Академия "Алмазное сердце" (СИ) - Фрес Константин - Страница 74

Демьен, сжав губы, лишь покачал головой. Его серые глаза смотрели на Короля почти с ненавистью.

— Нет, — выдохнул он. — Нет! Я не верю. Я не смирюсь!

— Увы, Демьен, — притворно вздохнул Король. — Я переиграл тебя. Замок Корнелии невидим. Никто не знает, где он находится. Ты его не найдешь даже если сильно захочешь. Просто не увидишь. Вся нечисть, что только есть, заперта там; надежно. Все в одном месте. Понимаешь? Как пауки в банке. Они думают, что накапливают силы, но стоит им шевельнуться, стоит им вырваться, как придет Дракон, и…

— Ты погибнешь, — произнес Демьен. — Да отчего же ты так упрям?! Отчего?! У меня есть паладин; у меня есть Хранитель, сила которого невообразима. Одаренная дочь огненного мага служит мне, и подающий надежды техномаг со мной. Да одного Аргента достаточно, чтобы убить их всех разом! Отчего ты не убьешь их?!!

— Я не знаю, где они, — весело ответил Король. — Понимаешь? Теперь просто не знаю. Узнаю, если вдруг они полезут наружу, и на тот случай у меня есть козырь в рукаве.

— Но ты погибнешь! — с мукой в голосе выкрикнул Демьен.

— Таково пророчество, — Алый Король лишь руками развел. — С этим я ничего не могу поделать. Смирись, сын. Я должен был защитить свое королевство. Я ни о чем не жалею. Смирись.

— Я все равно все исправлю! — зло прошипел Демьен, глядя на отца исподлобья. — Все равно! Ты не переиграл меня, отец. Нет. На твой козырь в рукаве у меня два своих. Хотите узнать, магистр, — крикнул Демьен, обращаясь к Аргенту, — как зовут ту, которую вы позабыли, но так хотели бы отыскать? Придержите Его Величество, пока я не уйду, и я назову вам это имя.

— Как ее зовут? — произнес Аргент мягко, и Король кинул быстрый взгляд на Аргента, понимая, что Демьен угадал, чем прикормить его верного пса.

— Уна Вайтроуз, — сладким голосом произнес Демьен, отступая в сторону выхода, все так же наставив Нож Неправды на Аргента. — Позже познакомитесь с ней поближе, если захотите.

Глава 23. Шахматная партия

Глядя на отступающего с ножом в руках сына, Алый Король качнул головой.

— Вот как, — мягко произнес он. — И это все, зачем ты приходил? Погрозить мне и рассказать, насколько силен и умен? А я думал, — в голосе его прозвучала мягкая, добрая печаль, — ты побудешь со мной. Сегодня.

— Что?.. — безотчетно произнес Демьен. Рука его, сжимающая нож, опустилась, но Аргент и шагу не сделал, чтобы обезоружить принца. Это сделал Король — одним своим словом, одним тонким намеком, тенью мысли, что коснулась разума Демьена и, казалось, убила, уничтожила его вернее, чем меч, пробивающий сердце. — Что ты сказал?!

— Сегодня, — отчетливо произнес Алый Король, глядя в серые глаза сына, которые расширились от ужаса, и вдруг, словно весенний снег, заблестели влагой, истаяли светлыми каплями, соскользнувшими с темных ресниц. — Это произойдет сегодня. Может, даже сейчас, через минуту, или через час. Ты можешь уйти, — Король пожал плечами, — и продолжить бороться. Пытаться все исправить. Но я хочу, чтобы этот час, — если он у нас есть, — ты провел со мной.

Светлые капли предательски ползли по щекам Демьена, он лишь мотал головой не в силах вымолвить ни слова, все так же не сводя с Короля глаз.

— Нет, — выдохнул он, наконец, справившись с душащими его рыданиями. — О, нет! Отец, почему?!

Алый Король лишь задумчиво пожал плечами.

— Потому что пророчество исполнится, — ответил он в сотый раз, твердя эти нехитрые слова как самое могущественное заклятье. — Потому что я не знаю, где мои враги и не могу нанести удар в их сердце. Потому что такова судьба, и час мой наступает — что ты хочешь услышать?

Он неторопливо прошел к небольшому столику; по натертому паркету тянулся его шелковый алый шлейф, словно кровавая река, и Демьену показалось на миг, что миры снова смешиваются, и Король, уже раненный, делает последние шаги, истекая кровью.

