Бывшие, или У любви другие планы (СИ) - Серганова Татьяна - Страница 46

Корвил даже вышел из-за стола и сделал два шага в сторону двери и остановился только, услышав моё тихое:

— Я видела вас в гостинице четыре года назад.

— Что?!

Набрала в грудь побольше воздуха и произнесла чётко и ровно, чувствуя, как от боли вновь сжимается сердце:

— Четыре года назад я видела тебя и Жули в постели.

Как же было трудно заставить себя не отвести взгляд и смотреть в чёрные как ночь глаза. Смотреть и говорить.

— Так вот что он выбрал, — наконец, ответил Дерек. — Умно. Предательство так трудно простить. И для тебя, и для меня… Ты поверишь, если скажу, что тогда это был не я?

— Не знаю, — честно призналась ему.

— Но это действительно был не я. Селина, — голос стал хриплым, сорвался, когда Дерек преодолел разделяющее нас расстояние и осторожно коснулся рукой моего лица. Мимолётная ласка, которая не прошла незаметно для измученной души. — Я не изменял тебе. Бездна, да я тогда дождаться не мог, когда вернусь, обниму тебя, уложу на скрипучую кровать в той мансардной комнатке и сделаю своей. От начала и до конца. Зачем другие, когда у меня была ты?

С каждым произнесённым словом его голос становится всё тише и проникновеннее.

Великие, как же вкусно от него пахло. Едва уловимый аромат лабданума, муската, нотка жасмина и более яркие тона кедра.

— Ты хочешь сказать, это была иллюзия? — мой голос звучит сипло и Дерек это замечает.

Кожа на его ладони шершавая и мягкое поглаживание по щеке вызывает дрожь по телу.

— Меньше чем через час после того, как я ушёл от тебя, меня задержал патруль и посадил за решётку. Копия допроса есть, если хочешь покажу.

— Не хочу.

Нет, сил смотреть на это не было.

— Я не мог быть в той гостинице. Я не изменял тебе.

Не лжёт.

Великие, как же больно. Как невыносимо больно и горько.

— Они всё подстроили, — прошептала и закусила губу, пытаясь хоть как-то прийти в себя.

— Инициатором и идейным вдохновителем был мой дед. Ему нужен был наследник и он его получил.

— И Леонард был с ним заодно.

Дерек ничего не сказал, лишь кивнул едва заметно.

— Они уничтожили нас, сломали.

— Нет, — муж обхватывает моё лицо ладонями и заставляет смотреть прямо в глаза. — Ничего не кончено. Великие дали нам еще один шанс, Сэм. Мы женаты, мы вместе. И знаем правду. Всё ещё можно изменить.

Слёзы жгли глаза, когда я медленно покачала головой.

— Изменить ничего нельзя. Прошлое не вернуть.

— Можно. Всё можно, если захотеть.

От рыка Корвила сжалось сердце.

Подняв руку, нежно коснулась его лица, ощущая, как мягко покалывает щетина на коже.

— Я сгорела, Дерек.

— Что? — его пальцы, стирающие слёзы с моих щек, дрогнули.

Не понимает.

— Я сгорела. Едва не убила себя. Мне было так больно, что я призвала искру, чтобы уничтожить саму память о тебе, чтобы забыть.

— Сэм…

Слезы ручейками вновь сбежали по щекам, но я почти ничего не замечала. Лишь я и он. Чёрные глаза, в которых горит боль, эхо той, что душила меня.

— Ничего не осталось. Лишь пепел и боль.

— Это не так.

Руки опустились ниже и крепко схватили за плечи. Кажется, Дерек едва сдерживался, чтобы не встряхнуть меня и не заставить одуматься.

Если бы всё было так просто.

Надо отдать должное, Корвил довольно быстро пришёл в себя и ослабил болезненную хватку.

— Хорошо. Пусть так. Согласен. Былого не вернуть. Но ведь наше будущее зависит лишь от нас. Мои чувства никуда не делись, Сэм.

— Дерек, я не могу так быстро. Всего пару дней назад я собиралась замуж за Эйдана. Я люблю его, — сказала и запнулась, увидев, как потемнело лицо мужа. — Любила… Не знаю. Я уже запуталась. Всё произошло слишком быстро. Мне надо разобраться, подумать, осознать. Научиться жить с этой правдой. Я четыре года ненавидела тебя. Четыре года прокручивала в голове ту сцену в гостинице. А теперь выясняется, что всё увиденное ложь. Все лгали.

