Игра Мелины Мерод. Дилогия (СИ) - Гром Александра - Страница 29

В нюансах моей мимики Агни до сих пор так и не разобралась. Как и любой бесхитростный человек, она многое принимает за чистую монету. Если я улыбаюсь, значит, её шутка мне понравилась, и можно разговаривать о чём-нибудь другом.

— Какие у тебя планы на вечер? — девушка лёгким движением кисти отправляет мою чашу в раковину.

— Хочешь, чтобы я составила тебе компанию или это подготовка к тому, что на ужин мне сегодня рассчитывать не стоит?

— За ужин не переживай, но, вернувшись со службы, ты меня здесь не застанешь. Я встречаюсь с Жаком.

— Опять?!

— А почему нет? — Агни пожимает плечами. — Он милый. Замуж, конечно, он меня звать не собирается, да и я его в качестве будущего супруга не рассматриваю, но с ним интересно. Мы отлично проводим время вместе. Просто по-дружески.

— Это хорошо, — я вздыхаю с облегчением. Не хватало мне ещё дома выслушивать чужие переживания.

— Будет здорово, если ты к нам присоединишься, — продолжает девушка, будто не слышала моих слов, — но я понимаю: ты на работе устаёшь от общения, и тебе по вечерам тишины хочется, а я наоборот… Целый день одна в этих огромных квартирах… — она опять поводит плечами. — Мне общения не хватает.

— Мы с тобой такие разные…

— … но при этом замечательно уживаемся! — перебивает она весёлым голосом. — А сейчас тебе пора бежать!

Часы доказывают её правоту.

По дороге в Управление нужно успеть купить букет для госпожи Бежо — её невестка вчера родила внука. И было бы неплохо до начала рабочего дня поинтересоваться у Тьерри, как здоровье его деда — бедолага уже месяц не появляется на службе.

Ещё меня ждут два «увлекательных» дела из архива, подкинутых добрым наставником для ознакомления и подшивки с протоколами допросов по трём текущим. Игра «Мелина, угадай, где ложь» очень понравилась господину Калло.

Не стоит забывать и про бесконечное множество поручений, которыми без сомнений нагрузят меня коллеги…

Единый! Я шесть лет пыталась уверить себя в правильности собственного выбора, но ещё парочка таких дней, и я таки встану на тот путь, о котором меня в своё время предостерегал дядюшка Макрэ. И произойдёт это исключительно по причине скуки, тоски и безысходности!

Стоит мне оказаться на этаже и завести с Тьерри разговор о состоянии господина Саре, как на меня коршуном налетает господин Гильбе:

— Где вас носит?! Или вы собирались явиться в кабинет к Лори только после устного приглашения?

Гневная тирада вынуждает меня отвернуться от стойки, за которой сидит молодой человек.

— Доброе утро, господин Гильбе! — я выбираю самый приветливый и располагающий тон из своего арсенала, его этот тип не выносит больше всего! — Не понимаю причину вашего недовольства. До начала рабочего дня осталось целых пятнадцать минут, и я могу заниматься чем угодно, что сочту нужным, лишь бы это не противоречило уставу Управления. Кроме того, меня никто не предупреждал о том, что я могу понадобиться господину Лори, и я теряюсь в догадках о причинах вызова! Неужели мои обязанности расширили настолько, что в них теперь входит приготовление кофе для нашего начальника?

Лицо мужчины идёт красными пятнами, а кончики усов воинственно топорщатся, выражая крайнюю степень недовольства.

— Ещё одно слово, и вы всю жизнь будете заниматься исключительно приготовлением кофе! — рявкает он. Я же невозмутимо поднимаю брови.

— Не желаете всё же объясниться? — от меня так и веет ледяным спокойствием.

— Я лично распорядился, чтобы вас вызвали на службу раньше!

— Но меня никто не вызывал, поэтому претензии в мой адрес абсолютно беспочвенны. Спрашивайте с того, кто не выполнил поручение.

Губы мужчины начинают нервно дёргаться. Понимаю, насколько сильно ему хочется сказать мне какую-нибудь гадость, но после моих слов сделать этого он не может.

— С какой целью мне надлежало прибыть раньше?

— Собрание у Лори должно было начаться четверть часа назад, и на вашем присутствии настоял Калло!

