Игра Мелины Мерод. Дилогия (СИ) - Гром Александра - Страница 47

— Значит, камень всё же был!

— Был и есть. Кроме того имеется шанс выйти на заказчика. Я уже направила запрос в наш архив.

— В архив? — удивляется господин Лори, но тут же возвращается к привычному для меня брюзжанию: — Ну, ладно, вам виднее. Ещё пара дней свободных действий в вашем запасе имеется. А с отчётом что?

— Спросите у своего секретаря, он был отправлен вам ещё утром.

— Хм… Хорошо, спрошу. Новый ждать утром?

— Нет, — отвечаю категорично.

— Нет, значит…

— Господин Лори, я делаю всё, что можно! — краем глаза смотрю на зелёное платье, и добавляю про себя: «А чуть позже начну делать то, что нельзя».

— Делайте-делайте, — заявляет он безразличным тоном, и это меня смущает. — Удивлены моему равнодушию? Так мне, госпожа Мерод, по большому счёту всё равно, чем закончится ваше расследование. Не найдёте камень — избавите меня от своего присутствия, найдёте — я опять же не проиграю, а себе вы головной боли этим добавите!

Подобрать достойный ответ я не успеваю, мой собеседник невежливо обрывает разговор.

Умеют же некоторые люди мотивировать и создавать настроение!

ГЛАВА 8

Как ни странно, такая деталь как мезонин действительно присутствует в архитектуре здания, где располагается ресторан. Она, мягко говоря, не совсем соответствует стилю мильских построек, поэтому её смело можно назвать достопримечательностью. Теперь название заведения не вызывает вопросов!

Приятные воспоминания о семейных ужинах в нашем доме накрывают тёплой волной, когда удаётся рассмотреть внутренне убранство «Мезонина». Всё вокруг, каждая мелочь и деталь, рождает ощущение уюта и тепла — просто-таки идеальное место для дружеских встреч.

Стоит назвать фамилию Альстейн, как меня провожают в один из кабинетов на втором этаже. Знакомый дядюшки отличается пунктуальностью — приятный сюрприз!

Дверь в комнату открывается бесшумно, давая возможность рассмотреть мужчину, что там находится до того, как он заметит меня. Впрочем, ничего интересного посмотреть не удаётся: объект наблюдения спокойно стоит возле окна, в его руках я вижу бокал вина.

Наконец, господин Альстейн понимает, что более не один в комнате. Он отвлекается от вида вечернего Миля и салютует мне бокалом:

— Извините, я приступил к аперитиву без вас — путешествие выдалось на редкость утомительным.

Полагаю, его утомило не само путешествие, а хлопоты, связанные с ним и вызванные неожиданностью моего послания. Однако в данный момент компания и обстановка не располагает к откровенности.

— Понимаю, — я снимаю перчатки, после чего служащий ресторана, взявший на себя роль сопровождающего, помогает мне избавиться от накидки. Куда он её относит, я не смотрю, за этим наблюдает мой визави.

— Благодарю, — господин Альстейн к человеку за моей спиной, — вы свободны.

Лакей почтительно кланяется и покидает нас, плотно притворив за собой дверь.

— Присаживайтесь, я заказал для нас фирменное блюдо от местного повара и ещё парочку по совету официанта, — мужчина решает показать себя радушным хозяином, — Как вы думаете, мы живем после сегодняшнего ужина?

Поскольку он всё ещё стоит возле окна и явно не собирается помочь мне усесться за стол я вынуждена делать это самостоятельно.

— Господин Калло советовал посетить это место. Так что есть большая вероятность удачного исхода вечера.

— Калло… да, наслышан-наслышан, — господин Альстейн наконец-то занимает место напротив и даже наполняет мой бокал. — Вам повезло попасть в надёжные руки.

— Возможно, моё везение скоро закончится, — я пока не спешу пробовать напиток, просто любуюсь игрой света, медленно поворачивая бокал.

Мужчина чуть склоняет голову.

— И об этом я наслышан. Правда, в общих чертах.

— Вы наблюдаете за мной? — я тщательно слежу за своим голосом, сдерживая вполне объяснимое возмущение.

— Ну, что вы! — восклицает он, но я слышу скорее иронию, нежели праведный гнев за клевету. — Как можно?! Так, присматриваю. И поверьте, лучше это буду делать я, чем кто-нибудь другой.

