Пелена (СИ) - Гольский Валентин - Страница 55

— Капитан очевидность, — вновь прокомментировал Лесник.

— Помолчите, пожалуйста минутку, — попросил Максим, напрягшись.

— Зачем? — тут же спросила Люба.

Парень не ответил. Опустив стекло со своей стороны, он вслушался в шум ветра, не понимая, что его беспокоит.

— Гудит то как, уже всю печёнку проело, — Люба замолчать всё никак не могла, и Максим было шикнул на неё, как вдруг понял.

— Точно, гудит! Вы слышите, звук стал громче, как мне кажется.

Мимо проносились частные дома, отчего-то у большинства из них были распахнуты калитки, на что Максим обратил внимание лишь сейчас. Слабый ветерок, врываясь в опущенное окно играл волосами парня, ерошил их.

— Не знаю, — с сомнением сказала Катя и тоже немного опустила стекло. Вслушавшись, нажала на кнопку рации. — Это Катя… то есть второй, — вспомнила она присвоенный им позывной номер. — Нам кажется, или гудеть стало громче?

— Мы тоже заметили, — сказавший не представился, но явно кто-то из едущих позади.

Их маленький караван двигался с небольшой скоростью, стрелка спидометра едва-едва перешагнула отметку тридцати километров в час. Промелькнул дорожный знак «Конец населённого пункта» — город кончился. Если бы они ехали на юг, то дома ещё долго попадались бы им, уходили бы влево и вправо дорожки, ведущие к дачам и садовым массивам, но на этом направлении ничего подобного не было. Город закончился, вскоре начался редкий лесок. Машин здесь стало мало, но они всё равно иногда попадались, брошенные и отчего-то все до единой пустые. Это напрягало, вслух эту странность никто не озвучил, хотя заметили конечно все. Потом машины перестали попадаться. Лишь один раз, внизу, под дорожной насыпью, увидели перевёрнутое жёлтое такси, и тоже кажется пустое.

— Сколько уже отъехали от города? — тихо спросила Катя.

— Шесть километров, — ответил Максим.

— Скоро деревня будет, — подсказал Лесник сзади, — Спиридоновка.

— Я знаю.

Деревня промелькнула пустая, безлюдная. Ничего не происходило, лишь гул становился всё сильнее и сильнее, да всё темнее становилось впереди. Неясная чёрная клякса, разлитая в сером мире.

Должно быть они отъехали от Спиридоновки на километр, вряд ли больше, когда туманная область неожиданно кончилась и машины вынеслись на открытый, чистый воздух. Над головой светило солнце, яркое, весёлое, впереди же…

— Охренеть! — сказал рация голосом Вадика, и шедшая первой машина остановилась.

Максим отвлёкшись на открывшееся им зрелище, едва не въехал в задний бампер полицейского, затормозил в последний момент. Открыл дверь, отчего гул стал почти оглушающе громким. Вышел из машины, прошёл вперёд, остановился рядом с Денисом.

Буфер чистого пространства составлял должно быть метров четыреста-пятьсот, а за ним стояла клубящаяся чёрная стена, высотой добрые полсотни метров, непрерывно волнующаяся, перетекающая, полнящаяся завихрениями и в то же время, отчего-то не рассеивающаяся. Гул шёл оттуда, неровный, пульсирующий, что стало хорошо различимо лишь сейчас. Иногда он резко усиливался и тогда там, в черноте, пробегали гигантские, длиной в несколько сотен метров росчерки электрических разрядов, били ослепительные молнии, на миг высвечивающие очертания неких вертикально стоящих столбов. В такие моменты к гулу примешивались шипение и низкий, угрожающий рокот, точно раскаты далёкого грома, а поднимавшийся горячий ветер, швырял в лицо людям пыль и сухую траву. Сильно пахло озоном и горелой пластмассой.

Нереальная, невероятная картина, навевающая тревогу и желание убраться отсюда, чем скорее — тем лучше.

Максим покрутил головой — слева и справа леса не было, попадались лишь редкие тонкие побеги. Чернота уходила в обе стороны, закрывая обзор полностью, и кажется взяв город в огромное кольцо. Поваленные, обгоревшие деревья лежали и там, и сям, некоторые выглядели странно, точно их пытались жевать, или дробить неизвестной машиной. Позади ещё одна стена — серая, примерно такой же высоты, не родная, но привычная и там, хотя бы, не били молнии.

