Реальность 7.11 (СИ) - Дернова Ольга Игоревна - Страница 22

Тут произошло нечто странное. В последний момент один из утильщиков прянул в мою сторону. Я выбросил руки в надежде зацепить его, но ухватил только воздух. Странным же было то, что по всем законам физики я не мог промахнуться. Тем не менее, он ускользнул. Флаг был у него в объятиях — краем глаза я заметил знакомое сверкание. Зенон, Джон и второй утильщик сложились в кучу-малу, помощи ждать было не от кого, и я решительно бросился в погоню за улизнувшим врагом. За спиной раздавалось шумное сопение борющихся соперников. Оно же эхом отдавалось в наушниках. Фигура моего противника маячила впереди. Он мчался с неменьшим упорством, чем я. Это вызывало во мне бешенство. Хотелось догнать его и навалять люлей. Однако, как я ни напрягал все силы, расстояние между нами не сокращалось.

Это была славная гонка, но она чуть не привела меня на грань изнеможения. Сквозь нарастающий звон в ушах я слышал в эфире взволнованное бормотание Джона и Зенона. Похоже, они распознали свою ошибку. Ответить им я не мог, это означало бы потерю дыхания.

Внезапно прорезался Оодзи.

— Внимание всем! — заявил он. — Марик захватил вражеского танка, сейчас преследует второго. Так что я вижу все действия противника.

Ах да, браслеты, вспомнил я. Утильщики ведь пользуются картой, чтобы видеть друг друга…

— Мы тоже обезвредили одного из утильщиков, — сообщил Джон-газ. — Того, который с Кромой. Второй удрал вместе с флагом. Бор, похоже, его преследует, но почему-то не отвечает на позывные.

— Бор действительно его преследует, я это вижу, — прокомментировал Оодзи. — Если ты слышишь меня, Бор, отзовись немедленно.

— Слышу… — сквозь стиснутые зубы выдавил я.

— Отлично. Приготовься внимать. Судя по всему, тебе достался противник со Станомой. Пока она активна, его удача будет превосходить твою. Единственное, что ты можешь сделать, — это взять его измором… Когда произошло столкновение с утильщиками, Джон?

— Минут восемь назад, — откликнулся пожилой транзитник.

— Станома действует десять минут. Или, если это новая модификация, — пятнадцать.

Я от души пожелал, чтобы она не была новой.

— Две минуты, Бор, — продолжал Оодзи. — Тебе надо продержаться в этом темпе ещё две минуты. А потом ты его нагонишь.

Я выдавил нечто, что могло сойти за согласие.

— Мы заперли нашего пленного и идём к тебе, — вклинился Зенон. — Держись, Алекс!

— А что у Заши? — поинтересовался Джон-газ.

— С его стороны полная тишина. Карта показывает в том районе два неподвижных тела.

— Поубивали они там друг друга, что ли? — обескураженно проворчал Джон.

— После игры разберёмся, — жёстко сказал Оодзи. — На всякий случай, я отключил этот канал связи.

Дальше я перестал вслушиваться, потому что мой утильщик сменил тактику. Он покинул широкую магистраль и резко свернул в пространство между двумя домами. Похоже, сила его Станомы действительно шла на убыль: я начал медленно нагонять его. Приходилось туго, он бросался вправо и влево, как заправский заяц. А тут ещё моя кровожадность начала слабеть, и это явно сказалось на выработке адреналина. Я с запозданием припомнил, что Станома вызывает у окружающих прилив неосознанного раздражения. Я испытал это на себе, когда ничего так не жаждал, как поскорее нагнать соперника.

И всё-таки я продолжал мчаться. Я умильно говорил себе: «Не подведи, Бор!» и «Всё зависит от тебя», и некоторое время это действовало. Потом мои ощущения изменились, я почувствовал подошвами нечто пружинящее. Приличный кусок асфальта у меня под ногами подпрыгнул в воздух, и я полетел кверх тормашками. Немедленно что-то упало с неба и придавило мои конечности к земле. Ощущение такое, будто вас прихлопнули огромной мухобойкой. Наушники отлетели в сторону. Я сделал попытку перекатиться и схватить их, но правая нога оказалась в плену. Приподняв голову, я увидел обернувшийся вокруг неё валик из биоткани, с нескольких сторон заякоренный в уличное покрытие. Точнее говоря, биоткань росла прямо из него. Оставалось признать, что я на полном ходу, как круглый дурак, влетел в одну из местных ловушек.