Но Король был жив и здоров; присев на маленькое красивое кресло, он небрежно откинул алый шелк с колен, изящным жестом поднял со столика белоснежную салфетку. Под ней оказалась шахматная доска с фигурками, выточенными из слоновой кости и полированного черного дерева.

— Ну? — произнес Алый Король, как ни в чем не бывало, вопросительно глянув на сына и словно не замечая его слез. — Так ты пойдешь или все же останешься со мной? Всего лишь партию в шахматы; неужели я много прошу? Мы давно не виделись, Демьен; я, право же, соскучился. Я не могу упрекнуть тебя в невнимательности, я-то лучше всех знаю, сколько ты сделал для меня, но сейчас… подари мне этот час? Прошу тебя, великий маг. Я знаю, твое время стоит дорого. Но ты же можешь сделать мне такой роскошный, поистине королевский подарок?.. Свой последний час я хочу провести с тобой.

Демьен крепко сжал зубы, зажмурился, чтобы не зарыдать в голос, и Уна, не выдержав, отпихнула Дерека и выскочила из своего спасительного угла.

— Демьен! — она повисла у него на шее, и он крепко обхватил ее свободной левой рукой, зарылся в ее рыжие волосы лицом, пряча в них свои слезы.

— Демьен! — шептала девушка, не замечая, что тоже плачет. Она, как никто иной, понимала, чувствовала, какая ужасная, раздирающая душу боль терзает сейчас принца. Всем сердцем желать спасти отца — что могло быть понятнее для Уны?! Желать — и не иметь возможности… — Останься. Хороший, сильный, смелый… останься. Если ты уйдешь, если ты пойдешь сражаться, у тебя никогда не будет этого часа, и ты никогда не вернешь его, понимаешь? Знал бы ты, как я хочу заполучить его, и как жалею, что не знаю даже, когда видела отца в последний раз живым… Не слышала его слов, обращенных ко мне, не была с ним!

— Я должен убить Королеву Монстров, — прорычал Демьен, и Уна почувствовала, как он дрожит от ярости и боли. — Я должен уничтожить ее… должен попробовать все исправить…

— Но ты сам говорил, — напомнила Уна, поглаживая принца по черным волосам, — что если у Алого Короля будешь ты, ему нечего бояться. Останься с ним; кто лучше тебя обережет его? А Королеву Монстров убьем мы.

Демьен все еще вздрагивал, пряча лицо в рыжих волосах девушки и стискивая ее так крепко, словно хотел вжаться в ее тело, раствориться и исчезнуть, когда к ним неслышно подошел Дерек. Белый рыцарь, как обычно, не произнес ни слова. Просто протянул руку.

И Демьен, поколебавшись, несмело, словно выпуская из своих пальцев последнюю надежду, вложил в его протянутую ладонь Нож Неправды.

— Клянусь тебе, — торжественно произнес Дерек, крепко сжимая удобную рукоять, — что сегодня же этот нож вонзится в ее черное сердце.

— Ты ведь не прикажешь задержать и арестовать их? — встрепенулся Демьен, подняв мокрое лицо и глянув на Короля покрасневшими от слез глазами. Тот развел руками:

— Арестовать? — переспросил он. — За что? И зачем? Нет, разумеется. К тому же, — Король вздохнул, — это твой последний шанс спасти меня. Разве я могу быть так жесток, разве я могу запретить тебе его использовать и оставить в неведении мучиться всю жизнь? Нет. Они пойдут и исполнят то, что ты им велел. Только так я смогу доказать тебе, что ты действительно сделал все, от тебя зависящее. Ну, же, утешься. У нас еще час. Давай проведем его вместе, в покое, в беседе и игре, как делали когда-то. Присаживайся; мне так много нужно сказать тебе.

Демьен ладонью стряхнул последние слезы, на его лице вновь появилось знакомое всем упрямое выражение. Он отпустил Уну, которую крепко обнимал до сих пор, отстранил ее. Пожал горячо и порывисто руку Дереку и заглянул в его прекрасные спокойные глаза.

— Прямо в сердце, — кровожадно произнес он, прорычал сквозь стиснутые белые зубы, и Дерек послушно поклонился.

— Да, Ваше Высочество.

Изо всех сил стараясь взять себя в руки, оправив форму, придав себе вид спокойный и гордый, Демьен шагнул к столику с шахматами и опустился в кресло напротив Короля. Тот улыбнулся — так, как умели только он и его сын, лучезарно, прекрасно, — протянул руку, затянутую в высокий алый манжет со множеством крохотных круглых пуговок, алыми ягодками вспыхнувшими в свете плачущих свечей, и уверенно двинул вперед белую пешку.