Год Дракона - Давыдов Вадим - Страница 76

– У тебя мифологическое сознание. Ты дикарь. Не просто дикарь, а еще и сентиментальный. Действительно ящер. Динозавр. Реликт. Невероятно, как тебе удалось...

– Не знаю. Мы приехали.

ПРАГА, «ЛОГОВО ДРАКОНА». АВГУСТ

Бесшумно качнулись вверх массивные маятниковые ворота, пропуская автомобиль внутрь охваченного глухим забором из необработанного камня пространства, и так же беззвучно и мгновенно рухнули на место. Посередине безупречно ровно подстриженного газона площадью в полгектара, окольцованный гравийной дорожкой, стоял круглый, как колодец, фундамент из того же необработанного камня, что и забор. На фундаменте стоял цилиндр черного зеркального стекла высотой в два человеческих роста и диаметром метров двадцать, покрытый остроконечной, выстланной чем-то вроде черепицы, – да это же фотоэлектрогенераторы, вдруг поняла Елена, – крышей, напоминающей крышу сиамских храмов.

– Вот это да, – выдохнула Елена. – Настоящее логово Дракона!

Неожиданно в фундаменте образовался проем от поднявшихся – снова маятниковых – ворот, и загорелся яркий свет, как в туннеле. Снизив скорость, Майзель направил автомобиль внутрь.

Из гаража они поднялись в дом. Это было подковообразное помещение, причудливо разделенное живописными каменными перегородками, не доходившими до потолка, увитыми искусственным плющом и увешанными сверкающими среди него плоскими экранами. Свет был мягким, и не сразу становилось понятно, где находятся его источники. Середину «подковы» занимали бассейн и маленький японский сад камней. Крыша над ними была прозрачной.

– Что это за музыка?

– Музыка? А, это такое маленькое изобретеньице. Это музыкальный компьютер, простенький совсем. Он постоянно сканирует эфир в поисках голосов и ритмов в соответствии с запрограммированными гармониями, пишет на винчестер и проигрывает потом поблочно. И в машину подгружает.

– Это прелесть.

– Я рад, что тебе нравится.

– И это все? – повернулась к Майзелю Елена, закончив предварительный осмотр.

– Не совсем. Еще автономный блок аккумуляторов в полуподвале, – компьютеры, климатическая установка и охранный комплекс съедают немало, там же – оружейная комната и тренажеры, мастерская, продуктовые запасы на случай долговременной осады.

– В стеклянной башне?!

– Это не стекло, дорогая. Этот материал выдерживает выстрел прямой наводкой из корабельного орудия главного калибра с расстояния в один кабельтов. А инженерный ландшафт так проработан, что подобраться к зданию незамеченным невозможно. Впрочем, для тебя это, наверное, звучит, как квадратный трехчлен.

– А вот и нет, – Елена еще раз огляделась. – Конечно, человеческое жилье выглядит несколько по-другому, но мне тут действительно нравится. А кухня здесь есть?

– Конечно, – Майзель жестом показал направление.

Они вошли в кухню, и Елена мысленно ахнула – мечта хозяйки, с огромной плитой, рабочим пространством и мойкой в центре, из матового металла благородного серебристо-серого оттенка.

– Ну, как? Сойдет?

– Я уже сказала, что мне нравится. А ванная?

– Даже две. Сейчас покажу. Раз тебе все тут нравится, может быть, тебе следует перевезти сюда свои вещи?

– Ты думаешь, мне действительно следует это сделать?

– Уверен.

– Ну...

– Я прошу. Пожалуйста.

– Хорошо. Я подумаю над этим.

– Ладно. Ты ведь останешься?

– Я...

Елена не успела закончить фразу, потому что раздалась трель телефонного звонка.

– Извини, – Майзель раскрыл аппарат и поднес к уху: – Говори, величество.

– Ты в офисе?

– Нет. Дома.

– О... Можешь подскочить?

– Я не один. С Еленой.

– Ага. Ладно. Тогда мы с Мариной заедем. Девочки поболтают, и мы обсудим с тобой кое-что. Подлетное время двадцать минут. Пока.

– Жду, величество. Пока.

Елена не слышала всего разговора, но и того, что она услышала, было достаточно:

– Зачем ты сказал, что я здесь?!

– Мне захотелось похвастаться.

