Феникс. Часть 2 (СИ) - Тихий Алексей - Страница 4

— Плохое место, — пробурчал себе под нос Силок.

— Люди! — громко крикнул я, отчего мои спутники вздрогнули. – Люди!

– Кто там?! — раздался ответный крик откуда-то из руин утопленного в болотах города.

— Гости!

– Стой там, иди сюда! Сейчас подойдем! — раздалось в ответ.

Юморист.

Минут через пять подошли обитатели лагеря. Семеро мужчин в заляпанной грязью одежде принадлежали к разным расам: трое были людьми, четвертый — чистокровным орком, пятый был гномом, ну а шестой – ученый — принадлежал к расе эльфов. Хотя его одежда ничем не отличалась от курток и штанов его спутников, по его манере держаться и каким-то другим неуловимым мелочам было ясно, что ученым являлся именно он.

Местный хозяин принадлежал к расе островных, или, как их здесь принято называть, золотых, эльфов. От остальных остроухих эти отличаются бронзовой кожей и золотым цветом глаз. Этот представитель расы, судя по начинающему блекнуть янтарному цвету радужки, уже разменял вторую сотню лет. Его волосы не тронула седина, но такой цвет глаз бывает лишь у тех, кто уже вышел из юности. То есть по человеческим меркам ему было где-то около сорока лет.

– Доброго, хозяева, -- поприветствовал Силок.

– И вам добрых дней, – вполне дружелюбно отозвался эльф. – Не ждали сегодня гостей. Что вас привело сюда?

– По делу пришли. Умные люди посоветовали у вас ответы искать.

– Тогда присаживайтесь, этот дождь так некстати, все равно поработать толком не даст, а по новым лицам я уже успел соскучиться, – с легкой улыбкой на губах произнес ученый.

Хозяин лагеря представился как Сируэль из рода Кедра. Прозвища он не назвал – насколько я знаю, эльфы их не любят, по их мнению, за тебя все скажет твое имя, данное при рождении, и название рода, к которому ты принадлежишь.

Мелкий моросящий дождь не прекращался, но в добротно обустроенном лагере он переносился значительно легче, чем посреди болот или в каменной пещере. Пока хозяева разводили костер и готовили ранний ужин, мы наконец-то смогли расслабиться в тепле и относительном комфорте.

– Так какие дела привели вас в мое скромное жилище? – спросил эльф, когда травяной отвар был готов и разлит по кружкам, а готовящаяся похлебка благоухала аппетитными запахами на всю округу.

– Да вот есть у местных одна проблема… – Я вкратце пересказал злоключения с контрактом гильдии.

– Странная ситуация, я даже с ходу и не назову причину, на что бы могли так обидеться подводные жители.

– Может, кого-то из них убили? – выдвинул я версию.

– Вряд ли это стало бы причиной – из-за пары смертей они не прекратят торговлю. Это крайне плодовитая раса, а срок отмеренной им жизни редко превышает пятнадцать лет, так что вопрос «жизни и смерти» для них мало что значит.

– А то, что вы копаетесь в руинах их древнего города? – осторожно поинтересовался я.

– Им это тоже без разницы. Не уверен, что они вообще помнят, что это именно их город. Я примерно датировал его началом третьего тысячелетия от заселения мира, а это седая древность, по нынешним меркам. Сомневаюсь, что в мире сейчас найдется кто-то, помнящий те времена.

– А как же эльфы и прочие долгоживущие расы? – я от удивления даже приподнял бровь.

– Даже наша жизнь имеет свои пределы. Все мы смертны, и, как говорит древняя мудрость, самое печальное в том, что «внезапно смертны», – покачал головой ученый. – После всех войн и злоключений, что выпали на судьбу этого мира, я не уверен, что найдется хоть десяток разумных, кто разменял больше двух тысячелетий. Разве что боги, но с ними все сложнее.