— Вы называли секретарю моё имя или просто распорядились поставить следователей в известность о внеплановом собрании? Если второе, то боюсь, он всё сделал верно. Я стажёр, и моё присутствие на подобных мероприятиях возможно лишь по распоряжению начальства или наставника.

Невысказанное «… поэтому сам вы болван» повисает в воздухе. Для усиления эффекта я ещё и руками развожу с самым беспомощным видом и наичестнейшим выражением на лице.

Господин Гильбе разъярённым хищником бросается к кабинету секретарей. Что ж, удачи ему! Сегодня смена господина Милле. На него, как говорят в народе, где сядешь, там и слезешь, а если начать наглеть или проявлять неуважение…

Из-за только что захлопнувшейся двери раздаётся оглушительный треск. Тьерри бледнеет и вскакивает со своего места, я улыбаюсь, взглядом призывая его не волноваться.

— Пойду осчастливлю высокое начальство своим присутствием. До чего же любопытно, зачем я там нужна!

— Ну да, — кивает молодой человек, нет-нет да поглядывая в сторону злополучной двери, — вам же ещё два месяца до конца стажировки осталось.

Я улыбаюсь. Наша негласная договорённость с наставником — до сих пор секрет для всех. И, судя по всему, устной договорённостью и останется.

— Вот и я о том же! — отвечаю легкомысленно. — Удачного вам дежурства, господин Тьерри.

— И вам, госпожа Мерод! — откликается мой собеседник, но по тону ясно, мыслями он уже далеко.

Я не успеваю скрыться за углом, как слышу торопливые шаги и деликатный стук в дверь, за которым следует:

— Господин Милле, вызвать лекаря?

— Разрешите войти?

— Да! — отрывисто бросает господин Лори, постукивая карандашом по странице раскрытого ежедневника. — А вы не торопились с прибытием! Помниться я настоятельно рекомендовал вам являться на службу за час до начала рабочего дня, но вы этой рекомендацией пренебрегли, как я посмотрю.

Прежде чем давать объяснения раздражённому начальнику, я решаю продемонстрировать знание хороших манер. В конце концов как таковых объяснений он и требует, просто изливает своё негодование. К чему я давно уже привыкла.

— Приветствую вас господа, — мой взгляд падает на единственную среди присутствующих женщину, которая в этот момент раздражённо поджимает губы, — и дамы, — добавляю с улыбкой, заставляя госпожу Мартейн расслабиться.

Хозяин кабинета дожидается момента, когда я займу один из пустующих стульев, после чего обращается ко мне с вопросом:

— Не соблаговолите ли объяснить своё опоздание, госпожа Меород?

Пожимаю плечами, давая понять, что не собираюсь отказываться от объяснений:

— Охотно! — подтверждаю жест словами. — Дело в том, что возникло некоторое недоразумении, в результате которого мне попросту не сообщили о вашем желании видеть меня на этом совещании.

— Недоразумение? — переспрашивает господин Лори с таким видом, будто не слышал ничего глупее, но я это игнорирую.

— О подробностях вам поведает господин Гильбе, если вы пожелаете его выслушать.

— А где он сам, кстати? — начальник оборачивается, словно его подчинённый вздумал поиграть в прятки.

— Он в кабинете господине Милле. Как я поняла, у него возникли вопросы по поводу качества выполненного поручения, и он решил их задать в… не совсем подходящей форме.

На всех присутствующих в кабинете, за исключением самого хозяина, внезапно нападает непреодолимая тяга к изучению собственных рук, ручек, блокнотов или даже рисунка древесины массивной столешницы. И все они с разной степенью успеха пытаются скрыть недобрые усмешки.

Единственный, кто опечален известием, это господин Лори. Но данный факт удивления не вызывает: эти господа безусловно братья по разуму!

— Лекаря вызвали? — начальник проявляет заботу о самом преданном ему подчинённом.

— Когда я покидала пост дежурного, господин Саре занялся этим вопросом.

— Отлично! — мужчина удовлетворённо кивает и хлопает ладонями по столу. — Как некоторым из вас уже известно, этой ночью в Мильском музее ювелирных искусств произошло ограбление. По предварительным данным следы взлома, как магического так и немагического, отсутствуют, свидетели тоже.