Целитель: безусловное проклятье (СИ) - Гром Александра - Страница 18

После того, как на крепость была опробована стена рядом с входной дверью, настал черёд дивана в гостиной, только после него любовники добрались до кровати в хозяйской спальне на втором этаже. Путь до неё был устлан одеждой Сибил, Адриан же расстался со своей только возле постели.

Сибил приподнялась на локтях и устроила подбородок на груди мужчины, внимательно всматриваясь в его лицо. Он почувствовал её взгляд и открыл глаза.

— Что? — такой пристальный интерес его веселил.

— Пытаюсь понять, что ты обо мне думаешь? — Сибил тоже улыбнулась.

— Я думаю, — Адриан отвёл назад несколько прядей, выбившихся из её причёски, — что ты очень красивая и страстная.

— О! — женщина рассмеялась. — А как же «раскрепощённая» или «свободных нравов»?

— Мне кажется, ты была верна мужу.

— А после его смерти пустилась во все тяжкие? — Сибил прикусила губу, Адриан мягким нажатием пальца заставил отпустить без того припухшую плоть. Он ненадолго задумался над ответом.

— Знаешь, в академии почти все мои сокурсницы считали меня девственником, потому что я не заводил романы. Ни одна из них не тронула моего сердца, и мне казалось неправильным играть с их чувствами ради удовлетворения собственных потребностей. Для этого есть профессионалки. Мне кажется, у тебя похожий случай.

— Эй! На Од нет борделей! — рассмеялась Сибил.

— Да, — Адриан улыбнулся и продолжил перебирать её волосы, но улыбка до глаз не дошла. — Зато вокруг знакомые и друзья твоего покойного мужа.

— Значит, — она немного отстранилась, подперев подбородок ладонями, — я три года хранила ему верность.

— А это не так? — Адриан посмотрел ей прямо в глаза, и Сибил потупила взор.

— Так, — выдохнула она. — В Хамнете никто не пришёлся мне по душе кроме Лота, а ты…

— А я для тебя, как несравненная Манон для меня, — довольно путано закончил он за Сибил, и она как-то сразу поняла, о ком идёт речь.

— О! Так ты тоже будешь требовать деньги за свои услуги! — в притворном возмущении Сибил округлила глаза.

Адриан откинул голову и захохотал.

— Неужели я был настолько плох, что недостоин награды? — спросил он, отсмеявшись.

— Напрашиваешься на комплимент?

— Да! Хотелось бы услышать что-то посущественнее, чем «очаровательный» и «милый»!

— Ладно! Я в восторге! И даже согласна накормить тебя ужином.

— Вот и мой первый гонорар в новом качестве!

ГЛАВА 9

Следующие две недели пролетели, как один миг. Ничто не омрачало существование Адриана. Роман с Сибил протекал бурно, но чувство пресыщения пока не наступало. Немногочисленные знакомые при встрече не смотрели на него косо или с понимающими улыбками, из чего молодой человек сделал вывод: о его отношениях с красавицей-вдовой горожанам не известно. Даже Михель ни разу не одарила его своим фирменным взглядом и продолжала приносить сладости к чаю. Их совместные обеды тоже не стали реже. Одним словом, ничто не предвещало беды.

Погода с утра выдалась на редкость хорошей для осени, а для Хамнета она и вовсе была расчудесной. Адриан вышел из дома пораньше, чтобы насладиться таким замечательным утром. В кабинете его ждал сюрприз. Точнее, их было два, но о втором он пока не догадывался. Первый же состоял в том, что помощница его опередила и уже хлопотала над чаем. Упоительный аромат напитка наполнял приёмную.

Из-за неплотно прикрытой двери в лабораторию донеслось бодрое приветствие Михель:

— Доброе утро, Адриан!

— И вам того же, — откликнулся целитель и направился к двери в свой кабинет. — Чай уже готов? — спросил он, взявшись за ручку.

— Ещё две минуты! — пообещала девушка. — Вы как раз успеете снять пальто.

— Вот и отлично! — пробормотал он.

