Игра Мелины Мерод. Дилогия (СИ) - Гром Александра - Страница 20

— По-моему… — начинает господин Эсти, но первый посетитель вновь перебивает его:

— По-моему, вам следует выслушать госпожу Мерод до конца.

Хозяин кабинеты досадливо морщится, но молчит.

— Благодарю, — киваю господину ла Лэкре. — В среду Рен рассказал мне про успехи ваших подчинённых. В четверг я посетила архив Академии и столичный архив. Информации, которая там хранится, достаточно для вполне жизнеспособной версии.

— Если учесть, что Рен не мог вам сообщить ничего стоящего, я уже поражён. Продолжайте!

Пусть в этих словах я отчётливо слышу насмешку, но некая заинтересованность тоже присутствует. Она и помогает мне уверенно продолжить:

— Вы зря считаете, будто Рен не сказал мне ничего интересного. Бутылка в квартире профессора — ключ к разгадке его убийства, но не буду забегать вперёд, изложу всё по порядку. — Трое мужчин почти синхронно кивают, выражая желание услышать продолжение. — В архиве Академии мне удалось выяснить, что многие студенты, у которых преподавал Астор Обели, получили известность или же устроились на службу в престижные учреждения. Рен поведал мне, какую роль в их успехе сыграл сам профессор.

— Да, — соглашается господин Эсти, — он привечал талантливых учеников и помогал им найти места, где бы они могли раскрыть свой потенциал в полной мере.

— Именно так. В документах из этого же архива я встретила имя Андре Робе. Вы правы, он был его другом со студенческих лет и в последствие спонсировал некоторые исследования. Личность этого человека меня заинтересовала. К сожалению, в архиве Академии о господине Робе многого узнать не удалось, но в городском архиве нашла более подробные данные о нём.

— Конкретнее, — просит хозяин кабинета.

— Я выяснила его происхождение — он внебрачный сын аристократа, но в наследство от отца получил лишь весьма умеренные магические способности. Школу закончил вполне успешно, но в университет поступил лишь благодаря социальной программе. Продержаться там до окончания обучения ему в основном помогли связи и знакомства, которые он успешно устанавливал и заводил. Цель жизни господина Робе — доказать всем, что даже самый обычный человек способен достигнуть всего, чего только пожелает, если с умом станет использовать собственные таланты и наклонности, а также приложит значительные усилия.

— Простите, но это вам откуда известно? — задаёт вопрос мой сосед справа.

Понимаю, сведения очень личные, но…

— Больше года назад Андре Робе захотел занять пост мэра города Луки, что в провинции Арбейн. В связи с этим он представил на суд широкой общественности положенные в этом случае материалы, среди которых были: его подробная биография, предвыборная программа и несколько агитационных листовок. Из последних я и почерпнула информацию о взглядах и ценностях этого человека. Вчера вечером мы с Реном посетили клуб, где встретили моего подозреваемого и имели возможность понаблюдать за этим господином в естественной, так сказать, обстановке. Вынуждена согласиться, Андре Робе во многом был честен с избирателями. Конечно, о некоторых чертах своего характера он умолчал, поскольку рейтинга они бы ему не прибавили.

— Так вот зачем тебе понадобилось приглашение в «Высоту»! — восклицает дядюшка Рена, будто раскрытие этой загадки для него важнее расследования. — А я-то голову ломал!

Мой помощник предпочитает отмалчиваться.

— Всё исключительно для пользы дела, — улыбаюсь господину Эсти, отвлекая его внимание от родственника. — Мне продолжить?

— Конечно, — отвечает вместо хозяина кабинета господин ла Лэкре.

— Собственно желание господина Робе занять пост и стало причиной целой череды событий, приведших в итоге к трагической развязке. Вам должно быть известен тот факт, что в провинции Арбейн большое влияние имеет семья Ильри.

Фернан Ильри некогда был учеником профессора Обели. Я полагаю, господин Робе попросил друга о знакомстве с этим молодым человеком, чтобы через него выйти на главу семейства и заручиться поддержкой.

— Фернан Ильри пошёл по стопам своего отца и подался в политику.

