Прокачаться до сотки 2 (СИ) - Соколов Вячеслав Иванович - Страница 49

— Хочешь поцелую? — нагло усмехаюсь.

— Естественно, — довольная улыбка наползает на чумазое лицо, и девушка стремительно виснет на моей шее, впиваясь в губы. — Как же я тебя ненавижу, — страстно выдыхает в лицо, прервав поцелуй.

— Я тебя тоже, — хлопнув красотку по заднице, направляюсь к воротам. Скомандовав на ходу: — Поговори с местными рабами, может, что интересное расскажут.

Вот ведь гнилой мирок — везде рабство. Что-то мне дядюшка Эдем всё больше и больше не нравится. Он ведь бог, это его мир, неужели нельзя навести здесь порядок? Запретить рабство, в конце концов.

И не надо мне рассказывать, о том что это не возможно. Мол, людей не переделать. Вот как за подделку денег по башке давать, так это легко, а как не обслуживать рабовладельцев так проблема. Не пускать в храмы и всё. Сразу исправятся.

Ладно, сами виноваты, не хотят жить по чести, значит, будут жить по правилам. По моим правилам. А кому не нравится, кувалдой Молота по башке. А что? Как по мне, отличный план на будущее.

И в первую очередь освобожу всех местных и предложу либо катиться на все четыре стороны, либо присоединяться к Легиону. Это в гвардию никого принимать нельзя, а вот про Легион такого разговора не было.

Ну, и, в конце концов, если что, клан замутим. Будем подбирать народ из «песочницы», тренировать, а потом надаём по соплям всем, кто тут рабов держит.

— Эй, Сёма, друг мой, а ты не в курсе, как бы нам клан замутить? — интересуюсь у, как раз, вошедшего в крепость локиса.

— Неуверен, — с сомнение оглядывается на свою жену. — Наверное, в храме. Где же ещё?

— Так, а как храм замутить?

— Храм? — у бедняги локиса аж челюсть отвалилась. Да и не у него одного.

— Ну да, — киваю, — а в чём проблема. Вон Свободный храмом сделали, так почему бы из этой крепости не замутить храм?

— Но тут же всё разрушено! — восклицает пернатый, с ужасом обводя взглядом последствия взрыва пяти телег на центральной площади крепости.

— Ой, да ладно, — Балагур слегка приобнимает Семёна. — Подмести, обои поклеить и будет как новенькая.

— Обои?

— Ой, ну не цепляйся к словам, — отмахивается Вован, — ты лучше секретом поделись, как храм забабахать. И я бы на твоём месте сам предложил вариант, а то если Мажор начнёт изобретать, тут не бардак будет, тут куча камней останется. Из которых тебе придётся строить храм.

— Мне?

— Ему? — поддерживает мужа Изи.

— А кому же ещё? — Балагур искренне недоумевает. — Не мне же. Вдруг война, а я уставший.

— Так, Вован, не пугай Сёму, — отодвигаю друга в сторону. — Не обращай внимания на него, он так шутит. Хотя, если Листик найдёт достаточно взрывчатки, можем и разломать крепостицу, — приобняв локиса за плечи, шепчу в ухо, — ломать то, не строить. Нечего бандитам за стенами сидеть.

Семён, вздрогнув, отодвигается от меня, недоверчиво оглядывается, спотыкается о задумчивый взгляд Хана и видимо решает, что его могут и запрячь на стройку. А, как известно, правильная мотивация, почти как хороший удар в печень, мозги прочищает на раз.

— Ну, храм просто строят и всё, потом посвящают богу. Но обычно, надо ещё землю осветить, перед стройкой.

— Нам не подходит, — качаю головой. — Вот как из Свободного храм сделали?

— Так там же куча ангелов хозяина сменило, — к нам подходит Молот.

— Отлично, — потирает руки Балагур, — так, давайте, счас быстренько намутим ангелов и перекрасим их.

— А где мы их возьмём? — чещу в затылке.

— Как где? — разводит руками Вовка. — Там же где в прошлый раз. Молот меня прибьёт своей кувалдой, а через пару часов воскресит. Я за два часа, по любасу найду парочку шикарных поварих, — и мечтательно, изображает руками перед грудью, нечто-то объёмное.

— А там, между прочим, в столовке пирожки отпадные, — поддакивает Молот, подтверждая заявление урчанием в желудке.

— Так, стоп, — машу руками, — так не пойдёт. Я тоже хочу пирожков, а особенно хочу себе крылатенькую красотку вот с такими же, — некультурно тычу пальцем в сторону груди Мальвины. — Хотя, и с такими тоже можно, — на этот раз, внимания удостоились выдающееся достоинства Изи.

