Игра Мелины Мерод. Дилогия (СИ) - Гром Александра - Страница 18

— Всё таки расчётливая стерва! — произносит он с немалым удовлетворением.

Да, встречаются люди, обладающие прекрасным для них самих качеством, — слышать и видеть лишь то, что подтверждает их собственные взгляды.

— А вы ожидали найти трепетную лань в мужском клубе? — с трудом подавляю желание рассмеяться над самодовольством и глупостью этого господина. — Мой вам совет: за такими экземплярами отправляйтесь на балы дебютанток. Изредка там встречаются барышни подобного склада характера. Хотя в большинстве случаев их маменьки обладают на диво крепкой хваткой!

— Вы знаете, о чём говорите, — вынужден признать мужчина.

Я повожу плечом. Полагаю, оскорбления на этом прекратятся, но нет! Он решает зайти с другой стороны:

— И откуда только у Аманди деньги на вас?

Как не умно! Ах, как же не умно с его стороны!

— А это вы у него спросите, — мой голос — сладчайший мёд, потому что…

— Что у меня должен спросить господин Овро?

Я не даю возможности неприятному господину ответить на вопрос Рена, вернувшегося так вовремя:

— Ему интересно, откуда у тебя деньги на моё содержание.

Лицо сокурсника превращается в маску. Вот уж не думала, что когда-нибудь увижу такое зрелище.

— Наша беседа с господином Овро в твоё отсутствие была весьма занимательной, — делаю тонкий намёк. Единый, пусть Рен истолкует его верно!

Молодой человек мрачнеет ещё сильнее. Я прямо-таки вижу, как в его голове идёт усиленная работа мысли.

— Наверное, идея привести себя сюда была не столь блестящий, как казалось в начале, — медленно озвучивает он результат своих раздумий. Какой же он сообразительный! — Думаю, нам стоит уйти.

— Если желаешь, мы останемся. Не хочу, чтобы из-за моих капризов ты испортил себе вечер, — улыбаюсь настолько мило, что на щеках появляются ямочки. Если бы не маска, все бы заметили, насколько эта улыбка фальшива.

Рен решительно ставит на поднос проходящего мимо официанта бокал, который, видимо, принёс для меня. О, а пару минут назад их в зале не было!

Я кладу руку на предложенный локоть.

— Аманди, я хочу принести свои извинения, — напоминает о своём присутствии знакомый Рена.

— Не утруждайтесь, господин Овро, — отрезает мой спутник, и мы с ним обходим замершего истуканом мужчину, чтобы двинуться на выход из зала.

— Как я понимаю, ты увидела всё, что хотела? — тихонько спрашивает Рен, когда мы спускаемся по лестнице.

— Да.

— Извини, не стоило оставлять тебя наедине с ним.

— Не бери в голову. Это было даже забавно! Кроме того, его слова всё равно оказались не столь оскорбительными, как взгляды некоторых других твоих знакомых.

Молодой человек шумно выдыхает.

— Успокойся, — поглаживаю его по предплечью. По-моему, этот жест получается уже на автомате. — Я примерно представляла, на что иду, и чего стоит ожидать.

— Главное, эти жертвы были не напрасны.

— Точно! — поддерживаю положительный настрой своего спутника. — Тебе завтра к какой паре?

— Понятия не имею. Твоё расписание, кстати, вечером тоже исчезло.

— Хорошо. Значит, заедешь за мной в половине восьмого, и мы отправимся к твоему дяде, но прежде тебе предстоит ещё кое-что сделать.

— Вернуть коробку на место? — голос Рена звучит уверенно, и это не может не радовать.

— Именно, — легко склоняю голову. — Если у тебя нет с собой перчаток, я тебе одолжу.

— А «Ключ» ты мне тоже одолжишь?

— Конечно, я тебе доверяю.

ГЛАВА 9

— Мелина, ты волнуешься? — Рен в третий раз за последние пять минут поправляет узел шейного платка.

— Нет. Я совершенно спокойна.

Возможно, такой ответ моего спутника разочарует, но маменька учила: врать нехорошо. Папенька её в этом поддерживал. Другое дело, что я могла бы высказаться мягче и выразить Рену поддержку. Только для этого я слишком сосредоточена на предстоящей встрече.

— Ты уже придумала, как объяснишь свою осведомлённость ходом расследования?

Видно, сокурсник нашёл новый повод для волнений. И в этом вопросе я ни чем не могу его порадовать.

— Придумывать ничего не стоит. Скажу, как есть.