Слепяще белый шар вынесся из черноты, полетел в направлении города. Максим толкнул Дениса, указал на этот объект. Странное образование промчалось слева от застывших людей, слишком яркое, чтобы с уверенностью определить его диаметр и правильность формы. Невысокая, должно быть метра полтора высотой ёлочка стояла на пути шара. Сверкнуло так, что люди закрыли глаза, отвернулись, а когда вновь посмотрели в ту сторону, шар уже улетел, исчез в серой пелене, оставив на месте молодого дерева полыхающий факел.

— Что это? Шаровая молния? — крикнул Денис.

Максим развёл руками. Кто знает, что это вообще такое. Привычные знания об окружающем мире пасовали, не способные объяснить открывшуюся картину.

— Мы туда не поедем! — Полицейский указывал на черноту впереди.

Гигантский коронный разряд — фиолетово-белая ломанная линия полыхнула, перечеркнув черноту перед ними. Вновь высветились неровные ряды столбов. Точно зубья расчёски они стояли тонкие, прямые и очень-очень высокие. Звуки из-за расстояния запаздывали, потому разряд уже погас, когда до людей донеслись сопровождавшие явление шипение и треск, затем что-то лязгнуло и раздался хлопок такой силы, что уши сразу заложило, а в голове повис тонкий писк. Мужчины вжали голову в плечи, попятились, Денис махнул рукой, указывая назад, закричал, хотя его голос сейчас был не слышен.

Максим бросился к своей машине, подталкиваемый в спину вновь поднявшимся ветром.

Озоном пахло просто невыносимо.

Ворвавшись в серый мир, машины на скорости прошли до самой деревни, и лишь здесь остановились возле покрашенной синей краской водоразборной колонки. В ушах Максима шумело, звуки доносились точно через ватные тампоны. Он выбрался из кабины, устал на дрожащих ногах, с силой потёр уши. Где-то внутри зудело, избавиться от неприятного ощущения никак не удавалось. Вода из колонки не шла, надежда напиться холодненькой не оправдалась и пришлось доставать свои запасы, зато тёплая вода из полуторалитровой бутылки точно выбила пробку, и слух вдруг вернулся. _Читай на Книгоед.нет_

На пятачке перед колонкой собрались водители всех пяти машин, да Воронцов. Остальные пассажиры оставались на своих местах, не вышли даже с целью размять ноги.

— Такого я не ожидал, — в который раз, повторил водитель третьей машины. Обладатель козлиной бородки и очков с треснутой дужкой, он тряс головой, делал большие изумлённые глаза и пил в отличии от остальных не воду, а пиво, на что Денис косился неодобрительно, хотя и молчал. — Вы не знаете, но я преподаю физику в техникуме, а в молодости работал в ФИАНе, и вот это, — он потряс рукой в сторону чёрной стены, — вот это, на грани невозможного! Да что там на грани, нынешней наукой воспроизвести это невозможно, я вам ответственно заявляю!

— Значит, это явление, с которым наша наука ранее не сталкивалась, — меланхолично сказал Денис.

— Вы не можете отвечать за всех, — Максим тёр уши, пытаясь понять, как бороться с неприятным зудящим чувством внутри черепа. — Российская наука не может воспроизвести, значит смогли ещё китайцы, американцы, или ещё кто-нибудь.

— Юноша, такие вещи из пустого места не возникают! — с негодованием уставился на него профессор. — Всегда проводится большая предварительная работа и исследования, о которых обязательно становится известно общественности. Пусть даже узкому кругу интересующихся лиц!

— Вроде вас?

— Именно! — профессор глотнул пива, и Денис отвернулся, нахмурившись.

— Я только эту бутылку, и всё, — сказал ему профессор. — Надо мне, понимаете? Надо сейчас!

— А что это вообще было? Хоть какие-то объяснения вы можете нам дать? — Воронцов отпил из своей бутылки воды. — Вот тот белый шар, это же шаровая молния, я правильно понимаю?

— Возможно.

— Как это возможно?! Вы же физик, только что сами говорили.

— Уважаемый, существование шаровых молний — до сих пор весьма сложный вопрос, причины возникновения феномена до сих пор спорны. Белых пятен в этом вопросе слишком много! Кроме того, вы видели, как долго шар, который мы наблюдали, существовал? Так вот в лаборатории ничего подобного мы повторить не можем, и ни одна страна не может.