Год Дракона - Давыдов Вадим - Страница 62

– Нет. Я не знаю.

– Брось, – Марта погасила сигарету. – Не может быть. Ты очень хорошенькая. И в его вкусе, – Марта рассматривала Елену так, словно впервые увидела.

– Ты хорошо ориентируешься в его вкусах? – улыбнулась Елена одной из своих светских улыбок.

– Да уж неплохо, – вздохнула Марта, словно не замечая иронии и продолжая разглядывать ее. – Что, правда нет?

Елена пожала плечами. Она почему-то не могла прямо посмотреть Марте в глаза.

– А что, все, кто в его вкусе, непременно укладываются с ним в постель?

– Ну, не знаю. Нет, наверное. Все равно... Плохо дело, значит, – Марта закурила новую сигарету. – И последний раз... Как прощался, блин. И Гонта мне давно не звонил. Ну, понятно.

Черт подери вас всех совсем, в ужасе подумала Елена, чувствуя, как к горлу подступает комок.

– А что, всегда Богушек тебя вызывал?

– Конечно. Дракон до таких вещей не спускается, да и некогда ему. Гонта всегда знает, когда время. Я тоже сначала думала, что это игра такая. Ну, он всегда так радостно удивляется, когда я прихожу. То есть, он знает, конечно, что Гонта меня вызывает, но... Он его не просит никогда. Понимаешь?

– Не уверена. Возможно. И Богушек этим сам занимается? Или присылает за тобой кого-нибудь?

– Я сама всегда приезжала. Он мне звонил, я приезжала. Никаких там ночных погонь и всякой такой хуйни. Обыкновенно все. Тайны никто из этого не делает, понятно, что к чему, но про это не принято звонить.

– И часто вы... встречаетесь?

– Встречались, – усмехнулась Марта, и Елена, увидев эту усмешку, обмерла. – Да уж гораздо реже, чем мне хочется, это уж точно. Ну, у него дела такие, что ему по жизни не до баб бывает.

– А где это происходит?

– Ну, где... У меня проблемы с географией, – Марта хихикнула. – А «Плаза» – это ж целый город, ты же знаешь.

– А если ты работаешь? Или занята?

– Так не бывает, – засмеялась Марта. – Гонта всегда знает, когда я свободна. Или девочки. Он же мент. Крутейший мент, кстати.

– А он сам?

– Кто, Гонта?! Да что ты! Он свою жену обожает. Я не знаю, что у него там в жизни бывало или есть, конечно, я свечку не держала, но с нами он никогда ничего себе не позволяет. Первый раз лекцию читал, как себя вести. Ну, пугал, понятно, чтобы не болтала. Особенно после первого раза. Так хочется всему свету растрезвонить, что с Драконом... Да еще как... Но нельзя.

– Почему?

– Ну... просто нельзя, и все. Нельзя ему мешать. Нехорошо это. Разные в жизни случаи бывают, иногда с удовольствием сплетничаешь, мужикам косточки перемываешь. Я про мужика, с которым в постели покувыркалась, мно-о-огое могу порассказать. Я, может, и шлюхой потому стала, что мне про всяких разных мужиков ужас как все интересно. Как у них все происходит. Мужики вообще-то все засранцы, некоторые побольше, некоторые поменьше. А бабы – дуры. Некоторые девушку любят, чтобы перед самим собой покрасоваться, какой он молодец-удалец. Другие сольют за полминутки – и такие довольные, ну, чисто джек-пот сорвали по трамвайному билету. Так уж они в койке-то раздеваются, прям смешно иногда даже. Больше всего я всяких артистов не люблю. Это ж кровососы, а не мужики! Он тебя трахнет, и ускачет, а ты спишь потом целые сутки, как выжатая. И еще расскажи ему, как ты им восхищаешься, а то у него не встанет, или не кончит. Ну, всякие бывают, конечно. А Дракон... После него неделю летаешь, даже если всю ночь прокувыркаешься. Он же как вечная батарейка, блин, атомная! Дракон – это... про него... Нет. Как-то... не могу – и все. Слушай, можно, я спрошу?

– Конечно.

– Ты что, правда хочешь книжку про него написать?

– Совершеннейшая правда.

– А зачем?

– Ну, – опять светски улыбнулась Елена, – хотя бы за тем, что если он такой замечательный во всех отношениях, то вовсе не помешает приоткрыть слегка завесу секретности над его жизнью и деятельностью.

– Ты чего, подруга? Ты рехнулась, что ли?! Зачем? Зачем всяким чертям поганым знать-то, какой он самом деле?! Да-а-а... Наверное, они чего-то там опять задумали интересное. Ну, не моего ума дело. И что, разрешили тебе?