— Боюсь, если ваш интерес заметят, мне будет довольно трудно его объяснить, — вполне серьёзно отвечаю на чужое дурачество. Подумать только, я ведь перед самым выходом думала именно о подобной ситуации!

— О! Не берите в голову, — господин Альстейн машет рукой. — Я очень осторожен. Да и кто может меня осудить за заботу о любимой племяннице старого знакомого!

Эта игра начинает утомлять, но я никак не могу решить, то ли продолжить её, то ли перейти к серьёзному разговору. Наверное, стоит быть аккуратней, но как перейти к сути вопроса — ума не приложу!

Собеседник прекращает мои терзания.

— Госпожа Мерод, — говорит он с улыбкой, — скоро принесут заказ, а я не люблю говорить о делах во время еды.

— Почему же сразу о делах? — улыбаюсь в ответ, включив очарование. — Разве я упоминала о них в письме?

Господин Альстейн озадачен, но всё же качает головой в ответ.

— Вас заботит моя судьба, это даже приятно! Но и вы для меня не прохожий с улицы. Ведь не каждый из моих знакомых знал дядюшку Макрэ.

— К чему вы клоните? — спрашивает он напрямую после некоторой паузы, очевидно, самостоятельно обнаружить подводные течения в моих словах ему не удаётся.

— Что если вы меня тоже интересуете? — отвечаю вопросом на вопрос.

— В каком смысле?

Я смеюсь, заметив, как мужчина напрягся от моих слов.

— Напоминаю, удостоверение следователя мне ещё не выдали, поэтому в данный момент для меня важна не ваша благонадёжность, а, скажем так, личные качества. К примеру, проявляете ли вы интерес к политике? Следите ли за тем, что происходит в стране и мире?

— Я слежу за всем, что вызывает мой интерес, — заявляет господин Альстейн самым серьёзным тоном.

— А конкретно сейчас?

— Сейчас? — мужчина задумывается над ответом. Он сообразил, наконец, что мои странные вопросы и не менее странные ответы — всего лишь продолжение его собственной игры. Просто я определилась с ролью и ему следует включить мозг, если он желает мне помогать, как некогда обещал. — Что ж, есть одно столичное мероприятие, которое попало в поле моего зрения буквально на днях. До этого я не обращал на него внимания, но открылись некоторые обстоятельства, пробудившие моё любопытство.

Надо полагать, он намекает именно на выставку. А под обстоятельствами подразумевается исчезновение камня.

— О! Вы счастливый человек — вас занимают какие-то мероприятия, а вот у меня на уме одна работа! — сетую я удручённо и даже покачиваю головой.

Весь вид господина Альстейна показывает, он озадачен ещё сильнее, чем в тот момент, когда я отказалась говорить о делах. Скорее всего, мужчина рассчитывал вместо жалоб услышать что-то, связанное с Этель. Не услышав этого, он решает проявить определённую настойчивость:

— Неужели в вашей головке нет ни одной мысли, соответствующей скорее вашему возрасту, нежели характеру вашей службы?

— Как ни странно, есть! Совсем недавно мне рассказали про одно занятное украшение, сущая безделушка, но оно так запало мне в душу, что я задалась целью непременно найти автора!

— Вот видите! Ещё не всё потеряно! — восклицает господин Альстейн и второй раз за вечер салютует мне бокалом.

Уверена, его воодушевление не имеет ничего общего с радостью за меня.

— Если вам интересно послушать рассказ о моих странных предпочтениях в ювелирных украшениях, я с удовольствием поделюсь им.

— Даже не сомневайтесь в моём интересе!

— Хорошо, — я немного склоняю голову, в знак согласия. — Мне описали презабавное колье, — тут вспоминаются слова господина Росери, — его диаметр не более полутора пальцев, и представляет оно собой кожаный шнурок с гибкой сердцевиной, к которому подвешены поделочные камни. Должно быть милая безделица! Мастер, что создал её, пользовался большой популярностью одиннадцать лет назад. Его до сих пор вспоминают по всему континенту! Ходят слухи, будто он маг весьма приличного уровня и кроме всего прочего специализируется на пространственных перемещениях объектов. Понимаю, моё желание найти его выглядит весьма странно, но если взять в расчет тот факт, что его шедевр произвёл неизгладимое впечатление на работников нескольких музеев и владельцев коллекций украшений… — пожимаю плечами, оставив мысль недосказанной. — Все они и по сей день поражены талантом этого неизвестного!