— Я не дам тебе закрыться. Не дам уйти и спрятаться от меня. Только не сейчас! Конечно, не даст, когда всё открылось.

— Просто дай мне время. Не дави. Это всё, о чём я прошу.

Я видела, как ему было трудно согласиться и принять мою просьбу. Но Дерек кивнул, прижался лбом к моему лбу и глухо произнёс с коротким смешком:

— Мне придётся перейти в другие покои.

Я не могла не улыбнуться в ответ — робко и нерешительно.

— Спасибо за понимание.

Но супруг отказывался так просто сдаваться.

— Неделя, Селина, — произнёс он выпрямляясь. — Я дам тебе неделю, а потом пойду в атаку. Сразу после бала в честь нашей свадьбы.

Неделя. Так много и так мало.

— Хорошо.

— Сэм…

Я видела, как Архольд начал наклоняться к моим губам. Сомнений в том, что он задумал, у меня не было. Сердце застучало, кровь загудела в ушах, оглушая и вспыхивая румянцем на щеках, но я быстро отвернулась и покачала головой.

— Мне надо идти.

— Хорошо, — Дерек отпустил меня и отступил назад. — У меня работы много, так что на ужин я не приду. Встретимся вечером, я принесу драгоценности.

— Да, я помню, — нащупав ручку, ответила ему. — Тогда до вечера.

— До вечера… Сэм?

Я уже почти вышла и замерла тревожно на него глядя:

— Что?

— Я рад, что мы поговорили и всё выяснили.

— Ия… рада.

Я вернулась к себе в покои. Со стороны всё выглядело как обычно, я шла по коридору, кивала слугам, которые раскланивались перед молодой герцогиней, стремясь завоевать расположение, и даже пару раз улыбнулась. Но если бы все они знали, какой пожар бушевал в груди.

Только закрыв замок на ключ, я смогла дать волю чувствам.

С тихим стоном опустилась на пол прямо под дверью на холодный каменный пол. Спрятала лицо в руках, раскачиваясь из стороны в сторону.

Как же это всё пережить? Как принять? Как осознать, что столько лет жила во лжи?

Правда. А нужна ли она мне? Хочу ли я снова окунуться в омут обжигающего пламени? Готова ли снова пройти через это? Или стоит вернуться в спокойную гавань с Эйданом?

С виконтом Санроу всё будет гораздо проще, легче и спокойнее. Ровно, гладко, не опасно.

А внутренний голос ехидно добавил: «Как есть пресную пищу после острых и разнообразных специй».

Но ведь жила как-то до этого.

«Жила или существовала?»

Великие, если бы я сама знала.

Неделя. Это много или мало?

Много… Когда длинными ночами не можешь уснуть, ворочаясь с одного бока на другой, а если всё-таки забываешься сном, то и там нет покоя от сладких воспоминаний и грешных прикосновений. Теперь я не могла прогнать их прочь, как раньше. Не могла заморозить своё сердце. Оно знало правду.

И каждое утро просыпаясь, я смотрела на букет, который не думал увядать, поражая яркими красками и нежным ароматом.

Мало… Когда встречаешься каждый день, смотришь на него и вспыхиваешь от восхищения, которое огнём горит в чёрном пламени взгляда.

Мне никуда не деться от него, негде спрятаться. Дерек находит меня или это вновь игра Великих?

Примерка многочисленных нарядов, последняя подготовка к предстоящему празднику и беседы со свекровью. Леди Энния как-то незаметно стала другом и советчиком. С ней было легко и даже молчание не казалось неловким.

Одетт всё ещё меня сторонилась и не показывалась на глаза, проводя почти всё время в своих покоях. Утром она завтракала раньше меня, вставая на рассвете, на обед в столовой не появлялась, а ужинала у себя.

— Она тебя примет, — говорила леди Энния, — Одетт хорошая девочка, но слишком импульсивная, и она так любит брата и боится, что ты вновь причинишь ему боль.

И встречи с Дереком… Незапланированные, неожиданные, которые накрывали с головой и сводили с ума. Любая из них была уникальна и неповторима.

Даже когда мужчина вечером принёс шкатулку с родовыми украшениями Архольдов и уговорил примерить сапфировый гарнитур. Когда застёгивал замок на ожерелье, ласково касаясь шеи. Этот контраст горячих пальцев и холода драгоценного металла вызывал дрожь.