— Но тебе нельзя нанести урон кувалдой Молота, — возмущается Балагур.

— За то я смогу не пару часиков агитацией заниматься, а целых пять! Представляешь, скольких я успею… Кхм… — ненатурально кашляю, поняв, что чуть не ляпнул лишнего.

— С агитировать? — подмигивает Вован.

— Ага, точно, — благодарно киваю другу. — Так закрывайте тут ворота, осмотрите всё, а я на агитацию.

— Так, как помирать будешь? — Балагур задумчиво смотрит на свой нож.

— В баню иди, — сплёвываю, — уж сердце себе остановить я и сам могу. Тока кровать мне найдите, не на земле же валяться.

— Ты отморозок, — задумчиво тянет локис, глядя на меня.

— Ой, да чт б ты понимал, — возмущаюсь, — там, между прочим, бабы… Кхм… — опять ненатурально кашляю.

— А ну стоять! — раздаётся грозный голос Эдема, который тут же нарисовался рядом с нами. — Ты куда это собрался?

— Так устал я, — вполне натурально зеваю, — вот думаю, а не поспать ли мне. При правильной расстановке задач, командир может отдыхать. Это же армейская мудрость. А я как человек военный, не имею права пренебрегать мудростью поколений, настоящих защитников отечества своего. Ибо познавалась она веками и писалась кровью многих поколений…

— А ну прекрати молоть чепуху! — вспыхивает Эдем.

Вот такой забавный, сам красный и в белом смокинге. Интересно, ему вообще кто-нибудь говорил, что он в нём глупо выглядит?

— Да какая чепуха? — возмущаюсь. — Я что на мельника похож? И вообще, ты же вроде, как дядя мой? — подхожу и фамильярно кладу руку на плечо Эдема. — Ну ты же как старший родственник должен думать о том, что у тебя племянник, всё ещё так и не нашёл себе вторую половинку? А?

Вот у меня батя вечно ноет, мол, пора мне, Егор, внуками обзаводиться. А ты что? Тебе что жалко парочку симпатичных ангелесс, для племянника? Нет? Ну вот я и говорю, я сейчас быстренько сгоняю, посмотрю там, чтоб посисястей, и чтоб попка, как персик.

Буквально парочку! Ну может три или четыре. Не могу же я вот так сразу решить, кто лучше. Ну так что решили? Я пойду? Ты сразу подскажи, где самые красивые, чтоб я долго не искал? Где? В бухгалтерии? Ой, а они ещё и умные! Какая прелесть. Дядя, ну ты прямо настоящий мужик, дай я тебя обниму. А я сказал, дай обниму!

Ну всё, спасибо что навестил, был рад повидаться. Ты иди, иди. Богиням там привет передавай. А нет, стоп, всем не передавай, только красивым. Что? Они все красивые? Ладно, тогда передавай, пусть в гости заходят. Встретим, обогреем, ублажим…

Что? Нет, ты не так понял, я же приличный человек. Ты что, как можно, в живую богиню… Э-э-э… Так, ладно, это шутка из другого мира. В общем, чаем напоим. Степаныч, знаешь, какой чай заваривает. Вообще психовать не будешь никогда. Точно тебе говорю. Так что ты заходи потом, вот как травок на чай насобираем, так и приходи.

Что? Да откуда я знаю, что ты хотел от нас, проведать наверное. Всё-таки племянник, соскучился же. Ага. Ну вот и повидались. Ну всё пока. Ага. Рад был повидаться.

Эдем исчезает, и я радостно выдыхаю, смахивая несуществующий пот с лица:

— Фух, чуть не спалились, Сёма рот закрой, а то птичка залетит и нагадит. Так, всё я пошёл помирать, через пять часов воскресите.

И тут Балагура сложило пополам от смеха. Он гад аж на землю упал и давай ржать:

— Мажор, ты же мог у Эдема спросить, как храм замутить…

— Твою дивизию, — звонко шлёпаю себя по лбу, — тьфу ты ну ты, а ведь точно. Ну да ладно, придётся придерживаться прежнего плана, — и радостно потирая ладони, рванул искать себе лежанку, — крылатенькие держитесь, папочка уже рядом.

— А ну стой! — вновь появляется Эдем. И ткнув в меня пальцем, заявил: — Даже рта не раскрывай. Иначе, я вам здесь дождь на неделю устрою, — убедившись, что я проникся, — ткнул пальцем в Семёна, — ты, похоже, здесь единственный адекватный. Что вы задумали?