Гадюка на бархате (СИ) - Смирнова Дина "Сфинксия" - Страница 12

Быстро осмотрев довольно-таки убогое помещение — в нём помимо кровати из обстановки имелся только расшатанный стул, стол из некрашеного дерева и огромный сундук — Альбрехт уселся рядом с супругой, сочувственно глядя на её побледневшее и осунувшееся за последнюю ночь лицо.

Денег, нашедшихся в кошельке у Альбрехта, хватило бы всего на несколько дней жизни даже в таком далеко не роскошном заведении, в каком они с женой остановились, поэтому продать украшения, прихваченные Гретхен из дворца, стоило как можно скорее.

Альбрехту очень не хотелось оставлять супругу в одиночестве, но он понимал, что та слишком устала, чтобы немедленно или даже через час-полтора отправляться в долгий маршрут по городу. А кроме того, Альбрехт понимал — в одиночестве он привлечёт к своей персоне меньше внимания.

Пообещав, что постарается вернуться как можно скорее, Альбрехт наказал Гретхен, чтобы она заперла комнату изнутри и никого не впускала. Получив от жены заверения, что она всё так в точности и сделает, он отправился в город.

Гретхен, продремав почти до вечера, ощутила себя полностью отдохнувшей, когда встала со своей скромной постели. Беглая императрица успела проголодаться, однако помня строгие указания мужа, не решилась спуститься в трактир, располагавшийся на первом этаже здания. Да и денег Альбрехт не оставил, а в том, что ей здесь подадут ужин в долг, Гретхен вовсе не была уверена.

Приоткрыв ставни маленького окошка, чтобы впустить в комнату свежий воздух, Гретхен принялась приводить в порядок свои длинные золотистые волосы, изрядно спутавшиеся за время последних бурных событий, происходивших с их обладательницей.

Мысли, которые одолевали Гретхен во время её мирного занятия, трудно было назвать весёлыми: она гадала, что же сейчас происходит в столице, и ни один из приходивших на ум возможных вариантов радости не приносил. Потом Гретхен вспомнила так нежданно пришедших им с мужем на помощь Паулину и Гюнтера, и на глазах у неё невольно выступили слёзы — хоть она и понимала, что ей, как императрице, наверняка придётся столкнуться с ситуациями, в которых подданные жертвуют ради своей правительницы жизнями, но убедиться в этом на практике было совсем иным делом.

Гретхен надеялась, что хотя бы лейтенанта Зальма заговорщики оставят в живых, так как понимала — чародейка, скорее всего, погибла, выстроив портал. А сколько ещё людей лишились жизни или остались без своих домов по вине Карла, приказавшего поджечь столицу…

Когда же за окном сгустились сумерки, мысли императрицы о судьбах подданных сменились тревогой женщины о своём возлюбленном — Альбрехт обещал вернуться до темноты, но так и не появился. Гретхен чувствовала, как нарастающий страх постепенно затягивает в свои сети — неужели Карл уже успел отдать приказ об их с Альбрехтом розыске, и её мужа схватила стража? Может, скоро придут за ней самой? Что же теперь делать?

========== Глава 5. Оправданное целью ==========

В послеобеденный час до этого безоблачное эрбургское небо начали затягивать облака — маги Ковена собирались с помощью дождя затушить всё ещё не утихший до конца пожар.

У парадного подъезда императорского дворца было шумно и многолюдно — Карл захотел лично ознакомиться с масштабами постигшего столицу бедствия, а придворные поспешили выразить желание поехать вместе с ним в пострадавшую от огня часть города — даже те, в чьи прямые обязанности сопровождение императора вовсе не входило.

Кто-то предвкушал возможность выслужиться перед новым правителем, кто-то опасался, что со сменой власти может потерять выгодные должности. Но, во всяком случае, равнодушных и скучающих лиц при дворе сегодня было как никогда мало.

Словно радужные стёклышки в огромных витражах собора Святой Брианны — самого величественного храма Эрбурга — сверкали многоцветьем платья придворных дам. Наряды многих кавалеров не уступали им в пышности, затканные золотом и серебром, богато украшенные белой пеной дорогих фламийских кружев.

Среди всего этого разнообразия то и дело мелькали алые мундиры, и по их хозяевам скользило множество заинтересованных взглядов — гвардейцы, сыгравшие решающую роль в событиях минувшей ночи, мгновенно превратились в героев для одних и предателей, преступивших присягу императрице Гретхен, — для других.

