Великий Уравнитель (СИ) - Васильева Алиса - Страница 12

Пустующая вертолетная площадка подтвердила опасения Ивана. Несмотря на поздний час, Рида еще не вернулась. Как бы странно это ни звучало, но в присутствии многоглазой болотной ведьмы, питающей слабость к трюкам из программ Дискавери, он чувствовал себя лучше.

На этот раз никто из хозяев не снизошел до того, чтобы хотя бы поприветствовать гостя, и Иван, послонявшись немного по поместью и перекинувшись парой фраз с немногословной угрюмой прислугой, с тяжелым сердцем побрел в безлюдное правое крыло дома.

«Не удивительно, что никто не хочет жить в этой части имения. Тут же атмосфера — как на кладбище», — размышлял он по дороге.

Ноги просто отказывались идти к гостевой комнате и Иван, сам не поняв как, свернул в библиотеку.

«Может, поискать тут сказку, в которую я, по словам Риды, угодил? — подумал он. — Что-то про Великого Уравнителя, ведьму и вилы. Фантастический набор».

Молодой человек с тоской оглядел бесконечные книжные полки.

«Славянские мифы? Русские сказки? Что-то очень известное? Нет, я точно не читал этого. Ведьмы да, были во многих сказках, вилы тоже мелькали. Но Великий Уравнитель? Такое я бы запомнил», — рассуждал Иван, скользя пальцами по корешкам книг.

Пушкин, Лермонтов, Тургенев, Чехов… тома, тома, тома…

Внезапно палец Ивана провалился в дырку между книгами. Одной не хватало. Полку занимали произведения Гоголя.

«Н.В.», — вспомнил Иван, скосив глаз на ближайший корешок книги.

Молодцов огляделся и только теперь заметил, что он в библиотеке не один.

На большом столе, уткнувшись в раскрытую книгу, сидел нос. Он уже успел раздобыть себе кое-какую одежду. Присмотревшись, Иван понял, что на носе (или на носу?) была шинель.

«Это ведь просто сюрреализм какой-то. Ведь кому это вообще придет в голову — живой самостоятельный нос? — устало подумал Иван. — Нос в шинели. Это как у Горького. Или у Гоголя?»

Нос хмыкнул так, что эхо прокатилось по всей библиотеке. В этом хмыке явно слышалось презрительное неодобрение.

«У Гоголя. Точно у Гоголя, — решил Молодцов, — там нос тоже бегал. Я словно в этот бред попал».

И тут в голове у Ивана что-то щелкнуло.

«Гоголь и про ведьм писал! «Вечера на хуторе»!

Сюжет произведений Молодцов помнил смутно, поэтому он принялся открывать подряд все тома собрания сочинений в поисках нужной книги. Очень скоро он сообразил, что ему нужна именно та книга, которую решил почитать нос.

Пока Иван мучительно раздумывал, вежливо ли будет обратиться к такому необычному собеседнику «О, нос!» — нос исчез. Словно и не было его в библиотеке. Словно и не сидел он за книгой в серой шинели.

Чертовщина.

Иван осторожно подошел к столу и заглянул в книгу. «Вечера на хуторе близ Диканьки» оказались именно в этом томе.

Молодцов буквально проглотил текст.

«Ну, как-то не очень похоже», — разочарованно подумал он, — какие-то мешки, сапоги, грамоты, утопленницы, черт, заколдованные места, но при этом ни одного упоминания об Уравнителе! И зачем было столько писать? Разбирайся теперь, в какую именно историю угодил!»

Иван промаялся несколько часов, но понятнее ситуация не стала. Пришлось идти в свою комнату ни с чем.

При этом нервы у молодого человека расшатались настолько, что несколько метров до двери своей комнаты он пробежал с закрытыми глазами, чтобы не видеть «склеп» Елизаветы. В голову лезли красные свитки, проклятые места и колдуны.

«Вот ведь начитался всякой жути на ночь глядя», — с запозданием укорил себя Иван, закрывая дверь.

«И так всю прошлую ночь кошмары снились. Или это был не сон? Ведь Елизавета — точно ведьма, вот и Рида подтвердила».

Нехорошее ощущение, преследовавшее Ивана накануне, вернулось сразу, стоило только переступить порог комнаты. Иван поежился от одной мысли о том, что ему предстоит провести еще одну ночь в этом месте. Он снова передвинул кровать от стены к окну, хотя и помнил, что это не поможет.

