Когда придёт весна + бонусы (СИ) - Серганова Татьяна - Страница 43

Одежда засверкала, пошёл пар, и она моментально высохла.

— Рядом с госпожой.

Киан сразу напрягся и подобрался.

— Как она?

— Плохо, — поджал губы старик и покачал головой.

— А мальчишки где?

— Их ещё утром забрал к себе господин Айрон.

Золотов кивнул.

Правильно братишка поступил, тем более, что живут они совсем рядом. Всего в паре часов езды. Унии, конечно, будет сложно, малышу Кайлу только-только исполнилось два месяца, но так действительно будет лучше.

— Проведи меня к ним.

Спальня Вейна и Нейми находилась на втором этаже в правом крыле их большого поместья. Киан никогда не был в этой части дома. Когда гостил у младшего брата, то предпочитал жить на первом этаже. Там ему была выделена специальная комната с прямым выходом в парк. Маг ненавидел замкнутые пространства и не мог спать без открытых окон, даже зимой. Уже лет пятнадцать.

Киану непривычно было видеть дом таким тихим. Обычно стоило мужчине только войти в дом, как на нём сразу же висли Мик и Риган, с требованием показать какое-нибудь чудо чудное. Но сейчас всё было по-другому. Словно сама смерть летала в этих коридорах, дожидаясь исхода, чтобы принять жертву в свои объятья.

У дверей, ведущих в хозяйские покои, он на мгновение замер, потом занёс руку для того, чтобы постучать и услышал глухой стон.

— Вейн, это Киан.

Дверь открылась почти сразу.

От обилия магических светильников здесь было светло как днём. А ещё пахло потом, кровью и смертью. Мужчина вздрогнул от своих мыслей и тряхнул головой.

— Киан, слава Богам, ты здесь.

Младший братец, которому было уже слегка за тридцать, как никогда бледный и взволнованный, встал с кровати, где корчилась от боли молодая черноволосая женщина.

— Спешил, как мог. Привет, Нейми, выглядишь кошмарно.

Волчица сверкнула глазами и оскалилась. Очередная судорога боли скрутила измученное тело, и она застонала, выгибаясь и цепляясь скрюченными пальцами в перину.

Вейн тут же бросился к ней, пытаясь хоть как-то облегчить боль, а к магу подошла повитуха и быстро зашептала на ухо.

— Господин Золотов, приветствую вас. Схватки длятся уже более двадцати часов. Плод крупный и лежит неправильно, повернуть не удалось. Госпожа потеряла много крови и, — женщина сглотнула, — я никогда такого не видела. Она оборачивается. Вы ведь понимаете, чем это грозит и матери, и ребёнку?

— Смертью, — тихо ответил Киан и снова взглянул на бледную невестку. — Причину выяснить удалось?

— Нет. Но… мне кажется, что это ребёнок её меняет.

Мужчина нахмурился, после чего сразу же направился к тазу с водой. Надо было вымыть руки. Повитуха двинулась следом.

— Госпожа требует вырезать дитя, но господин…

Она могла не продолжать, Золотов и так всё знал. Вейн скорее себе вены перегрызёт, чем позволит убить жену.

Боги, как же сильно ему сейчас не хватало матери. Миа Снежная уже столько младенцев приняла, что ей ничего не страшно.

— Я понял.

Стон перешёл в глухой рык. Зелёные глаза по-звериному хищно вспыхнули на измождённом лице, но Нейми вновь смогла удержаться от оборота. Истинная дочь своих предков.

Когда семь лет назад Вейн сообщил брату, что решился взять в жены (не луаной, а именно в жены) иссонскую волчицу, Киан лишь рассмеялся и посоветовал тому меньше пить и не болтать глупости. Маг отлично знал, что Кавус Вихрь, один из старейших двенадцати Лордов долины, никогда не отдаст свою единственную дочь неблагонадёжному и непримечательному Снежному.

А через две недели в дом Киана в столице постучал сам Лорд Вихрь с весьма щекотливой просьбой: найти его дочь. Девушку похитили из собственной спальни три дня назад. Его люди пытались выйти на след, но работал мастер и найти ничего не удалось. Вся надежда оставалась только на мага. Лишь Киан мог отследить, куда пропала его дочь, и «кто тот мерзавец, кто посмел покуситься на дочь иссонских гор». Поиски надо было провести максимально тихо и не привлекать лишнего внимания. Вихрь уже успел заключить с кем-то из богачей брачное соглашение и желал получить дочь обратно в целосности и сохранности.