– Что значит – разрешили? Я никого не спрашиваю, что, когда и как мне писать.

– Я не про то. Раз тебя пустили к себе, – значит, разрешили. Иначе ты б к нему и на пушечный выстрел не подошла. Значит, надо так. Ну, пиши тогда.

– Большое спасибо, Марта.

– Я знаю, ты крутая и языкастая. Ты не злись. Я твою «Ярость пророка» читала. Здорово. И про черножопых этих ублюдков все правильно там у тебя написано. А про Дракона, – нет, чего-то не понимаешь ты. Наверное, надо, чтобы поняла. Поэтому и пустили.

– Как интересно. Ну, ладно. А кто платит за весь этот пароход?

– Какой? А... Что значит – кто платит? Гонта платит.

– Что, прямо наличными?

– Елена, ты чего дуркуешь-то? – Марта совершенно неподдельно изумилась. – Ну, а что, кредиткой, что ли?! Конверт в косметичку, и все дела. Да я же не блядь какая, на пять минут и отсосать, я с ним целый вечер, а то и два...

– А куда-нибудь брал он тебя с собой?

– Нет. Ты что! Там такие дела, – Марта закурила очередную сигарету.

А она нервничает, поняла вдруг Елена. Или переживает. Или все сразу. Да что же это такое?!

– И какой толщины конверты, если не секрет?

– Секрет. Ничего особенного. Ты что, думаешь, миллионы мне платит, что ли?! Денег мне хватает. Да и не из-за денег я с ним вовсе.

– То есть? – по-настоящему удивилась Елена.

– Ой, да ты как будто не сечешь, – отмахнулась Марта. – Ты смотри. Такой мужик! Он никогда со мной как со шлюхой не обращался. Никогда. И с другими тоже, я знаю. Ну, я деньги брала все равно, ясное дело, я ж не дебильная, понимаю, стоит мне раз не взять, и – прощай, Дракон. А мне... Нам, бабам, что нужно? Чтоб послушали нас, посочувствовали. А он так слушает, – Марта мечтательно подняла глаза к потолку и глубоко затянулась. – Морду кому-нибудь за нас начистили, опять же. Как он этому козлу-то, который со Златничковой... Один удар – семнадцать швов на хлеборезке! Пиздец... Ты же слышала эту историю?

– Конечно, слышала. Кто не слышал.

– А у него с ней не было ничего. Вообще. Да она уже беременная была.

– Откуда ты знаешь?

– Ха, подруга... Я все про него знаю. И понимаю. А если мозгов не хватает, так у меня пизда для этого имеется. Он же псих. Он с ней только разговоры разговаривал. Слушал. И этого ему хватило... Да я только представлю, что, вот скажу я ему, что меня хмырь какой... Не так на меня посмотрел. Или, не дай Бог... И чего он с ним сделает... Я уже от этого одного только кончаю, понимаешь?!

Господи, как все, оказывается, просто, усмехнулась про себя Елена.

– Ты вот – тоже. Ты слушаешь, не болтаешь свое, как другие бабы. Я тебя за это уже только за одно расцеловать готова. Понимаешь?

– Понимаю, – Елена улыбнулась, но не снисходительно, а действительно – понимающе.

– Вот. И он... Он же не тянет в койку никогда. Он слушает, слушает, а потом как чего-нибудь скажет, – я охуеваю просто!

– Что скажет?

– Ну... Какая ты прелесть, говорит. Или за руку возьмет. Блин... Телефон нахуй выключает... Все выключает, только музыка остается... И смотрит. И лыбу давит, типа, нравишься ты мне, подруга... Да чтоб под такого мужика залезть, любая баба, хоть королева, хоть кто, полжизни отдаст, – и глазом не моргнет!

– И королева?

– Да ну тебя, – рассердилась Марта. – Я серьезно.

– Извини, – Елена поняла, что Марта знает, – если бы было что-то, она бы тоже это почувствовала.

– Я же не больная какая-нибудь, понимаю, что к чему, – Марта наклонилась к Елене поближе. – Шлюха, это да. Но крыша у меня не протекает. Это с одной стороны. А с другой... Ну, ты сама подумай, где ему себе ровню найти? Ты, вообще, ты представляешь, сколько у него денег? Даже не денег, а... И как это на нас, на баб, действует? И кто за всем этим его самого разглядеть может? Все эти мокрощелки из высшего общества, актрисульки да модельки, – они что, понимают в нем что-нибудь?! Да у них в головах мозгов меньше, чем у меня в сиськах. Но знаешь... Я бы это тоже не подняла. С Драконом... Нет.