Я киваю на замечание титулованного гостя:

— Именно. К успеху этого молодого человека профессор Обели не имел никакого отношения. Потому и отказал другу в его просьбе.

— Ну, допустим, это с натяжкой можно принять за мотив, — без особого энтузиазма соглашается господин Эсти. — Остаётся один вопрос. Как он совершил преступление?

— О, тут тоже всё довольно просто! — уверяю я. — Сразу после окончания университета дела у Андре Робе пошли в гору. Успех его буквально преследовал. Он заработал внушительное состояние. В конце концов, смог позволить себе жить на широкую ногу и обзавестись делом, приносившим не столько доход, сколько… не знаю, радость или удовлетворение, назовите, как хотите!

— Конкретнее, пожалуйста, — в очередной раз просит родственник Рена.

— Он купил виноградники в предместьях Луки.

— Виноградники?! — произносит Рен на пару со своим дядюшкой.

— Да. Напомню, Андре Робе финансировал исследования друга. Среди них было и изучение такого редкого яда как Тихая Смерть. Думаю, профессор поделился с господином Робе своими наработками. Они всё же учились вместе, и эти материалы должны были его заинтересовать. Я не буду терзать вас терминами, поскольку сама боюсь в них запутаться, поэтому объясню просто: Тихую Смерть получают путём переработки кожных выделений одной редкой лягушки, ареал которой — болота в Озёрном крае Ланхота.

— Вы нашли сведения о том, что Робе в последнее время выезжал за пределы Дийона?

Только сейчас замечаю, что господин Эсти уже не просто слушает мой рассказ, а делает какие-то заметки, на листе бумаги, так удачно оказавшемся у него под рукой.

— Нет, но два месяца назад в Арбейн прибыла выставка экзотических тварей. Я проверила, среди экспонатов наша опасная лягушка присутствовала.

— По вашей версии Робе отравил профессора собственным вином, приправленным ядом, — хозяин кабинета делает вполне логичное заключение из моих слов.

— Именно. Магический след на бутылке остался после применения заклинания восстановления. Много сил для устранения отверстия в пробке, оставшегося после того, как через неё шприцом впрыснули яд, не требуется.

— Допустим, мы сличим отпечатки магической ауры Робе со следом на бутылке, но самого яда мы обнаружить не сможем, — господин Эсти, отворачивается и трёт переносицу.

— Сможете. Уговорите отца профессора Обели отложить похороны всего на двенадцать часов, или же получите разрешение на эксгумацию.

Молчание собеседников меня воодушевляет:

— Я читала заметки про Тихую Смерть — не такая уж она и невидимая. Если показать медику труп спустя шесть дней после отравления, он этот яд идентифицирует после простого осмотра кожных покровов.

— По завещанию профессора кремируют, — господин пытается усмирить мой энтузиазм, но я лишь пожимаю плечами:

— Выходит, остаётся только вариант с его отцом.

— Что-нибудь ещё можете предложить?

— Экспертизу бутылки.

— Это само собой.

Господин Эсти выжидающе смотрит на меня, намекая: нужно что-нибудь ещё.

Я задумываюсь. Предложение у меня имеется, только делать его следует деликатно.

— Господин Эсти, я поняла, что обыск проводили не столь тщательно, как положено. Возможно, на некоторые вещи вообще не обратили внимания.

— Например?

— Например, зацепку могла бы дать переписка профессора Обели. Он человек занятой, и вряд ли мог позволить себе отвечать на все вызовы, приходящие на голофон. Логичнее предположить, что с ним связывались по средством писем. Что-что, а почта у нас работает как часы! Вдруг среди корреспонденции найдутся и послания от господина Робе.

— Писем в квартире не нашли. Куда только не заглядывали мои подчинённые — везде одни учебные программы и папки с проектами.

— Квартира Обели находится в Старом квартале. Там в домах есть потайные ходы, — вклинивается со своей идеей господин ла Лэкре.

— Считаете, он соорудил в тайном проходе стеллаж для корреспонденции? — недоверчивым тоном спрашивает господин Эсти.