Реальность 7.11 (СИ) - Дернова Ольга Игоревна - Страница 31

— Товарища! — Чужак фыркнул. — Транзитника узнаешь по повадкам. Вижу, тут мне ловить нечего. Жалко, что ваш приятель, — тут он кивнул на меня, — не смог объяснить мне этого сразу.

Ловко у него это вышло! Я и опомниться не успел, как вся вина оказалась возложена на меня. Кровь буквально бросилась мне в лицо, и если бы не разделяющий нас стол, я бы точно бросился на обидчика с кулаками. Но пальцы Оодзи стальными клещами стиснули моё предплечье.

— Сядь, Бор, — одними губами скомандовал он. А вслух сказал до крайности любезно:

— Теперь, когда мы прояснили это недоразумение, не могли бы вы оставить нас в покое?

— Всенепременно, — ядовито отозвался незнакомец. — Приятного вечера вашей честной компании.

Я ждал от него какой-нибудь финальной пакости — и не обманулся в ожиданиях. Уже повернувшись, чтобы уйти, он на секунду замешкался.

— Кстати говоря, — проронил он, — слышали новость? Легионеры забирают всех огов, которых находят в городе. Так что совсем скоро вам придётся расстаться с вашим «товарищем». — Тут он фыркнул вторично. — Всего хорошего, транзитнички!

Оодзи продолжал стоять навытяжку, провожая его глазами, и уселся только тогда, когда чужак затерялся в толпе у стойки.

— Любопытно, — протянул он, постукивая пальцами по столешнице, — никогда прежде не видел здесь этого типа. А вот он, похоже, нас знает…

— Это правда? — спросил я, рукой проведя по вспотевшему лицу. — То, что он говорил про легионеров?

Стратег пожал плечами.

— Чистая правда, — подтвердил незнакомый мужской голос. — Фабрика требует возвращения огов… Вы не против, если я присяду за ваш стол?

Я снизу вверх взглянул на нового незваного визитёра. Увидел открытое молодое лицо, клок спутанных тёмных волос, спускавшихся на высокий лоб, и тёмно-синие, слегка прищуренные глаза. По глазам я его и признал. Точнее, я всё ещё проверял свою догадку, когда Оодзи спросил вполголоса: «А вы, собственно, кто такой?», и гость охотно представился:

— Меня зовут Эдвард Риомишвард. Я работаю в «Аримаспи» сборщиком слухов.

— Значит, вы уже больше не врач, — медленно, боясь ошибиться, сказал я. Он засмеялся.

— Никогда им и не был. Рад, что ты вспомнил меня, Алекс Бор.

— Тип, с которым вы беседовали, — делился своими познаниями Эдвард, — редко появляется на публике. Что не мешает ему быть частым гостем этого бара. В первый раз я принял его за вышибалу, но потом заметил, что они с Номом общаются на равных. Думаю, он какая-то шишка у лантаноидов. Возможно даже — один из Четырнадцати. Ты обратил внимание, как он держит правую руку?

Я кивнул.

— Штука, которую он на себе носит, в просторечии называется «мясорубкой». Она бездействует, пока кто-нибудь не нападёт на хозяина. «Мясорубка» превратила бы твои пальцы в фарш, если б ты полез в драку.

— Никогда о таком не слышал, — недоверчиво сказал Оодзи. Эдвард развёл руками.

— Я слышал, хотя в действии не наблюдал. Преимущества профессии.

Взглянув на наши помрачневшие лица, он усмехнулся.

— Ну и ладно, хватит об этом. Я не хотел никого пугать.

— Расскажите подробнее про огов, — вмешался я, положив руку на плечо Афидмана. Меня беспокоило его состояние. Он оставался безучастен к происходящему даже после того, как мерзкий чужак удалился.

— Почему их отдают Фабрике?

— Это же очевидно, — ответил он. — Если не будет огов — не будет новых поставок биоткани. А из неё делаются пропуска для работников Башни, кабели для ТСМ и костюмы для легионеров. Да что там говорить! Если город не сможет вовремя обновлять Хидоты, нас всех просто-напросто смоет в канализацию.

Я слушал его разглагольствования в немом изумлении.

— Само собой, это относится только к белым огам, — уточнил Эдвард.

— А что, бывают и другие?

