Леонтоподиум. Книга I-II (СИ) - Васильева Алиса - Страница 46

— Держи, — старуха протянула руку.

— Спасибо! — Нина шагнула к ней и взяла ключ.

Вагоны понеслись мимо.

— Приготовься, сейчас прыгаем!

Дальше все происходило как во сне. Марго волновалась, что Нина не сможет уцепиться за вагон, ведь она совсем недавно едва стояла на ногах, но опасения оказались напрасными — Нина прыгнула первой.

Голова Марго отключилась, передав управление телу и рефлексам. Просто прыгнуть — если бы речь шла о прыжке в спортзале — ничего сложного, расстояние плевое. Нужно всего лишь забыть, что это движущийся поезд, а внизу рельсы под напряжением. И все получилось. Марго сама не поняла, как она оказалась между вагонами поезда, а Нина поразила ее еще сильнее — девушка справилась и с прыжком, и с дверью так, как будто проделывала этот трюк ежедневно.

Оказавшись в вагоне, Марго опустилась на сиденье и только тогда осознала, что ее ноги трясутся. Нина сидела рядом и стирала с лица и ладоней засохшую кровь гигиеническими салфетками, извлеченными из рюкзака.

Девушки молчали. И тут Марго вспомнила, где видела старуху, подарившую им ключ, — она играла на скрипке в метро в ту ночь, когда Вадим после концерта схватил Марго. Розанов убил ее подругу. И тоже что-то сказал про обязательный взнос. Только тогда скрипачка была молодой девушкой. Это было несколько дней назад.

Марго выбросила всю эту историю из головы, сейчас перед ней стояла более насущная проблема.

— Нас с тобой остановят на выходе из метро, там всегда стоят какие-то охранники, а сейчас еще и народу, кроме нас, никого, — сказала Марго, наблюдя за манипуляциями Нины.

Ей никогда не приходило в голову, что стереть засохшую кровь так сложно.

— Верни мне шарф, — попросила Нина, — и на, держи ключ. Брось себе в рюкзак.

Она выглядела на удивление спокойной. Ей удалось более-менее сносно оттереть лицо и руки, а волосы она спрятала под шарфом, но вид все равно был ужасным — на лице царапины от чертополоха, куртка в репейниках, кроссовки в грязи, джинсы вообще бурого цвета. Марго посмотрела на свою обувь и руки и поняла, что выглядит не намного лучше.

— Нас обязательно остановят и арестуют, — повторила она, — мы выглядим как бродяги, а ты еще и вся в крови.

— Необязательно. Крови слишком много, чтобы кто-то поверил, что это на самом деле кровь. К тому же мы выходим, а не входим в метро. Не думаю, что кто-то из охранников захочет мараться ради двух бомжих, которые и так хотят покинуть их зону ответственности. Главное, веди себя естественно и уверенно.

— Ты серьезно? Что-то я не чувствую в себе особой уверенности, — буркнула Марго, — а естественным сейчас было бы биться в истерике.

— Посмотри на ситуацию другими глазами. Тем более что своих-то у тебя нет. О, уже выходим!

Поезд въехал на платформу, и Нина направилась к двери.

Марго последовала за ней, на ходу размышляя, что случайная фраза подруги очень даже кстати. Что же все-таки могут ее новые глаза? Рида говорила что-то про храбрость и дополнительные бонусы.

Марго попыталась переключить взгляд, как со своими прежними глазами, но ничего не изменилось.

«Может, они включаются как-то иначе? Надо будет потренироваться на досуге».

Девушки, приехавшие в последнем вагоне, шли по пустому вестибюлю — Нина чуть впереди, Марго плелась следом. Других пассажиров еще не было.

«И чего я, действительно, так разволновалась? Мы благополучно выбрались из владений сумасшедшей ведьмы, мне заменили глаза, а Нине — сердце, и при этом я беспокоюсь о каких-то охранниках в метро? Да что они мне сделают? В самом худшем случае — вызовут полицию, но вообще-то Нина верно подметила — никто в своем уме не захочет с нами связываться».

Марго догнала Нину у эскалатора.

— Знаешь, ты права! После ночи в компании Риды бояться каких-то охранников просто глупо!

Нина улыбнулась и вдруг громко запела:

Давай по новой начнем игру,

Твои мечты у меня в плену.

