Такая Война (СИ) - Вишневский Сергей Викторович - Страница 50

Из шлема закованной в сталь мертвой женщины закапала черная тягучая жидкость.

Нежить плакала во второй раз.

— Скоро все закончится. Им уже не больно. Так вышло, и я хотел бы сказать, что я не виноват, но… Я клялся и не смог сдержать клятву. Это моя война и моя ошибка. — зазвучал голос хозяина из медальона, перекрывая окружающий гвалт и шум. — Скоро все закончится. Это уже не имеет смысла… Все это не важно… Кроме мести.

Замершая высшая нежить, с разваливающимся каркасом силы внутри, прижала детей покрепче. Из последних сил она, шатаясь, встала, подняла голову к небу так, чтобы в мертвые провалы глаз через забрало попал лучик солнца, и издала истошный вопль, полный звериной ненависти к убийцам:

— ГХА-А-А-А-А!!!

Рев был оглушительным, полным злобы. Мать выдала с ним все, что было в ней: боль, отчаяние и силу, заложенную создателем, все то, что она успела скопить, пока собирала вместе с ним армию. Все до последней капли, добавив к этому впитанные смерти детей и искру души.

Этот вопль подстегнул и усилил нежить, словно благословение. Воины перестали просто переть вперед и принялись активно атаковать, проявляя смекалку и элементарные навыки боя. Они бросались в ноги, рвали мясо на руках нерасторопных противников. Теперь в их гнилых черепах был совсем другой приказ.

«УБИВАТЬ!»

Мак с живыми членами отряда стоял у камня, на котором было приближенное изображение строя. Перед рядами солдат, вытиравший слезы Рум, с дрожащими руками склонился к связанному ребенку и три раза ударил его в грудь ножом. Затем к небольшому свертку, и еще два раза.

— Он… — сглотнув произнес Жак, не отрывая взгляда от иллюзии. — Он заколдован, да? Он же не мог…

Взгляды воинов скрестились на Маке. Тот обвел взглядом воинов и молча мотнул головой в ответ.

— Я не знаю.

— Но так ведь не бывает, — продолжил бормотать Жак. — Рум, он же наш… Он не предатель и не…

— Да, болтал много, он сам по себе ворчун тот еще, но… — Билл умолк, не зная, что добавить.

— Он не выстрелил, — подал голос Гурт. — Там, на скале, когда за нами темный гнался.

— Он сказал, что видел нож в груди второго, — встал на защиту Рума Вар.

— Не мог он со скалы видеть нож, — вмешался Мак. — Уговор был на выстрел, как только они ко мне подойдут и остановятся.

— Уговор был, — кивнул Билл. — Только он не выстрелил.

— Он же… Он же подходил тогда к тебе, — сглотнул Жак. — Когда ты призывал призраков у Армавира.

— Зачем он подходил? — спросил Гурт, зная ответ. Воин хотел, чтобы услышали остальные.

— Я его с ножом застал, но он сказал, что только ворот подрезать хотел. Мол, дышать мастеру туго.

— У меня не было высокого ворота. Рубаха обычная, — вздохнул Мак, понимая, зачем Гурт затеял этот разговор.

— Я ему за то так и сказал, — сглотнул молодой воин. — И мечом пригрозил, что распластаю. Он за тьму и за мастера нашего гадости опять говорить начал, но то как обычно было…

Мак обвел взглядом живых и, вздохнув, развел руками:

— Сделанного не воротишь, — после чего указал на изображение на камне. — Теперь думать надо, как дальше быть!

На иллюзии Рум, после того как покончил с детьми, вонзил нож себе в брюхо.

— И расхлебывать последствия, — добавил Гурт.

Мак кивнул и отошел к артефакту, созданному на ходу.

Это был огромный плоский лист стали. Раньше он был декоративным элементом на створках ворот в древнем городе. С одной стороны остались следы крепления мощных петель к створке ворот. На металле была чеканка сложного рисунка из воинов, вскидывающих над головами мечи, цветов и солнца. Подмастерье интересовал лишь сплав, выдержавший столько времени и не развалившийся на ржавые хлопья.

Пришлось заставить семерых мертвецов несколько часов отбивать молотами для ремонта доспехов лист, чтобы выровнять и подготовить для своих нужд. Грубо, неудобно, но все же время и дуболомство простой нежити из крестьян сделали из металла довольно ровный лист необходимого размера.

