Тайна Солнечной принцессы-1 (СИ) - Ильина Ольга Александровна - Страница 34

Да, не радостная. В нарисованном Эвеном мире о свободе приходилось только мечтать, но вот в чем загвоздка, я не уверена, что свобода мне так уж нужна без Инара. Ведь там, в том мире — он будет моим. А в этом мы лишь вежливые незнакомцы.

— Ладно. У нас есть два часа, пока Паэль его окончательно не достанет. Хотя… с Теей может быть и меньше. Нам стоит поторопиться, а вот потом ты мне расскажешь четко, ясно и с расстановкой, где вы с подружкой пропадали и в какие еще неприятности умудрились вляпаться.

— Почему ты думаешь, что мы сделали что-то не так?

— Потому что я вас знаю, малыш. И очень хорошо. И если в тебе признаки разума иногда вспыхивают, то у нашей дорогой принцессы даже вспыхивать нечему.

— Не смешно, — надулась я.

— Да не скажи, — весело подмигнул мне Эвен и схватил за руку. — Все, малыш, время.

С этими словами мы переступили через видимый барьер, а после Эвен снова воспользовался подпространством. Я испуганно зажмурилась. Не люблю вот такие способы перемещения. Мы тяжело воспринимаем магию, я к боевой и вовсе невосприимчива, но подпространство… там жутко и такой смертельный холод охватывает, пусть даже это и длится всего секунды.

         Когда я распахнула глаза, все еще в оцепенении от перехода, то удивилась. Мы стояли перед самым обыкновенным трехэтажным домом. Но удивило меня совсем не здание, а то, что вокруг не было ни души.

Мы явно были в оживленной части столицы, но я не слышала и не чувствовала даже ветра.

— Это стазис, — пояснил Эвен, правильно поняв мое недоумение. — Особый отдел перекрывает пространство, когда происходит убийство.

— Здесь кого-то убили?

— Да, пойдем, я объясню тебе внутри. И ты это… молчи, а главное — капюшон не снимай.

С этими словами дэйв натянул на меня большущий и жутко неудобный капюшон, да так, что кроме своих ног я не могла ничего разглядеть, и повел внутрь здания.

* * *

Шли мы не долго, всего пару лестничных пролетов, а на втором этаже нас задержали.

— Пропустите их, — проговорил знакомый голос из глубины квартиры, в которую мы направлялись. Теперь уже я была не просто рада — счастлива, что Эвен напялил на меня капюшон, потому что этот голос принадлежал руководителю Тайной Канцелярии, с которым я вчера уже успела пообщаться.

— Господин Кари.

— Господин Элледи.

Перекинулись парой приветственных фраз мужчины.

— Так это и есть ваш специалист?

— Он самый, — подтвердил Эвен, а я растерялась. Это они что? Обо мне?

— Хм, — с сомнением хмыкнул Элледи, разглядывая меня так, что я даже через плащ ощутила его острый, пристальный взгляд. Не знаю, что он там рассмотрел, но давление чужого взгляда прекратилось, и мы услышали: — Ну, хорошо. У вас пара минут, не больше. Мне уже сообщили, что это дело забирает Министерство внешней защиты.

Ого, значит, скоро сюда пожалуют новые гости.

— Понятно. Тогда мы поторопимся, — понимающе кивнул Эвен.

Не прошло и минуты, как все присутствующие в комнате поспешили ее покинуть. Эвен стянул с меня капюшон, и я смогла осмотреться. Первое, что поняла — нахожусь в самом обычном гостиничном номере и довольно заурядном. Такие номера снимают в основном торговцы, служащие, но никак не высшие.

— Что мы здесь делаем? — задала я резонный вопрос, но Эвен поспешил меня прервать.

— Прости, но времени на объяснения нет. С минуту на минуту нам помешают, а мне очень нужна твоя помощь.

— Какого рода?