– Что за детский сад, Данек! Он вызывал тебя? – Майзель пожал плечами и неопределенно покрутил головой. – Ты мог бы вполне поехать, это наверняка не было бы...

– Ежичек, все. Что выросло, то выросло. Давай посмотрим, чем у нас холодильник богат.

– Он что...

– Их величества будут через четверть часа. Ты знаешь, как кофейный автомат включается?

– Господи, какой невероятно длинный день!

Королевская чета вошла в дом. В этом было что-то трансцендентное – эти люди, особенно Вацлав V, всегда казались ей литературными персонажами, фигурами речи. Но это было не так. Они были настоящие. Оба. Король и его Королева. Елена никогда раньше не видела Вацлава так близко. Она знала, что он – очень крупный мужчина, но в реальности Вацлав производил гораздо более сильное впечатление. Он был удивительно похож на одного из своих прадедов, русского царя Николая Первого. Марина была выше и плотнее Елены, но рядом с мужем казалась просто дюймовочкой.

Вацлав, как будто знал Елену лет сто, поздоровался с ней совершенно по-демократически – за руку, хлопнул по плечу Майзеля и уволок его по направлению к бассейну. Марина, ободряюще улыбнувшись Елене, взяла ее под локоть и увлекла на кухню:

– Пойдем, дорогая. Мужчины будут обсуждать свои дела никак не меньше часа, и наверняка захотят заморить червячка.

– А...

– Можешь просто называть меня по имени, без церемоний. Ты же знаешь, у нас довольно неформальные отношения с Данеком. И раз уж тебя угораздило попасть в нашу компанию, то привыкай.

– Хорошо. Ваше... Марина, можно я задам вам один вопрос?

– Наверняка у тебя масса вопросов, и одним мы, безусловно, не ограничимся. Ныряй, дорогая, – Марина улыбнулась, случайно или намеренно употребив одно из майзелевских словечек. – И не забывай, что мы на «ты».

– Вы... Ты... Ты не удивлена моим присутствием здесь?

– Ну, во-первых, я была предупреждена. А во-вторых... Нет, Елена. Нисколько. Когда вы познакомились, между вами проскочила такая молния... Я думала, меня просто убьет на месте. По-моему, только вы сами этого и не заметили. Неужели не заметили? Ну, он – ладно. Но ты?

– О, Боже, ваше... Марина... Все я почувствовала... Я просто сопротивлялась.

– Зачем?!

– А что, я должна была упасть ему сразу в объятия?!

– Разумеется, нет, дорогая. Извини меня. Я просто ужасно его люблю. Он же такой... Он так переживал.

– Переживал?! Он?! Нет, все-таки мужчины никогда не вырастают!

– Настоящие мужчины, дорогая, – улыбнулась королева, и Елена поняла, что опять угодила в самую точку. – С нами он никакой не дракон, Еленушка. Как и с тобой. Ты же видишь. Какие у него стали глаза...

– Вижу. Господи, да что же это такое?!

– Это? Это то самое, дорогая.

– Что?!

– Что вы созданы друг для друга.

– Вот как.

– Со стороны виднее. Поверь мне, я знаю, – королева улыбнулась и погладила Елену по руке, так что Елене захотелось... она даже не могла бы точно выразить, чего. Просто чтобы эта женщина всегда была рядом. – Вот почему, собственно, твое присутствие меня нисколько не удивляет и совершенно не тяготит. Давай-ка приготовим кофе.

Наблюдая, как королева легко ориентируется во всех этих шкафчиках и полочках, Елена испытала нечто похожее на ревность.

– Вы часто здесь кофе пьете все вместе?

– Я эту кухню сама заказывала, – рассмеялась Марина.

– Всегда втроем?

– Иногда вчетвером. Еще Ян бывает здесь, он будущий король, ему нужно иногда кое-что послушать. Я понимаю, о чем ты. Я женщина одного мужчины, Елена. А он – мужчина одной женщины. Как и Вацлав.

Это было сказано так спокойно и точно, что Елена поверила. Поверила безоговорочно и навсегда. И сказала:

– Прости. Я не хотела.

– Конечно. Не должно быть никаких скелетов в шкафу.

Господи, подумала Елена, а мне что же делать с моими скелетами? Как же мне-то тебе это сказать?! Наверное, я не смогу никогда. Хотя ты поняла бы. Я чувствую: ты, – ты могла бы это понять.