Когда придёт весна + бонусы (СИ) - Серганова Татьяна - Страница 50

Райан отпустил мои руки и встал.

— Как защита? — спросил он у боевика.

— Рябит, сверкает и долго не выдержит. Снова было послание от того болотника. Он даёт нам последний шанс на выдачу Лики. Лист отказался. Магам вроде удалось понять, что произошло с тем малым, который обратился. Но они ничего не говорят. Опасаются.

— Что лазутчик перевёртышей узнает их тайну, — понимающе кивнула я, поднимаясь и убирая руки за спину. — А это они никак допустить не могут.

— Ты в порядке? — Дарен внимательно смотрел на меня.

— Нормально, — пожала плечами в ответ, пытаясь скрыть неуверенность и страх.

На улице было тихо, маги в полной боевой готовности собрались в круг и внимательно осматривались. Я сразу почувствовала искры в воздухе — защитная завеса рассыпалась и осталось совсем немного до прорыва.

— Вы вовремя, — произнёс Лист, стоило нам только появиться. — Ждать больше нельзя. Снежная, готова?

— Да.

— Ты становишься в центре и вызываешься Хейдов, затем смерч. Мы вокруг тебя будем сдерживать болотников столько, сколько будет возможно.

Они расступились передо мной, пропуская в центр. Я бросила взгляд в сторону Райана и вошла внутрь. Несколько глубоких вдохов для успокоения и я готова.

Взяв медальон в руки, сразу почувствовала, как беснуются внутри Хейды.

— Пора, ребята, — прошептала и сорвала замки.

А следом произошли несколько вещей одновременно: вверх с громким клёкотом взвились ледяные птицы; не выдержав, сразу лопнул защитный контур; с глухим рёвом на нас ринулись болотники; маги активировали защитные заклинания, а я начала создавать свой собственный ледяной смерч.

Огромная воздушная воронка серого цвета с яркими голубыми всполохами, которые молниями вспыхивали то тут, то там, расположилась прямо в центре когда-то мирной и спокойной деревни.

Это было настоящее буйство стихии и магии — ветер страшно завывал, затягивая и уничтожая постройки и болотников, которые рассыпались в прах, стоило голубым вспышкам коснуться их. В центре этой стихии стояли два десятка магов и хрупкая фигура девушки. Она подняла руки вверх и дрожала, покрываясь тонким слоем инея, который создавал на её теле невероятной красоты узоры. Пять ледяных птиц кружили вокруг них, еще больше увеличивая скорость вращения воронки и напитывая стихию сырой магией.

Сил почти не было, холод проникал сквозь одежду каждого, но сложнее всего было девушке. Она дрожала и едва стояла на ногах от усталости. А болотники всё наступали. Казалось, еще немного и девушка просто не выдержит. Именно тогда от толпы отделился мужчина. Прикрывая лицо рукой, он с трудом преодолел разделяющее их расстояние в пару метров и сразу положил на её плечи ладони, которые тут же вспыхнули красным светом.

Магия огненной пустыни причудливым образом смешалась с холодом сырой и заиграла новыми красками. Девушка вздрогнула, чувствуя, как вместе с живительным теплом возвращаются силы и стужа отступает.

Так они и стояли: ледяная девушка и обнимающий её мужчина, который из последних сил не давал ей замёрзнуть и уйти за грань мира.

Глава 3

Я не буду рассказывать снова о обжигающем холоде, я расскажу о тепле. О том жаре, что возник в самом сердце, мягко и медленно распространился по телу, не давая мне уйти за грань. Туда, где билась чистая, но такая ледяная сила. О солнечном тепле, у которого было имя, свой неповторимый вкус, запах, очертания и эмоции. О том солнечном свете, имя которому была любовь.

— Рай, — прошептала я беззвучно и потянулась к нему всем телом и существом.

— Тшш, тихо, — знакомый голос, от которого стало еще теплее на душе, я даже перестала замечать, как мне холодно, как боль иголками пронзает обмороженные руки и пальцы, как зубы стучат и горит кожа. — Тихо, Аля. Тебе пока нельзя разговаривать.

Губа треснула, и я почувствовала, как тоненькая струйка крови заползла в рот, наполняя его противным металлическим вкусом.

— Подожди, я вытру, — это снова он.

