Кольцо Тритона - де Камп Лайон Спрэг - Страница 49

Когда Вакар со своим войском приблизился к врагу с тыла, горгонские командиры засуетились, разворачивая своих воинов лицом к атакующим. Вакар, на глаз определив расстояние, крикнул:

— Бей их!

Лорски пошли вперед, а потом побежали, спотыкаясь о трупы. Они с ревом пронеслись через лагерь, уничтожив всех мародеров. А потом шеренги лорсков сошлись с врагом. С громким треском ломались копья и алебарды, лязгала бронза, падали люди.

Лорски, зажатые в ущелье, только что в панике убегавшие от горгон, приободрились. Они подобрали с земли брошенное оружие и тоже ввязались в битву. Большинство горгон оставили щиты на берегу; слишком поздно они сообразили, что угодили в ловушку. Над их войском разносились возгласы отчаяния. В самой гуще боя Вакар без разбора бил по горгонским шлемам с плюмажами. Наконечник копья оставил вторую рану на ноге принца, меч какого-то горгона вонзился в грудь уже истекающего кровью коня. Скакун пронзительно заржал и испустил дух, но, стиснутый множеством тел, не упал, а постепенно осел на землю. Вакар пытался выбраться из гущи битвы, но был повален и похоронен под грудой трупов.

Весь помятый, покрытый шрамами, измазанный своей и чужой кровью, он выполз из-под кучи раненых и мертвых и обнаружил, что армия горгон раздроблена на несколько маленьких групп и обречена на поражение. Посреди побоища возвышалась колесница Целууда. Кони лежали замертво, а король стоял на колеснице и отмахивался от лорсков двуручным мечом. Вакар попытался пробиться к колеснице, но горгоны, защищая своего короля, сражались, как демоны, пока огромный лорск, возникший за спиной их короля, не схватил его за шею и не стащил вниз. Как только Целууд исчез, горгоны дрогнули. Они побросали оружие и взмолились о пощаде. Но разъяренные лорски безжалостно перебили почти всю свиту Целууда. Вакару удалось спасти лишь несколько врагов. Принц многое хотел узнать у горгон, а мертвецы вряд ли могли ему в этом посодействовать.

Шум битвы затихал. Большинство лорсков стояли, тяжело дыша и опираясь на древки оружия; некоторые спешили прикончить изувеченных горгон, другие вытаскивали своих раненых соратников из груд мертвецов. Тем, кого спасти было уже невозможно, воины перерезали горло, избавляя от мучений. Земля была сплошь усеяна трупами и отсеченными конечностями. Повсюду валялись шлемы, щиты, мечи, копья, кинжалы, топоры, палицы и алебарды. Посреди этой неразберихи лежали грязные, изорванные боевые знамена. Иные оказались так выпачканы в крови, что с трудом можно отличить лорского бизона от осьминога горгон.

Земля покраснела от крови. Тучи мух клубились над мертвецами, а в вышине выжидающе кружили грифы.

Вакар Зу спрятал меч из небесного металла, снял рубашку с какого-то мертвеца, разорвал на лоскуты и перевязал свои раны. Затем он отыскал Калеша на забрызганном кровью коне (того самого, кто принес в Лорск весть о хитроумном плане горгон). Вакар поставил Калеша во главе армии и приказал ему захватить все горгонские суда, которые не успели отчалить, и вернуться на равнину этой же ночью. Сам Вакар, позаимствовав у Калеша коня, поехал к Мнесету. На вершине холма он увидел колесницу Рина.

— Ты не против, если я поеду с тобой? — спросил принц у колдуна. — Хочу, чтобы раны на ноге побыстрее зажили.

— Садись, садись.

Вакар спешился и перебрался в колесницу колдуна, после чего Рин развернул свой экипаж и покатил назад, в столицу. Почти все лорски, которых они встречали по пути, считали битву проигранной, — эту страшную весть разнесли по стране первые беглецы.

На девятый день, когда они достигли Мнесета; моросил дождь. Несколько сот человек брели следом за колесницей. Ворота Мнесета были наглухо заперты — очевидно, город готовился к осаде.

— Эй вы там! — закричал Вакар. — Горгоны разбиты, отворите принцу Вакару!

На стене появился вооруженный человек.

— В чем дело, господин?

— Я говорю, горгоны разбиты. Отворяй!

— Одну минуту, господин.

Воин исчез, но на его месте появились другие воины. Они молча глядели вниз, держа луки и копья.