Даю свою силу тебе в залог,

И да поможет нам снова рок.

Марго от неожиданности рассмеялась. Она узнала песню «Кристы» «Заклинание». Нина пела хорошо — голос у нее был не сильным, но приятным. Все напряжение разом спало, девушку охватило чувство полной свободы. Они обе живы. А все, что раньше казалось важным: школа, оценки, нападки ма, — все это такая ерунда. Марго подхватила слова песни, и девушки запели вместе:

Твои струны и способность летать,

Мои сто глаз и уменье ждать.

Между тобой, тишиной и мной

Все снова свяжется само собой.

Их никто не остановил и даже не потребовал сохранять тишину — бабуля в будке у подножья эскалатора лишь неодобрительно покачала головой, а пожилой охранник проводил двух ранних дебоширок сонным взглядом.

Нина на минуту задержалась у банкомата, и таксист-частник без лишних вопросов довез их до школы за тройную цену наличными.

Оба охранника на проходной по-прежнему спали, и, когда Марго, закрыв за собой дверь комнаты, плюхнулась на кровать прямо в грязной одежде, все произошедшее уже начало казаться ей далеким сном.

На часах было 6:50 утра.

Марго

Марго смогла заставить себя проснуться только к полудню и, наскоро приняв душ, попыталась привести себя в порядок при помощи скудных средств своей косметички. Полностью замаскировать следы ночного приключения не удалось — с тонкими царапинами на лице толстый слой тонального крема худо-бедно справился, а вот синие круги под глазами ему не поддались. «Ведь есть же какие-то специальные средства от этого. Корректор, что ли, эта штука называется? — с тоской размышляла девушка, рассматривая свое отражение в зеркале. — Вот у ма наверняка нашелся бы нужный тюбик, а я сегодня получу звание "Панда года". Хотя плевать на всех». Когда Марго уже отворачивалась от зеркала, отражение вдруг поплыло, и она успела заметить в зеркале свои глаза — они поменяли цвет! Из зеленых стали карими. Марго вздрогнула. События вчерашней ночи, уже немного забывшиеся, снова обрели реальность.

«У меня теперь чужие глаза, — напомнила она себе. — И на это тоже наплевать».

Марго отправилась в столовую — голод настойчиво требовал компенсировать пропущенный завтрак. К своему удивлению и зависти, в столовой Марго обнаружила Нину с идеальным и, что самое обидное, естественным цветом лица, аккуратной прической и приветливой улыбкой. Правда, Нина почему-то изменила своим привычкам и вместо привычного двухместного столика сегодня выбрала угловой четырехместный стол. Сидела она там в одиночестве, видимо, никто не отважился ни попенять Нине Лавриной на занятое место, ни подсесть к ее высочеству. Наташа сидела за одинарным столиком неподалеку.

Марго выбрала обед и присоединилась к Нине. Она села спиной к Наталье, постаравшись заслонить собой подругу. Вдруг Наталья тоже умеет читать по губам?

— У тебя уставший вид, — сказала Нина вместо приветствия.

— Зато ты цветешь и пахнешь, — буркнула Марго.

— Не завидуй, это все новое сердце. У меня такое ощущение, как будто я могу горы свернуть. Я никогда в жизни не чувствовала себя такой бодрой.

— Ну, я рада за тебя. А у меня такое ощущение, как будто меня трактор переехал. Пару раз. Ты, кстати, не боишься фигуру испортить? — Марго с недоумением рассматривала Нинин обед, состоящий из шести десертов.

Нина уже расправилась с фруктовым салатом со сливками, доедала шоколадный пирог, а своей очереди на подносе дожидались миндальный пирог, чизкейк, шоколадный мусс в высоком стакане, банановый десерт и пирожное «картошка».

— Знаешь, я вчера ночью поняла, что жизнь очень нестабильная штука. Она может просто взять и закончиться в любой момент. У тебя столько планов и надежд, а тут раз — и все. Тебя нет. Так что нужно наслаждаться каждой минутой. Хочешь что-нибудь?

— Ну, давай чизкейк, — вздохнула Марго, пододвигая к себе блюдце с десертом. — Ты, конечно, права, только все равно поосторожнее со сладким. Не надо самостоятельно себе жизнь укорачивать.