Насильно твоя (СИ) - Устинова Мария - Страница 14

Смотрела, как он собирается — движения утратили плавность, стали резкими.

Я закрыла глаза, но продолжала слушать: открылся сейф, зашелестели бумаги, затем раздались быстрые щелчки, словно Эмиль набивал магазин патронами. А пистолет он на кровати оставил… Он выделялся на светлой простыни, как кусок черного льда.

Но я расслабилась, разнеженная ласками Эмиля.

Было так приятно ощущать себя его девушкой.

Он взрослый, знает, что делать. А я всегда плыла по жизни по инерции. И парня выбрала так же — Лазарь просто оказался рядом. Эмиль другой — он надежный… Рядом с таким мужчиной веришь, что все будет хорошо…

Под эти мысли я задремала, расслабленная сексом и душем.

Не знаю, сколько удалось поспать, но проснулась я от шума.

Не понимая, что происходит, я встревоженно привстала. Эмиля в комнате не было, а из прихожей доносились мужские голоса. Много. Их там не меньше четырех.

Я рефлекторно прижала простынь к груди, взглянула на подушку — пистолет Эмиля все еще здесь. В голове шумело после короткого сна. Кто там? Кто пришел?

Голоса вызывали тревогу — на повышенных тонах, но я различала только отдельные слова.

«Эмиль», «деньги» и несколько раз прозвучало незнакомое имя «Глеб».

Голоса вдруг зазвучали агрессивнее — Эмиль им отвечал. Я услышала его раздраженный голос:

— Это не твое дело!

Так, надо скорее одеться.

Сердце тяжело бухало в груди — я перепугалась и этих голосов, и позднего визита. Попыталась вспомнить, где моя одежда… В шкафу? В ванной? Все валялось неизвестно где… С перепугу я не могла вспомнить.

Но услышав голос Эмиля, немного успокоилась. Он разберется.

Из коридора легла длинная тень, раздались шаги. Я сжалась на кровати, натягивая простынь до горла — я была абсолютно голой. Эти шаги, тяжелые и неторопливые, вызывали животный ужас своей уверенностью.

Так ходят хозяева положения.

— Ты что забыл в моей спальне? — зарычал вслед обладателю шагов Эмиль.

В комнату вошел высокий мужчина.

Остановился на пороге, увидев перепуганную меня и широко улыбнулся.

— Так-так… — насмешливо сказал. — Что у нас тут? А, Эмиль? — бросил он в коридор. — Просрал наши бабки и девок трахаешь?

От этих слов меня будто окатило кипятком.

Лазарь со своим подельником добрались до денег. Только не сказали об этом мне.

Он меня бросил.

Глава 25

Он был в черном, поэтому лицо бросалось в глаза.

Я запомнила его на всю жизнь: бритый под ноль, худой до впавших щек. У него были повадки человека, который не боится драки.

Он направился ко мне. Я начала задыхаться, прижимая к груди простынь.

— С первого раза не понял? — в спальню вошел Эмиль. Лицо покрылось красными пятнами от злости, шаг стал опасным и упругим. — Пошел вон отсюда!

В спальне появились еще двое, по теням я видела, что и в коридоре кто-то остался. Эмиль ощутил присутствие за спиной, плечи напряглись, но он не обернулся.

Пистолет лежал на подушке.

Массивный, страшный, и я точно знала, что он заряжен. Мужик проследил взгляд и подобрал оружие.

— Не дергайся… Собака ты наша бешеная, — останавливая Эмиля, ствол направился в мою сторону. Дуло смотрело прямо в голову. — Твой дом, твой ствол, твоя девка. Присядешь лет на двадцать. А мне ничего не будет.

Я только сейчас заметила, что на нем перчатки. Тонкие, вязаные, бежевые перчатки, которые рано носить по погоде.

— Эмиль, — испуганно выдохнула я.

Мой первый урок. Не смотри на оружие, которым хочешь завладеть.

— Опусти оружие… В чем проблема? — Эмиль усмехнулся, на миг лицо стало насмешливым и дружелюбным, словно это встреча старых друзей. — Я же сказал, деньги на месте.

— Ага, — тот дернул щекой, словно считал, что Эмиль лжет. — Вещички просто так собираешь?

Он кивнул на стол, где лежали вещи из сейфа.

— Еду за город с девчонкой… Давай не при ней, — Эмиль показал открытые ладони, стараясь выглядеть безобидным. — Я ее в клубе снял, пусть уйдет.