Но когда на выходе из дворца показался Карл, пёстрое и шумное общество приумолкло, выстраиваясь в два ряда по обе стороны от пути монарха к императорской карете. Тишину нарушали лишь шелест юбок приседавших в реверансах дам да негромкие фразы, которыми Карл перебрасывался со своими спутниками.

По левую руку от императора шла Луиза, после ночи переворота окончательно расставшаяся с трауром — её платье глубокого синего цвета было тому зримым подтверждением. Волосы Луиза на сей раз убрала под серебристую сетку, усыпанную мелким жемчугом, а на её шее и в ушах сияли крупные сапфиры — нетерпеливая красавица уже успела запустить руку в шкатулки с украшениями, принадлежавшими Гретхен.

В отличие от Луизы, расточавшей подданным любезные, хоть и несколько рассеянные улыбки, Мориц Вильбек, беседовавший с Карлом, выглядел недовольным. А когда все трое подошли к каретам, Вильбек явно ожидал, что Луиза поедет вместе с ним, но та покачала головой в ответ на вопросительный взгляд дядюшки и направилась к экипажу императора.

— Ох, вы это видели, милая? — Сабина Иззен, невысокая пухленькая блондинка, чьё нежно-лиловое платье украшали бесчисленные оборки и рюшечки, в крайнем возбуждении придвинулась поближе к своей подруге, баронессе Герварт. — Она села в карету к его величеству! Вдовствующая императрица!

— Я слышала, император собирается жениться на ней, — как бы невзначай обронила Амалия Герварт, тут же прикрывая лицо веером, расписанным пасторальными сценками. Тон Амалии был почти безразличным, но вот её зелёные глаза сверкали не хуже изумрудов в серёжках, выполненных в виде кистей винограда.

— На вдове своего дяди! К тому же, она гораздо старше его величества. Немыслимо! Что скажет общество? — продолжала кудахтать Сабина, но Амалия возразила подруге:

— Почему же? Мне это видится вполне вероятным — иначе, зачем императору назначать её родственника, — сложенный веер Амалии чуть качнулся в сторону Морица, — на должность канцлера. А что до общества… Его величество, кажется, уже успел продемонстрировать свою решительность и… самостоятельность.

«Только вот молю Создателя и Двоих, чтобы выбором жены причуды Карла Вельфа и ограничились».

Карл выглядел очень довольным собой — как ему казалось, он в первый же день правления сумел достойно проявить себя, поставив на место и «зарвавшегося» генерала, и герцога Вильбека, без восторга воспринявшего указ о новых привилегиях для чародеев и уменьшение налогов с торговых городов западного побережья — тоже своеобразную плату за поддержку нового императора.

Луиза же, сидевшая в карете напротив своего любовника, была не в самом лучшем настроении, хоть пару минут назад и вовсю демонстрировала подданным благодушие. Сегодня утром Луиза проснулась от кошмара — в нём она убегала по бесконечному лабиринту объятых пламенем улиц от какого-то мужчины в чёрном, лица которого никак не могла разглядеть. Размышляя о привидевшемся сне, Луиза подумала, что наверняка этим мужчиной был Альбрехт — то, что столь серьёзный враг до сих пор оставался на свободе, одновременно злило и пугало её.

— Нужно как можно быстрее поймать Кертица, иначе он обязательно подложит нам большую свинью, — озвучила своё беспокойство Луиза, аккуратно расправляя складки на подоле платья. Прикосновения к гладкой дорогой ткани всегда успокаивали её.

— Чародеи сказали, что выход из портала находился рядом со столицей, так что далеко Альбрехт с моей сестричкой не убежали, — Карл был полон оптимизма. — Стража их вовсю ищет, так что очень скоро мы избавимся от этой проблемы.

— А если нет? Кертиц хитёр и ловок, с него вполне станется обдурить стражников — большинство из них умом не блещут, — возразила Луиза. — Гретхен отречение так и не подписала — а вдруг она с мужем заявится к лутецийскому двору или отправится в Эдетанну и станет оттуда оспаривать твоё право на трон? Наши соседи будут очень рады возможности привнести смуту в мидландскую землю. И потом, не забывай — у Альбрехта двое младших братьев, у которых обширные владения на Севере. Нужно решить, как нам обезопасить себя от их происков.