

— А разве мы не рискуем выпустить эту дрянь в открытый мир?

— С учётом нынешнего количества охотников за сокровищами и активностью кланов, ставящих себе целью бесконечный процесс обогащения — рискуем не мы, а оно. — Отозвался Асдариан, аккуратно кидая камешки на этаж ниже и прислушиваясь к звукам их падения.

— Думаю, мы можем идти. — Сообщил тот из близнецов, что был ранен.

— В путь. — Кивнул я.

Кам с тяжёлым, глухим ударом упал на пол этажа ниже, слегка осветив местность вокруг себя. В отсутствие этой самой тьмы видимость была на порядок выше. Следом спустились все остальные.

Осмотревшись, Асдариан тут же обнаружил в стене коридора некую канавку, что углубляясь на несколько сантиметров внутрь. Она тянулась по всей длине стены, уходя вдаль в обе стороны. Через равные промежутки в пару шагов в канавке были инкрустированы какие-то кристаллы.

— Нам туда. — Сообщил рыцарь, указывая в одном из направлений коридора.

— Стойте… — Вдруг подняла руку Доротея. — Слушайте.

Прислушиваясь, я, было, подумал, что она имеет ввиду лёгкое дуновения ветра, с характерным слабым свистом. Но буквально через секунду, я понял, о чём она. Откуда-то издалека ветер раз в десять-пятнадцать секунд доносил лёгкий звон удара стали о камень. Внимательно прослушав его несколько раз, мы двинулись по указанному Асдарианом направлению.

Коридоры были почти пусты, только канавка с кристаллами вносила разнообразие в голые — гладкие стены и пол. Звук стали не становился ни громче, ни тише, что не давало понять нам в верном ли направлении мы идём. Метров через сто коридор прервался перекрёстком, помимо двух направлений самого коридора теперь ещё был поворот направо, ведущий в помещение, ранее служившее, по всей видимости, чем-то вроде склада. Мы тут же облутали его, добыв пару, средней степени качества, шмоток и разного хлама, в том числе и крафтового. Порывшись в этом хламе, Асдариан изъял оттуда кристалл, по виду напоминавший один из тех, что были в канавках. Выйдя в коридор, он заменил им один из кристаллов в канавке и по всей длине коридора от кристалла к кристаллу тут же потянулись тусклые лучики света, давая немного освещения.

Напротив входа в помещение склада был коротенький коридор, ведущий в очень большое, на первый взгляд даже открытое, пространство, внешне очень похожее на арену, огромную арену. Сам коридор привёл нас на балкон, который вкруговую тянулся по периметру всего купола помещения.