— Чёрт! — выругался я. Дёрнул раз, другой, но биоткань держала крепко. Марик Открывашка, наверное, сумел бы разорвать этот капкан голыми руками. От себя я таких подвигов не ждал. По крайней мере, следовало дотянуться до наушников и доложить о моём плачевном положении. Они отлетели недалеко, и я слышал исходящий из них резкий голос стратега, бубнящий нечто неразборчивое. Приподнявшись на локтях, я подтянулся вперёд. Биоткань завибрировала, как тугая резинка, но я всё же выиграл несколько сантиметров. Как можно дальше выбросив над головой левую руку, я попытался схватить наушники. Тщетно. Ловушка тут же утянула меня назад. Пальцы проскребли по ровной поверхности псевдоасфальта. Гладенького, без пыли и мелкого щебня. Ладонь, соприкоснувшись с ним, осталась чистой.

В этот миг, успокаивая дыхание перед второй попыткой, я услыхал шаги. Они долетали со спины, оттуда, где покоилась моя нога, запелёнутая в валик. Идущий ступал осторожно, но уверенно. Судя по звукам, он был метрах в пятнадцати от меня, однако улица с этой стороны оставалась пустой. Напрасно я до рези в глазах всматривался во все объекты по очереди. Повторялось то же, что я испытал в пустующем здании, но на сей раз я был лишён всякой поддержки. Пот, струившийся у меня под одеждой, сделался на несколько градусов холоднее. А шаги тем временем приближались. Незримый враг направлялся ко мне, распростёртому посреди улицы и практически беспомощному. Шаги затихли над самым моим лицом. Я ждал, приготовившись к худшему. И всё-таки нападение невидимки стало для меня неожиданностью. Его удар пришёлся точно в солнечное сплетение. Я охнул и скорчился, прикрывая руками живот. Невидимые пальцы подцепили мой биобраслет и потянули его на себя. Странное и довольно неприятное ощущение. Но, по крайней мере, оно меня отрезвило. Удерживая биобраслет второй, свободной рукой, я выдавил:

— Оодзи не использует карты…

Хватка на секунду ослабла. Я воспользовался замешательством противника и наугад ухватился за воздух в том месте, где, по моим расчётам, находилась его нога. Бинго! Что было силы я дёрнул на себя и услышал вскрик невидимки и шум его падения.

— Так вот как выглядит Коома! — успел я сказать перед тем, как он лягнул меня в грудь. Я лишь хрипло засмеялся, продолжая цепляться за невидимку. Меня разбирал нервный смех, вызванный облегчением от правильной и всё объясняющей догадки: я напоролся на вражеского стратега, оснащённого способностью к мимикрии.

Чтобы игра закончилась победой, руки стратега должны коснуться флага. Так что в одном я мог быть уверенным: пока я удерживал его на месте, игра продолжалась. Каждая завоёванная мною минута увеличивала наши шансы на победу, потому что Оодзи наверняка уже разобрался в ситуации. Так что я старался изо всех сил. Поначалу это было даже легко. Я всего лишь цеплялся за его туловище, предоставив ловушке работать за меня. Как живой якорь, я мог удерживать невидимку, полагаясь только на силу и цепкость рук. Некоторое время мы, сцепившись, туда-сюда мотались по асфальту. Но вот он опомнился от падения, снова начал соображать, и на мою голову обрушился град серьёзных ударов.

— Вы действительно идиот, — в промежутках между смехом и побоями высказался я. — Вам не следовало приближаться…

В этот момент я почувствовал, что мой капкан жмёт уже не так сильно. Поскольку повреждения головы не лучшим образом влияют на умственные способности, я подумал, что мне почудилось. Но непрерывное копошение в районе голени продолжалось. Почуяв изменение боевой ситуации, невидимка замер. Я воспользовался этим, чтобы бросить взгляд на свою правую ногу. Биоткань над ней вспучилась и пёрла наверх, как дрожжевая опара. Её трансформация была такой удивительной, что застыл и я.

Сначала она была гладкой, как большой слизняк. Но под её обтекаемой гладью ощущалась непрерывная дрожь, выдающая усиливающееся напряжение. Продолжая вытягиваться, она нарастила себе рельефность и стала волнистой, а потом закрутилась против часовой стрелки. Она была уже ростом со взрослого человека. Потом с обеих её боков отделились два гибких змеящихся отростка. Их извивающиеся концы раздвоились раз, другой — и меня неожиданно замутило, когда я понял, что это похоже на пальцы. Одновременно тварь пыталась отрастить голову — если только этот круглый слепой шарик на верхнем её конце можно было назвать головой.