Проворочавшись без сна с час, Молодцов решил прибегнуть к более действенным мерам. В конце — концов, он ведь любимое дитя Вселенной. Нельзя ни на секунду сомневаться в этом. Так утверждали авторы книг по личностному росту, а им можно верить. Главное — ежедневные аффирмации, осознанность и позитивное мышление.

«Я нахожусь в гармонии с миром. В моем гармоничном мире нет места ведьмам», — уверенно произнес он вслух.

Помогло, прямо скажем, не очень.

Стена с цветочками, казалось, насмешливо ухмылялась. Или это тени?

И тут Ивана осенила еще одна блестящая идея. Не отдавая себе до конца отчета в своих действиях, он достал с рабочего стола маркер и прямо на обоях вывел: «Я нахожусь в гармонии с миром», а перед кроватью — «В моем гармоничном мире нет места ведьмам».

Это была явная и неприкрытая порча чужого имущества, но, тем не менее, стало легче. Страх немного отпустил.

За следующие десять минут Иван исписал весь пол аффирмациями и позитивными утверждениями.

А через двенадцать минут молодой человек уже спокойно спал.

Через двадцать две минуты он проснулся.

Это снова началось. Полынь на стене шевелилась, а вот Иван опять не мог. Надпись на обоях пошла волнами, и вскоре просто повисла в воздухе, а стена, как и в прошлую ночь, начала плавиться, открывая соседнюю комнату с ее кошмарной обитательницей.

Елизавета, хотя Иван и понимал, что о дамах так говорить и даже думать не следует, выглядела еще хуже, чем накануне. Ее красные глаза вылезли из орбит, а вены на синеватой коже вздулись.

И вот что удивительно — светящиеся буквы аффирмаций сработали словно ограда. Напоровшись на них, ведьма взвизгнула от боли.

«Хоть бы она осталась в своей комнате!», — с надеждой подумал Иван, но Елизавета не сдалась.

Шипя, как змея из Гарри Поттерра, ведьма с трудом, но все-таки перебралась через висящую в воздухе надпись про гармонию с миром.

Остальные аффирмации ей, видимо, тоже пришлись не по душе.

— Ах ты, гаденыш! — возмутилась она.

Иван и сам понимал, что портить чужые обои и пол маркером — дурной тон, но почему-то не чувствовал особого раскаяния. Он сконцентрировался на том, чтобы читать про себя надписи. Это хоть немного, но отвлекало от творящегося вокруг ужаса.

Елизавета что-то злобно выкрикнула, и буквы задымились. Иван почувствовал запах гари и почему-то серы. Одна из букв на полу надулась и взорвалась, словно пузырь. Несколько красных капель попало на правую руку мужчины, он ощутил резкую боль.

«Нет, это точно не сон! Во сне не может быть так больно! — в панике подумал Иван. — Что же это за сказка такая? Вот ведь Гоголь удружил!»

И остальные надписи тем временем начали пузыриться и лопаться. Иван ухватился взглядом за ближайшую из них: «В любой момент можно выбросить из своей жизни все что угодно. В любое время. Мгновенно».

Насколько Молодцов помнил, эта фраза принадлежала какому-то Хуану.

«Я выбрасываю из своей жизни ведьму! — прокричал он про себя, так как вслух этого сделать не удалось из-за онемевшего языка. — Мгновенно! Прямо сейчас!»

Фраза, которую он прочел в слегка модифицированном варианте, вдруг тоже лопнула, обдав Елизавету фонтаном белых капель света. Ведьма закричала, и Иван чуть не потерял сознание, увидев ее длинный черный язык.

А брызги от лопнувших слов прожигали ведьму, оставляя глубокие шипящие борозды. Иван хотел извиниться, но по-прежнему не мог произнести вслух ни слова.

Елизавета метнула на него полный ненависти взгляд.

— Придумал пользоваться заклинаниями? Думаешь, это тебя спасет?

Ее длинные, трупного цвета руки потянулись к Ивану.

«Я под защитой Вселенной! В моей жизни происходят только позитивные события!» — в панике читал оставшиеся аффирмации Иван.

Свет прожигал руки Елизаветы до костей, но крови почему-то не было, только кожа, съеживавшаяся как бумага и сероватое мясо. В комнате стоял удушливый запах горелой плоти.

Как и в предыдущую ночь, острые ногти ведьмы замерли в нескольких сантиметрах от горла Ивана. Его амулет с черепахой, орлом, тигром и лягушкой отчаянно завибрировал.