— Существует три типа огов, — с готовностью откликнулся он. — Серия АКН: няньки. Это оги женского пола. Серия АКС — это оги-стражники. И, наконец, серия АКУ, представитель которой сидит возле тебя. На производство биоткани способны только оги серии АКУ. Все остальные оги созданы для их обслуживания и охраны. Теперь догадываешься, почему этот тип так настаивал на покупке? Ваш ог — наиболее ценное имущество Фабрики.

— Я догадываюсь, что ты нарываешься на неприятности, парень, — раздался голос Джона. Захмелевший транзитник, скрестив руки на груди, остановился за спиной у спокойно сидящего Эдварда. За Джоном толпились остальные члены нашей команды.

— Ты занял моё место, чувак! — грозно сказал Марик. — Откуда ты взялся?

Тон у него был весьма воинственный. Я подумал, что, будь я на месте собеседника, давно бы наложил в штаны от страха. Но Эдвард, запрокинув голову, с улыбкой повернулся к моим товарищам.

— Этого человека зовут Риомишвард, — бесстрастно пояснил Оодзи. — Он сборщик слухов на службе у «Аримаспи».

— Нам стукачи не нужны, — немедленно отреагировал Зенон.

— Вышвырни его, Открывашка, и дело с концом! — сказал из-за их плеч Перестарок. Ручища Марика опустилась Эдварду на загривок, как будто силач только и ждал какого-нибудь сигнала. Тут уж я сообразил, что дело пахнет жареным, и поспешно вскочил с места.

— Э-эй, не трогайте его! Это мой гость!

— Знакомый, что ли? — Марик разочарованно убрал руку. Я обвёл глазами настороженные лица команды.

— Ну… можно и так сказать. Он — первый человек, с которым я встретился в Таблице.

— Небольшая поправка, — подал голос Эдвард, — первым был тот, кто тебя нашёл. Я занимался только твоей диагностикой.

— Всё равно, — упрямо сказал я. — Других я не помню, а вас запомнил.

— В таком случае, пожалуйста, давай на «ты», — попросил он, поморщившись. — Нам лишние формальности ни к чему.

К финалу вечера мы выпили с ним на брудершафт, и я последовал примеру Открывашки, который через слово величал нашего гостя «Эдиком».

— Эд, — спросил я, — а тебе не влетит за то, что ты нам всё это разбалтываешь?

— С кем я общаюсь в моё личное время, это моё личное дело, — слегка заплетающимся языком выговорил он. — Но я таки рассчитываю на ответную любезность. Чисто для себя.

— В с-смысле? — спросил я, через силу отхлёбывая из захватанной полупустой кружки. Пиво в меня уже не лезло, но надо же чем-то занять руки.

Эдик склонился над поверхностью стола, приблизив глаза к беспорядочно разбросанным салфеткам.

— Интересные картинки у вас тут нарисованы. Я сразу положил на них глаз. И на вашего ога тоже.

Заши, Перестарок и Джон, оборвав какой-то пустой спор, повернулись в нашу сторону.

— Откуда вы это взяли? — продолжал сборщик слухов.

— Срисовали с Афидмана, — сказал Перестарок. — Это было на нём во время игры.

Заши поделился новообретёнными знаниями:

— Это египетский крест!

Эдвард энергично помотал головой.

— Неа. Вовсе не обязательно. Похожим знаком алхимики обозначали ртуть. И планету Меркурий.

— И что из этого следует? — сказал Перестарок. — Какой в этом смысл, хотелось бы знать?

— Ну-у… — Эд почесал макушку указательным пальцем. — Название элемента «ртуть» переводится как «жидкое серебро». Или «вода плюс серебро». Если в этом знаке зашифровано сочетание омы и оты — допустим на минуточку такое прочтение, — тогда это должны быть Хидота и Аргенома. Аргенома — очень редкий синт, который отзеркаливает все прочие ома- и ота-атаки. А Хидота, как известно, используется для манипуляций с жидкостями.

— Слишком сложно, — подал голос Зенон, который, оказывается, тоже прислушивался к разговору. — Почему не предположить, что это один-единственный синт?

— То есть, Хагома? — откликнулся Эд. — Но она всего-навсего повышает харизму владельца.

Они пялились друг на друга, как заговорщики. Меня радовало, что они нашли общий язык; сам же я во время этого обсуждения откровенно скучал. От проскакивающих в каждой реплике Хидот и Хагом у меня голова пошла кругом.

— Что так, что эдак, всё равно ничего не понять, — недовольно сказал Перестарок. — Ясно, что ог как-то связан с тем, что творилось на Арене. Но откуда взялся призрак? И почему он похож на Гиаза?