— Твой дар, Клем. Твой дар, — с этими словами Эвен подвел меня к маленькой, неприметной двери, отворил ее, и тут я увидела… труп. Тело того самого дэйва, который пытался нас вчера убить «ледяной смертью». Мне стало не по себе от его вида, но я сдержалась. Годы в Академии, оказывается, не прошли даром. Я могу почти равнодушно смотреть на того, кто еще вчера жил, ел, пил, дышал, думал о чем-то, а теперь он мертв, всего лишь тело, всего лишь пыль. Кстати, он уже почти в эту самую пыль и превратился. Не знаю, что за магию к нему применили, но тело исчезало, буквально на глазах.

— Это они его так? — кивнула я головой в сторону выхода.

— Да нет, постарались до них. Магия жуткая, даже стазис не останавливает разложение. Еще час и от него даже косточки не останется.

— И не кого будет поднимать, — почти равнодушно заметила я.

— Правильно мыслишь, малышка. Но меня сейчас интересует не он, а его последние моменты жизни. Я знаю, ты можешь их восстановить.

— Эвен…

— Знаю, малыш, но без тебя никак. Я бы не просил, если бы это не было так важно. Они никого не поднимут. Я и без магии смерти могу это сказать. На нем печать стоит. Твари перестраховались.

Эвен сказал, а я еще больше озадачилась. Нам рассказывали в Академии о печатях, мешающих поговорить магу смерти с душой умершего. Обычно так сами маги смерти и поступали, не желая, чтобы их тревожили после смерти. Или убийцы, страшащиеся быть пойманными. Подобные услуги стоили много, очень много.

Мало просто наложить метку и не на кожу, а выжечь на самой кости, нужно еще правильно ее запечатать, что под силу не каждому. Собственно, только магам смерти и под силу, а их единицы. Да и не каждый согласится стать соучастником убийства. Впрочем, не обязательно. Метку могли поставить и живому.

— У меня может не получиться, — решила заранее предупредить я, вернувшись к насущному вопросу, а именно к моему дару. Но Эвен с таким отчаянием на меня посмотрел, с таким ожиданием, что я, жалостливая, податливая душа, сдалась и, обреченно вздохнув, приступила к делу.

Вообще, у каждого полукровки есть свой дар — особый отпечаток силы. У кого-то он развит больше, у кого-то меньше, но у каждого он есть. И это такая особенность, способность, которая при должном развитии может в сотни раз превышать естественную способность дэйва с тем же даром.

У мастера де Сенсера на этот счет была своя теория. Он говорил, что дэйвы распыляются. Им подвластны почти все стихии, почти все возможности, и поэтому все это они охватывают лишь частично, поверхностно, а нам доступно что-то одно, и вся энергия, весь магический резерв направлен только на эту самую способность, поэтому-то она и становится уникальной. У меня тоже была своя особенность, раскрытая когда-то в ненавистном доме Флемора. Я могла вернуть любой вещи ее первоначальный облик, будь-то стол или аура человека, или перенять часть этого облика на себя. И это верно, но о том, что у моего дара есть и еще одна маленькая особенность, знали только четверо: дед, Инар, Эвен и мастер Крейм. Никогда не думала, что Тень повелителя попросит меня ее использовать, и тем более в расследовании убийства.

* * *

Вернуть события последних минут жизни не так-то просто. Для этого нужна личная вещь дэйва и энергия места, которую излучали стены. Здесь важно не затеряться во времени, не пропустить момент, иначе я увижу что-то совсем не то, и все будет напрасно, ведь я не возвращаю из ничего, я трачу часть своей энергии. В данном случае, я отдаю ее самому пространству.

         Закрыв глаза, прикоснувшись к стене, я уже не была собой, события проносились мимо, как тени в подпространстве, пока я не нашла нужное. Тот самый момент.

— Он кого-то ждал, — прошептала я, прежде чем окунуться в событие полностью. Теперь это была уже не я, это был он, я видела его глазами, чувствовала его, слышала биение его сердца, нет, не его — моего сердца. Я нервничала.

Он должен был прийти, почему он так задержался? Кто-то постучал, и я вздрогнула, но это стучали в соседней комнате, и я расслабилась. Бросила взгляд на шкаф. Там был портфель с документами и еще кое-что. То, что я должна была спрятать любой ценой, даже от своего работодателя. Я должна была уже быть за пределами Дарраната, но меня не встретили. Предали? Об этом не хотелось даже думать. И все же навязчивые мысли лезли в голову.