Молодой человек в четвёртый раз хватается за платок.

— Рен, оставь ты его в покое! Ничего тебе дядя не сделает. А если моя версия подтвердится, то и вовсе похвалит!

После этих слов Рен действительно замирает. Надо думать, успокоился.

— Если?! — его удивлению нет предела. — Мелина, я не ослышался? Ты сказала «если»?

Отвожу взгляд.

— Самоуверенность и уверенность разные понятия. Все мои заключения построены по большому счёту на информации, которую я почерпнула в архиве. А она нуждается в подтверждении.

— Хм… об этом я как-то не подумал.

Теперь Рен разочарован.

— В свою защиту могу сказать одно: полученные сведения удачно складываются лишь в одну версию. Если, конечно, не принимать в расчёт самые невероятные варианты.

— Ты меня успокоила.

В словах молодого человека и в самом деле звучит облегчение.

— Наконец-то! — фыркаю в ответ и отворачиваюсь к окну. Здания за ним подсказывают, что мы уже проехали половину пути до Главного Управления.

— Рен?! — восклицает сухонькая старушка, сидящая за столом в приёмной господина Эсти.

— Доброе утро, госпожа Сирейн, — мой помощник сдержанно приветствует секретаря. — Дядя на месте?

— Да, но к нему только что зашёл посетитель. — Дама бросает на нас с Реном выразительный взгляд. — Очень важная персона. Поэтому вам придётся подождать, пока он освободится.

— Конечно, мы подождём! — молодой человек поворачивается ко мне. — Мелина, ты же не возражаешь?

— Ничуть, — мой ответ адресован Рену, но смотрю я на госпожу Сирейн. Смотрю и улыбаюсь самой кроткой и милой улыбкой.

— Чудесное дитя! — сердце секретаря даёт слабину. — Рен, не упусти такую девушку!

— Ну что вы! — громко отзывается сокурсник, а после чуть тише добавляет: — Такую можно отпустить лишь в том случае, если она того захочет.

Госпожа Сирейн не слышит последнюю фразу Рена, потому благодушно предлагает:

— Вы присаживайтесь! Разговор у твоего дяди будет долгим.

Пожилая дама печально глядит на запертую дверь в кабинет начальника. То, как она при этом поджимает губы, наталкивает меня на мысль, что разговор у господина Эсти не из приятных.

Думаю, никто из присутствующих в помещении не успевает толком погрузиться в собственные мысли, как тишину кабинета разрывает нежная трель голофона. Мы с Реном как по команде тянемся к своим карманам, но напрасно. Вызов приходит на аппарат госпожи Сирейн.

— Извините! — она с неожиданной для своих лет прытью подхватывается с места и покидает приёмную.

Порыв ветра, проникший в помещение с уходом секретаря, ищет себе дальнейший путь и находит его, приоткрывая дверь в кабинет господина Эсти.

Первые же фразы дают понять, что мужчины за стеной только-только закончили приветствия, и дядя Рена пытается выведать у важного посетителя цель визита.

— Господин ла Лэкре (прим. автора: «ла» обозначает представителя аристократии третьего ранга), чем обязан? Ваш приход — полнейшая неожиданность, если не сказать больше.

— Эсти, давайте отложим в сторону реверансы и расшаркивания, так мы сэкономим время друг друга, — глубоким, хорошо поставленным голосом предлагает неизвестный господин, находящийся в кабинете.

Неизвестный он, потому что его имя мне ни о чём не говорит. На моей памяти оно ни разу не мелькало в светской хронике. Меж тем титул очень высокий. Про обладателей таковых постоянно пишут в газетах, если не правду, то увлекательный вымысел!

Пока господин Эсти приходит в себя после слов визитёра, я успеваю эти самые слова оценить. Мне импонируют люди, с уважением относящиеся к своему и чужому времени.

Предвкушаю увлекательный диалог!

— Как вам будет угодно, — хозяин кабинета наконец-то находится с ответом. — Итак, я вас внимательно слушаю.

— Ко мне вчера обратился мой давний друг. Господин ли Жани (прим. автора: «ли» обозначает представителя аристократии второго ранга) с тревогой наблюдает за ситуацией, которая складывается в Академии Правосудия стараниями ваших подчинённый. Он выразил обеспокоенность тем, что его вотчину может постигнуть подобная участь. А это было бы весьма нежелательно. До выпускных экзаменов остаётся чуть больше месяца, и корпуса боевых магов по всей стране с нетерпением ждут пополнения.