Белый лист, лежавший на столе, выделялся на фоне тёмного дерева, но молодой человек, погружённый в свои мысли, заметил его не сразу. Когда же он его всё-таки заметил, то удивился собственной рассеянности, а когда ознакомился с первыми строчками, почувствовал, как земля уходит из-под ног. Внимательнее вчитавшись в текст, Адриан немного успокоился, однако до безмятежности ему было еще очень далеко.

— Что это? — спросил он у Михель, вошедшей в комнату с подносом в руках.

— Заявление на отпуск, — спокойно ответила она. Поставив ношу на стол, девушка направилась к окну, чтобы раздвинуть шторы и открыть его.

— Я вижу, но… — Адриан замолчал и замер с поднятой рукой, в которой держал злосчастную бумажку.

Когда Михель обернулась, на её лице он увидел искреннее удивление. Девушка тоже обратила внимание на гримасу начальника, она её изрядно позабавила.

— В чём дело? У нас на Од работники тоже имеют право на отпуск, — пошутила Михель.

— Я понимаю, — Адриан опустил руку, уже начавшую потихоньку затекать, — но это так неожиданно!

— Неожиданно для вас, — поправила его помощница. — А для меня очень даже ожидаемо. Честно сказать, я не думала, что вы так отреагируете, поэтому уже договорилась с родителями о своём приезде.

— Очень мило, — молодой человек вразрез со словами нахмурил брови и скривил рот.

— Ну, что вы! — Михель всплеснула руками и в одно мгновение оказалась рядом, положив свои ладони на предплечья начальника. — Вы справитесь без меня! Я в вас верю!

— О! Раз уж вы в меня верите, то всё точно будет прекрасно, и я переживу ваше отсутствие без потерь! — проворчал Адриан, чем вызвал смех девушки. Она как раз подошла к столу и принялась разливать по чашкам чай, но из-за приступа веселья её руки едва заметно дрожали.

— Ну, не хмурьтесь, — уговаривала Михель, не отвлекаясь от дела. — Я сегодня принесла нечто особенное — печенье с творогом. Вам понравится!

— Не сомневаюсь, — Адриан уселся на своё место и поставил на листке размашистую подпись, пока не передумал.

— Вот и чудесно! — пропела девушка.

Он вскинул голову, желая удостовериться в том, что перед ним действительно Михель, а не какая-нибудь лесная фея: мелодичные переливы в тихом голосе помощницы стали для него неожиданностью. Но нет, перед ним по-прежнему стояла Михель. И вроде бы всё было как обычно: бледно-фиолетовая юбка и жилет, светлая рубашка, волосы, небрежно заколотые на затылке, — но что-то не давало ему покоя.

«Улыбка!» — сообразил он, наконец. Тот-Самый-Взгляд у Михель он видел несколько раз, а вот Ту-Самую-Улыбку, только однажды — в день их знакомства. Адриан предположил: раз девушке известно об одной своей особенности, то и о другой она знает.

— Вы прямо-таки светитесь от счастья, — сделал он тонкий намёк, но Михель то ли его не поняла, то ли не обратила внимания. Вместо того чтобы перестать смущать своего бедного начальника, она выпрямилась, поставила чайник на поднос и приняла характерную позу официанта.

— Сейчас вы тоже будете светиться от счастья! — пообещала она, после чего эффектным жестом сдёрнула салфетку с вазы, в которой лежало печенье, источая запахи жареного миндаля, ванили и творога. — Угощение подано!

Подходила к концу вторая неделя отпуска помощницы. Адриан с уверенностью мог сказать, что теперь проживал каждый день, как говориться, от звонка до звонка. Ему до сих пор импонировала мысль о том, что незаменимых людей нет, но окончательно уверился и в другой истине: каждый человек должен заниматься своим делом. Адриан на собственном опыте понял, за что Михель получает деньги, и пообещал себе: до тех пор, пока он будет её начальником, помощнице не придётся намекать на премии и мысленно сетовать на его несносное поведение.

Молодой человек в очередной раз порадовался особенностям характера местных жителей, поскольку пациентам порой приходилось терпеливо дожидаться, пока он сообразит, где искать тот или иной документ или какую-нибудь важную вещь. Логика в системе организации Михель присутствовала однозначно, и Адриан даже вник в её тонкости… как раз к концу отпуска помощницы!

— Ты сегодня выглядишь таким довольным, — лениво заметила Сибил.