Да эти вампиры совсем озверели! (СИ) - Колесникова Валентина - Страница 50

Зрение вновь изменилось, стало более ярким и четким. Цвета казались насыщеннее, и само тело будто бы стало легче.

— Ты смотри! — Василиса обалдела от происходящего, — да у нее мои глаза! И уши на голове! Твою ж мать, она реально монстр!

— Не рычи на сестру! — обиделся Дима, — она хоть и монстр, но самая настоящая реликвия!

— Ну спасибо за поддержку, мои родные! — отвечала я, ощущая, как обострился слух.

Движения рук стали более резкими и проворными. Сколько бы пульсаров Лерой не выпускал — ни один из них не смог меня достать. От части снарядов я уходила самостоятельно, от другой части меня спасал Хоул, прикрывая в бою. Вампир многое не понимал, но давал понять, что как только станет нужен — придет, стоит лишь просто позвать.

Присутствие Хоула Лерою не нравилось, а тот факт, что наша могучая кучка одерживает победу над его многострадальными подопытными лишь сильнее злила мужчину. Мама секла головы направо и налево, с победоносным кличем подпихивая Боулу то, что осталось. Бедный вампир не лез, прекрасно понимая, что моя мама в ударе и под руку ей лучше не попадаться. В отличие от нее, мой отец сохранял хладнокровие и с каменным лицом добивал тех, кто играл не честно, пытаясь ударить со спины.

Валера продолжал бой с Леоной, но я уже плохо их видела — лишь огромный мелькающий черный хвост и сладострастное хрумканье говорили о том, что там все тоже в принципе не плохо идет.

— Лерой, — Хоул не выдержал. После череды ударов даже он заметил, что с магом что-то не то, — ты не используешь магию. Почему? Только пульсары — самое простое, что есть в магическом арсенале… и твои глаза… С каких пор они красные?

— С тех самых, как у меня появились вампирские клыки, — и, ринувшись в сторону вампира, Лерой набросился на него с неимоверной силой и злостью, — чертовы кровососы! Ненавижу! Ненавижу нечисть! Вас всех надо истребить, уничтожить!

— По поводу всех не уверена, — заметила я, набрасываясь на спину Лерою и с силой сдавливая его горло. Маг сопротивлялся, но движения его стали совсем иными, как и тело…

Все видели, как мужчина немного изменился — он стал более бледным, глаза горели ярким кровавым цветом как у истинного вампира, ногти на руках стали когтями, а из открытого рта еле виднелись длинные острые клыки.

— Какого… — удивление Димы было искренним, но не долговременным. Все же на них с Василисой нападали — приходилось отбиваться, — что за черт?

— Обычный такой, — заметила я, — с рогами и копытами. Можешь продемонстрировать, или ты их на пути своем не встречал?

Хоул вырвался из хватки Лероя, тут же направив в его тело острые когти.

Жаль, что не успел. Мужчина в последнее мгновение уклонился в сторону, с легкостью подпрыгнул над землей почти до свода пещеры, где я и заметила краем глаза какой-то странный просвет… Неужели выход? Или очередная ловушка?

Лерой пытался меня сбросить, но держала я его крепко. Благодаря тому, что собственные эмоции ушли глубоко внутрь моего сердца, при свободном падении вниз я не испытывала дикого страха, хотя раньше визжала бы как свинка на чисто китайском, посылая всех и вся в такие нереальные дали, о которых сама пока не знаю.

Я видела движение Лероя, он собирался перевернуться в воздухе, чтобы придавить меня к земле своим телом, но я успела уйти, отпустив при этом мужчину.

Он немного запыхался, но передышку ему никто не давал. Прямо между нами застыли Валера с Леоной. И если первый над женщиной банально измывался, то вампирша воспринимала бой на полном серьезе, строя коварные планы и не видя того, что огромный черный кот все время бдит, ожидая команды своего верного друга.

— А ну пошли вон! — язвил Валера, — мы тут наследство делим, да, бабуличка?

— Сдохни!

— Так давно уже! — изумились в ответ, и пара вновь вцепилась друг в друга.

Леона была вся всклокочена, волосы дыбом, глаза алым горят, лицо как у старухи гневом переполнено.

— Может поможешь? — взревела она, обращаясь к Лерою.