Киан до последнего не верил, что Вейн способен на такую глупость. Даже когда магический след привёл его прямо к тайному убежищу брата.

Тот отпираться не стал, встретил брата на пороге, не давая пройти внутрь и лишь попросил отсрочку.

— Три дня, — сказал Вейн. — Три дня, и я сам верну Нейми в отчий дом и, если понадобится, сдамся властям.

— Ты с ума сошёл? — прорычал Киан, едва сдерживаясь, чтобы не придушить братца голыми руками.

— Три дня.

— Тебя убьют. Вихрь самолично перегрызёт тебе глотку. Ты хоть представляешь, как твой поступок скажется на родителях? А Айрон и Ноэль? О них ты подумал?

— Я лишь прошу о небольшой отсрочке, — упрямо ответил Вейн.

— Боги, какой же ты дурак. Совсем голову потерял? И из-за кого? Да она сама тебя убьёт, как только представится возможность.

Серые глаза опасно блеснули на лице, но молодой человек быстро взял себя в руки:

— Помоги мне, брат.

Киан громко выругался и запустил пальцы в волосы, пытаясь понять, как же быть дальше.

— Хорошо. У тебя есть три дня. Надеюсь, я не пожалею о своём решении, Вейн.

Ровно через три дня Нейми вернулась домой и наотрез отказалась сообщать где и с кем провела эту неделю.

Вихрь побушевал, покричал, требуя всё рассказать, но дочь была непреклонна, и Лорду только и оставалось, что готовиться к празднику. А строптивая волчица взяла и сбежала как раз накануне обряда, оставив родным записку, что нашла себе спутника по сердцу.

Киана снова срочно вызвали, обещая целое состояние за голову «того выродка, который посмел покуситься на дочь иссонских гор». Но когда на следующие сутки маг нашёл влюблённых, те уже успели пожениться в ближайшем храме Богини.

Ведь не испугалась тогда девятнадцатилетняя девушка пойти против воли родителя и всей долины. Кавус не простил измены, и от расправы влюблённых спасло лишь заступничество Севера, Ягуара и Сумрака. Не решился старый Лорд пойти сразу против троих, хотя попыток насолить не оставлял. Слишком гордый, даже спустя столько лет, он отказывался простить дочь, встретиться с ней и посмотреть на внуков.

Каково это начать жизнь заново? Оставить семью, родных и друзей? Бросить всё, что было дорого сердцу, ради одного единственного мужчины?

И вот теперь эта сильная, порывистая молодая женщина, которая восхищала всех своей выдержкой, медленно угасала у него на глазах.

— Нейми, мне надо тебя осмотреть.

Она кивнула. Чёрные волосы были влажными от пота, а сорочка промокла насквозь. Её наверняка уже меняли, но сейчас это было неважно.

— Киан, — прохрипела она, хватая его за руку. — Спаси ребёнка.

— Нейми, — прорычал Вейн, пытаясь перебить жену, но та смотрела лишь на Золотова.

— Спаси моего ребёнка. Чего бы это ни стоило, Киан. Пообещай мне.

— Я спасу вас обоих, — уверенно произнёс он и осторожно коснулся напряженного выступающего живота.

Надо было действовать осторожно, неспеша, прощупывать магические нити, стараясь не повредить узор и «смотреть» внутренним взором на малыша, пытаясь понять, что же с ним не так.

Боль, страх и ужас. Кроха совершенно ничего не понимал, но испытывал жуткий страх и отчаянье. Здесь внутри было так хорошо, а снаружи больно.

— Поперёк, — прохрипел Киан и подался еще дальше.

Все беременности невесток никто так и не смог ни разу определить пол ребёнка. Обычно сильные перевёртыши чувствуют это, но с избранницами Снежных всё было сложно. Мама говорила, что с ней было точно так же. Поэтому рождение малыша всегда было сюрпризом. Но сейчас Киан видел.

— Девочка…

Мама, наверное, будет счастлива. После четверых сыновей и трёх внуков, у неё, наконец, появится своя маленькая принцесса, которую можно будет наряжать и баловать. До этого она тренировалась на дочерях Криса, но они уже давно выросли. Алисии уже пятнадцать, Рамине скоро десять, а тут будет маленькое глазастое чудо.