Я знаю этот голос, помню. Такие серьёзные, но такие родные тёмно-синие глаза. Можно подумать, что они чёрные, но я точно знаю, что они синие. Такие тёмные, как звёздное небо над головами. Чёрные волосы, намного короче, чем принято, но мне это только нравится. Нравится запускать в них пальцы и оттягивать голову назад, чтобы коснуться губами его губ. Нравится чувствовать, как короткие волоски на затылке покалывают на ладонях, щекоча их.

Рай… мой личный рай.

— Как она? — спрашивает кто-то другой и его я тоже знаю. Солнце, смех и тепло. Другое, но тоже родное и знакомое.

— Приходит в себя.

— Давайте я вас сменю. Куратор, вы едва на ногах стоите. Я смогу… а вы отдохнёте, хоть немного, — продолжал уговаривать и упрашивать голос.

— Нет, — бескомпромиссный ответ и во мне просыпается беспокойство и страх за него.

Упрямый. Погубит же себя. Но сделать я ничего не могу, вновь проваливаюсь в пустоту. Но сейчас точно знаю, что здесь я не одна, что всегда рядом будет тот, кому могу доверить свою жизнь и своё сердце.

Следующее пробуждение наступает стремительно и ещё болезненнее, чем предыдущее. Я заставляю себя открыть глаза, чтобы увидеть, как раскачиваются надо мной зелёные кроны деревьев. Меня куда-то несут на самодельных носилках. Попыталась приподнять руки и зашипела сквозь зубы от боли.

— Лика, — надо мной почти сразу возникло встревоженное лицо Дарена. — Ты меня слышишь?

Кивнула, пытаясь сфокусировать на нём взгляд. Но всё размывалось и было таким нечётким.

— Пить хочешь?

Покачала головой. Что-то не давало мне покоя, тревога не отпускала ни на секунду.

— Ра-ай… ан? — с трудом выдавила из себя.

Мне уже было всё равно, что думают остальные, что они знают о наших отношениях. Сейчас это не имело смысла. Я ведь знала, что это именно Обсидиан там был со мной. Именно он не дал мне уйти за грань, согревая своим теплом и магией.

Дарен нахмурился.

— На соседних носилках. Довёл себя до истощения. Говорил я ему, что так нельзя. Несколько часов провёл рядом с тобой, пытаясь отогреть… Зелье же почти не помогало, слишком глубоко ты погрузилась. Мы уже думали, что всё, — тихо признался боевик. — Но куратор не сдавался. Никогда такого не видел, — запнулся и серьёзно глянул на меня. — Он тебя любит.

Знаю и всегда знала.

— К-как… он?

— Спит. Лист дал ему отвар, который поможет восстановить силы. Представляешь, пока не убедился, что ты не уйдёшь за грань, отказывался уходить. А потом просто рухнул как подкошенный.

— Хейды?

— Кружат твои птички, — он вскинул голову, показывая на небо, но я почти ничего не видела. — Никого к тебе не подпускают только Обсидиана и меня, а еще охраняют. С трудом удалось уговорить их на носильщиков, а то как тебя нести было не понятно.

Я попыталась улыбнуться, но сил почти не было. Я устала. Как же сильно, я устала.

— П-полу… чилось?

— Да. Ты умница, Лика. Большая умница. Ты спасла всех нас. Вы спасли. Болотники рассыпались в прах, а тот главный сбежал. Ждать нам нельзя, поэтому почти сразу отправились в путь.

— Потери? — борясь с усталостью, простонала я.

Мне очень надо было это узнать.

— Пять, — ответил он и быстро добавил. — Но это намного лучше, чем могло быть. Мне надо дать тебе настойку, она поможет тебе согреться.

— Спас…сибо.

— Ты умница, Лика, — улыбнувшись, повторил он.

— А… руки?

Меня беспокоило, что я почти не чувствовала их, а то что испытывала, было крайне болезненным. Дарен отвёл взгляд, явно пытаясь что-то скрыть от меня.

— Всё будет хорошо. А теперь настойка.

Спорить с ним сил не было, поэтому я поспешно сделала пару глотков, которые обожгли горло, и вновь уснула.

Когда я открыла глаза в следующий раз, уже была ночь и звездное небо над нами. Маги остановились на ночлег, я услышала, как трещат дрова костра и пахнет едой. Я прислушалась к тихому гулу разговоров. Чувствовала, что маги рядом, отдыхают после тяжелого дня. Кто-то пошёл проверять защиту, другой разливал похлёбку в миски, походный половник методично стучал по котелку.