Я едва дышала, ловя каждое слово. По очереди смотрела в лица: бритый сжал челюсти, нижнюю выпятив, взгляд скользил по Эмилю, словно искал повод для драки. И я видела: очень-очень хотел найти.

Какая-то старая вражда. Для меня это плохо.

Эмиль выглядел честным, открытое лицо излучало уверенность. Я не лгу, говорил он всем видом. Поверь мне, отдай пистолет.

— Глеб все рассказал, — вдруг сказал бритый и с вызовом поднял брови. Глаза были безумными, а мимика дерганой. — Но раз ты говоришь, что ничего не знаешь… Поехали, разберемся.

Меня, как котенка схватили за шею, и я вскрикнула.

— Что вы делаете? — шея горела от стальных пальцев, меня рывком сбросили с кровати.

Я неудачно приземлилась на пол — главным было не потерять простынь. Ноги запутались, и я свалилась с кровати мешком. Волосы упали вперед, когда я наклонилась, чтобы спрятать грудь.

Прижимая охапку ткани к груди, я приподнялась на коленях и оглянулась на Эмиля. Воздух касался голой спины, она обнажилась почти полностью — до поясницы. А тот, с пистолетом, стоял позади. Мысль царапала, как наждачкой. Он уже догадался, что я неодета.

Эмиль медленно поднял руки, растопырив напряженные пальцы. Я не сразу заметила, что его держат на прицеле. Ствол уткнулся Эмилю в затылок, его небрежно обшарили, проверяя, нет ли под рубашкой второго ствола.

— Руки за голову.

Он сплел на затылке пальцы, не отрывая от меня взгляда.

— Ну что, Эмиль? — в спину, прямо в выступающий позвонок, уперся носок ботинка. — Вспомнил, где бабки? А-то смотри, девчонка у тебя красивая.

Он с любопытством ощупал меня взглядом, пустым и темным. А когда взглянул в глаза, меня парализовал страх. На людей так не смотрят. Я для него просто тело.

— Я тебя придушу, понял? — ответил Эмиль.

На первый взгляд невпопад. Между ними словно шел мысленный диалог — видно по глазам, они пробовали друг друга на прочность, как старые враги, нашедшие способ поквитаться.

И у бритого развязаны руки.

— Ага, — мне сильнее надавили на позвонок. — Ладно, разберемся, — он кашлянул и сплюнул на пол. Эмиль презрительно проследил плевок на свой чистый пол и поднял глаза. — Поехали, нас ждут. К тебе вопросы… Девчонку берем с собой. Везем по отдельности… Ее первой.

Глава 26

Меня схватили меня за предплечья и вздернули на ноги — так резко, что заболели плечевые суставы. Я до ломоты в пальцах вцепилась в простыню — свое единственное спасение. Одеться не дадут — меня волокли к выходу.

— Эмиль? — я попыталась обернуться.

— Утихни! — он перехватил меня за волосы и рванул.

От резкой боли на глазах выступили слезы. Я не хочу с ними идти!

В коридоре я вновь упала на пол, барахтаясь в простыне. Меня бросили в дверном проеме. Слезы потекли сами после резкой вспышки боли — он мне чуть скальп не содрал, когда за волосы волок по полу.

— Эмиль!

Он уже стоял на коленях, обернулся через плечо, преодолевая давление пистолета. Ствол, упертый в скулу, собрал кожу складками, царапая дулом, но он упрямо смотрел назад — пытался понять, что со мной. Растопыренные на затылке пальцы были напряжены.

Мне было жизненно важно увидеть его. Будто он даст подсказку, что делать. Успокоит. Но я знала, что надеяться бессмысленно.

На мгновение Эмиль взглянул мне в глаза, а затем на этого хера, который тащил меня по полу.

— Я за ней приеду, — сказал он.

Это был взгляд уверенного в себе мужчины, который знает, что делать. На которого можно положиться. Взгляд лжеца.

— Не бойся, — добавил он мне, прежде чем меня вытащили из квартиры. — Все будет хорошо. Обещаю.

Босую, меня повели по холодным ступеням вниз.

Меня ведь не утащат одну. Он сказал, что приедет… Он меня не бросит, как Лазарь, ведь правда?

Из подъезда меня сразу посадили в машину и захлопнули дверь.

Втолкнули меня на заднее сидение, двое сели со мной. Машина сразу завелась — кто за рулем, я не видела, и рванула с места. Я пристально вглядывалась в темноту позади. Где он? Фонарь у подворотни отбрасывал свет широким полукругом — пузырь света во мраке.