— Это твоя семья, — хмыкнул в ответ маг, с силой швыряя в нас с Хоулом очередной порцией пульсаров. Глаза его при этом стали человеческие, как и лицо наполнилось румянцем.

— Он тот, о ком я думаю? — шептал Хоул, защищая меня от магии при помощи крыльев. Он отбрасывал пульсары в стороны при помощи ветряного потока, создавая его своими черными парусами.

— Да, он охотник, как и я, — заметила я, — но я не понимаю, почему он стал уничтожать своих же.

На поле наступило молчание.

Даже Леона застыла на месте, схватив Валеру за горло, пока тот ковырял в зубах. Вася при этом удивленно муркнул и зачем-то стал меньше, приняв обычный кошачий облик. Мама с папой тоже слегка обалдели от услышанного, а вот Василиса на выражения не была скупа, емко высказав то, что обо всех нас думает.

— Не понимаешь? — изумился Лерой, наконец показав свои истинные глаза. Они пылали огнем — ярко, беспощадно. Взгляд был безумным, но в тоже время невероятно проникновенным, что совершенно не укладывалось в моей голове. — Ты действительно не понимаешь? Наш дар — это проклятье…

И вновь молчание, сменившееся неимоверно быстрой атакой.

Я не была готова. Не к такому.

Да, я стала кем-то другим, я осознавала, что в моем теле скрывается непонятная для меня сила, но даже так я не могла в один миг стать очень сильной или невероятно ловкой.

Какая бы магия не текла в моих жилах — к ней нужно себя готовить.

Удар пришелся в солнечное сплетение, но рука Лероя меня не достигла. Хоул успел прикрыть собой, приняв удар на себя.

С губ вампира струйкой потекла кровь, я видела, как он медленно теряет сознание от боли, но борется, не желая сдаваться.

— ХОУЛ! — его брат тут же встал рядом, не позволяя Лерою добраться до вампира, но это не помогло.

Стоило мне встать на ноги, как Лерой мигом отбросил меня в сторону, словно я ничего не весила. Его тело изменилось, стало более мощным… Оборотень? Это сила оборотней? Чую, что да. Но как такое возможно? Неужели охотники способны настолько сильно менять свое тело?

Как бы Боул не сопротивлялся, все слышали хруст переломанных костей в одном из крыльев Хоула…

Вновь наступило молчание, в глазах моей мамы воспылала ярость, она скалилась словно зверь, намереваясь уничтожить врага, но все еще живые титаны не давали ей к нам пробиться.

Как только Лерой занес еще одну ногу для удара, я нашла в себе силы сорваться с места. Скорость Валеры, ловкость Василисы и ее невероятный слух — это помогло отразить атаку, защитить Хоула и не позволить врагу свернуть Боулу шею.

Лерой выходил из себя…

— Ты думаешь, что победишь? — он смеялся, утопая в собственном безумии, — думаешь, что справишься с такой силой?

Я ничего не ответила, потому что не понимала, что делать дальше.

Мы были отрезаны от остальных, я видела, что ни родители, ни друзья не успеют вовремя прийти на помощь.

Хоул пришел в себя довольно быстро. Несмотря на острую боль, он встал на ноги. Убрать повисшее крыло было невозможно, я видела боль в его глазах, видела, насколько он был напуган, но в тоже время не растерял своей внутренней решительности и воли к победе.

— Ты словно губка, — тихо заметил вампир. Я смотрела на Хоула и поражалась тому, что мужчина в первую очередь переживал за меня, а не за себя. Эти эмоции так ярко пылали в его глазах… — впитал в себя столько возможностей… А чье-то безумие ты тоже принял на себя, Лерой?

Вновь молчание. Мысли Хоула задели за живое. Я ощутила внутри себя некий отклик, что-то вроде внутреннего страха за свое будущее. Что, если он прав? Что, если кроме силы, мы перенимаем на себя часть характера? А как же эмоции, что мы считываем? Как в итоге отделить свое “Я” от чужого?

Лицо Лероя на миг изменилось. Морщины в уголках глаз разгладились, его руки слегка дернулись, а во взгляде возник некий просвет…

— Так ты прав? — изумился Боул, поддерживая своего брата. Вампир встал рядом и поддерживал Хоула, готовый вместе с ним выйти на мою защиту, — он просто с катушек слетел из-за силы?