В итоге, рассчитав необходимые связи рун и засунув полторы сотни следящих артефактов внутрь мертвых воинов и двух командиров, Мак получил сносную тактическую доску, где в реальном времени отображалось происходящее на поле боя. К сожалению, каждый элемент обозначался руной, но для парня чтение своеобразного ребуса не было проблемой.

— Как говорил мой учитель, — провел рукой по артефакту подмастерье. — Если назвался магом, то будь им. Жаль, они блокировали связь. Было бы намного легче. Еще сотня шагов к городу от лагеря, и даже мои артефакты будут бессильны. Хорошо хоть они не притащили сюда негатор магии. Иначе это было бы сражение на мечах и артефактах.

На металлическом листе засветился сложный рисунок, а спустя несколько секунд появилось темное облако. Оно растянулось на лист и стало плоским. Затем появились небольшие выступы с рунами.

— Ты отказался сразу выдвигаться к Сатопу из-за этого? — спросил Гурт.

Пока остальные наблюдали за тем, как один из воинов в дорогой броне отрубал голову предателю, Мак принялся объяснять Гурту то, что происходило.

— Лист металла имитирует поле сражения. Эти отметки — это мои следящие артефакты. Это, — указал парень на цветные отметки с другой стороны листа. — Противник. Вот его войска, видишь рябь из мелких точек? Это отметки о живых солдатах. Цвет значит, что на них наложено защитное заклинание.

— Ты сам все это придумал? И почему твои артефакты работают?

— На счет придумал — и да, и нет. Сама концепция — моя, но следящие артефакты и принцип отображения я видел в описании охранных систем родовых хранилищ, — признался Мак. — Но там довольно дорогие ингредиенты используются, а тут… Как обычно. Пародия на артефакторику, «кустарного производства». А вот на счет почему работают — тут надо быть достаточно опытным артефактором, чтобы обойти заблокированную магическую связь. По сути — мои артефакты — это маяки, подающие сигнал, где сообщают, что видят. Они делают это для всех, но вряд ли саторцы сообразят, что это за импульсы силы. А лист просто считывает информацию с поля боя.

Слово «Производство» Мак произнес по русски.

— Извосво? — нахмурился десятник, пытаясь повторить русское слово.

— Не обращай внимания, — отмахнулся Мак и указал на быстро выдвинувшиеся вперед несколько знаков темной армии. — Смысл в том, что никакой связи нет. Мой артефакт вдали от их блокировок может считывать сигналы с артефактов. Вот только, когда начнется бой с применением магии — артефакт ослепнет… Погоди. Вот этого я ожидал.

— Что это значит? — подошел к артефакту хмурый Вар.

— Это значит, что Мать не исчезла, и ее конструкт не развалился сразу, — вздохнул Мак. — И, к счастью для нас, она не повернула назад, начав охоту за моей головой. Несмотря на то, что ее детей убил имперец. Это действительно удача. Саторцы сделали все, чтобы Мать бросилась на нас.

— Она не воевать с ними бросилась, — покачал головой Гурт. — Она к детям своими кинулась.

— Скорее всего, ты прав, — кивнул парень и указал на строй саторцев. — Но планы нам это все же подгадило. Сейчас она с большей частью сил рванула на противника, просто заваливая их трупами. А они будут удерживать строй, стараясь перемолоть как можно больше мертвых. Наши големы просто не успеют подойти быстрее. Тем более, скоро они ударят магией.

— И что делать? — Жак тоже оставил иллюзию и подошел с Биллом к остальным.

— Ничего, — развел руками Мак. — Все, что нам остается — торопить големов и надеяться на опыт мертвого рыцаря.

— А если магией? — начал было Гурт.

— Магией? — вздохнул полной грудью Мак и после пары секунд раздумий ответил. — Нет. Тут магией я ничего не сделаю. Если только призраков призвать. Но они просто прорвут строй, в лучшем случае ненадолго наведут панику в строю противника. Не забывайте, что по ту сторону тоже есть маги, и я готов поставить глаз, что среди них найдутся маги поопытнее меня.

— Они накроют магией наших мертвецов, — подал голос Вар, разглядывая поле боя.