Вакар начал терять терпение. Тем временем к городу приближались победители — кто пешком, кто верхом на коне или муле. Вскоре целая толпа лорсков собралась полукругом у ворот.

Вакар взорвался:

— Эй, что вы там возитесь? Полно было времени, чтобы отворить.

Его слова остались без ответа; вооруженные люди молча смотрели вниз. Вскоре на стене появился сам Курос.

— Что за небылицы ты плетешь про разбитых горгон?

— Небылицы?! — вскричал Вакар. — Ах ты, трусливая мразь! А ну, спускайся, я тебе покажу небылицы!

— Что?! Да как ты смеешь так разговаривать с королем? Тебе что, жизнь не дорога?

— С королем?! — вскричал Вакар. — Что ты имеешь в виду?

— Только то, что я сказал. Пока тебя не было в столице, наш старик умер, а перед этим назвал меня своим наследником. Он решил, что самое время отказаться от нелепого старого обычая, и теперь престол будет наследовать старший сын!

Вакару понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя, — новости буквально ошеломили его.

— Бред сивой кобылы! — закричал он, вновь обретя дар речи. — Я и гроша ломаного не дам за твое слово, но даже если это правда, король не имеет права переменить наследника без одобрения совета.

— Как бы то ни было, я стал королем, и несколько тысяч воинов могут это подтвердить. Что теперь скажешь?

— Убийца, предатель, узурпатор! — вскричал Вакар, кипя от гнева. — Ты убил Сола, шпиона, который рассказал мне, что ты продал Лорск горгонскому королю. Ты пытался погубить свою собственную армию в Корте, сбежав с поля боя, когда сражение едва началось. Теперь ты захватил трон, и при этом наверняка отправил нашего бедного отца раньше времени на тот свет. Что ты с ним сделал? Задушил подушкой? А ну, мерзавец, выходи сюда с мечом! Мы сейчас же решим вопрос о праве наследования! Один на один, по-мужски!

— По-твоему, я похож на дурака? — С этими словами Курос выхватил лук у стоящего рядом воина, наложил стрелу и выпустил ее в Вакара. Тот пригнулся в седле, стрела пронеслась в считанных дюймах от него и пронзила ногу одного из зевак. Раздался крик, толпа рассыпалась, раненый со стрелой в ноге заковылял следом за своими товарищами. Когда Курос потянулся за второй стрелой, Вакар хлестнул коня плетью, развернул колесницу и, рыча, отъехал подальше.

— Я соберу остатки армии и захвачу город, а потом повешу предателя на городских воротах, и он будет висеть, пока не сгниет!

Рин отрицательно покачал головой, поглаживая козлиную бороду.

— Это дело непростое. Горожанам безразлично, кто из вас победит.

Вакар привалился к борту колесницы, хмуро уставился в пустоту. Воины победоносной армии стояли небольшими группами, переводя взгляд с одного брата на другого. Курос замер на стене с луком в руках. Тетиву он пока не натягивал, ожидая от Вакара каких-нибудь действий. Рин тихо добавил:

— Сейчас нужно решить, чего ты хочешь на самом деле.

Вакар засмеялся и расправил плечи.

— Теперь я понимаю, что имела в виду Чарсела... и Ретилио, когда говорил о необходимости выбора. Воистину, человеку мало одной жизни, чтобы осуществить все свои мечты. Стоит ли драться с этим олухом ради ветхого замка и власти над толпой неотесанной деревенщины? В Огуджии меня ожидает куда более приятная доля.

— А ведь и правда...

— Я не завоеватель, а просто добрый малый, и хочу только одного: чтобы меня оставили в покое и позволили заниматься философией. Попрощайся от моего имени с Били и одолжи мне на дорогу торгового металла. Я возвращаюсь в Седерадо.

Вакар наполнил суму металлом и уселся на коня Калеша — раны на ноге уже не кровоточили. Громким голосом он обратился к своим воинам и людям на стене:

— Вы все — свидетели того, что здесь случилось. Возможно, многие из вас недоумевают, почему я не желаю драться с братом. Отвечаю: по двум причинам. Во-первых, я не так дорожу королевским титулом, как он, а во-вторых, наша земля достаточно пострадала в последнее время, чтобы терзать ее еще и гражданской войной. Я отправляюсь в изгнание, не претендуя на трон. Со временем вам, конечно, надоест тирания убийцы и предателя... И я надеюсь, что при необходимости вы сумеете постоять за себя. Прощайте!