Эльф ненадолго задумался, затем отхлебнул из своей кружки и продолжил:

– Чтобы вы знали, молодой человек, эти болота когда-то были морским дном, и здесь процветал один из городов-государств мурлоков, судя по останкам демонов. В летописях он был известен как Муссиос – это был один из первых городов, подвергшихся вторжению демонической орды в третьем тысячелетии. Также мне удалось выяснить, что здесь было применено одно из неизвестных великих заклинаний, я назвал его – «воды смерти». Подводные чародеи перед гибелью ударили чем-то настолько мощным, что жизнь вернулась в эти места только через столетия. Заклинание уничтожило миллионы жителей в самом городе и округе, да и саму экосистему, в результате чего на месте подводного города образовалось болото, однако сами строения при этом почти не пострадали. Еще предстоит разобраться в деталях, но, как мне кажется, подводные чародеи использовали обратный принцип целительной силы магии воды. Вода является естественным проводником праны, но, как выяснилось, с ее помощью можно не только передать, но и отнять жизненную силу.

Описанная эльфом история с трудом укладывалась в голове, но я попытался представить, как из миллионов существ на многие сутки пути от города в одно мгновение уходит жизненная сила, и трупы покрывают дно и поверхность моря. Жуткая получалась картина, прямо атомная бомба, только принцип другой. Неизвестные чародеи, кем бы они ни были, решились на отчаянный шаг, уничтожив захватчиков вместе с собой.

– Но ведь такое событие не могло остаться без внимания богов, – басовито присоединился к нашей беседе один из помощников эльфа – гном. – Почему ни один из них не вмешался в происходящее?

– Боги? У богов свои интересы, иерархия и цели. Темные или светлые – все это лишь условность для нас, смертных, – задумчиво произнес ученый.

– Неистинны твои слова, Сируэль, – басом, чуть нараспев возразил подгорный коротышка. – Светлые боги суть защитники мира, а темные же – твари, что силу похищают.

Все присутствующие, кроме меня и эльфа, тут же принялись чертить защитные знаки различных религий. Божественных сущностей в этом мире было великое множество, и каждый выбирал небесного покровителя на свой вкус, но, похоже, иногда встречались и вот такие личности, как эльф, которые верили, что боги существуют, но сознательно отказывались от поклонения. Что же касается лично меня, то я просто не представлял, зачем мне это надо. Наверное, я свою веру утратил тогда, когда лежал посреди джунглей с порванным кирасом горлом и молил Бога о прекращении страданий. Хотя, я, наверное, никогда и не верил. Да, произносил все эти «боже мой!» и «господи, помоги», но искренней веры во мне не было – дань традиции, не более.

– Уймись, Бурко, не с тобой, бородатым, речь веду, – миролюбиво обратился эльф к помощнику. – Для богов война, сильная засуха или моровое поветрие даже полезней затяжного мира. Когда смертные страдают, они начинают истово молиться. Богам для существования необходима энергия, и часть ее они получают из человеческой ба-хионь.

– Ба-хионь? – переспросил я.

– О люди, как же вы глупы и беспечны! – всплеснул руками эльф. – Я чувствую в тебе сильный дар, но как можно оправдать твою безграмотность?! Каждый талант, как драгоценный камень, должен быть огранен опытным мастером, только тогда он откроется миру и засияет своим истинным светом. Как же неидеален и несправедлив мир! Каждый эльфийский ребенок рождается с сильным Источником, но наш дар – одновременно и наше проклятье. Наша природа не столь изменчива, как у других рас. По-настоящему великих магов среди эльфов можно пересчитать по пальцам двух рук.

Не скажу, что я совсем ничего не понял из монолога ученого, все-таки в школе нам что-то рассказывали об эволюции, рецессивных и доминантных генах, но большая часть этих знаний осталась где-то там, на третьей парте у окна.

Видя мое замешательство, эльф привел пример:

– Представь, обычно процент гениев находится в рамках определенной вероятности. Если в твоей стране населения – миллион, а у соседа – десять, то общее количество одаренных в твоей стране – одна тысяча, а у того – десять тысяч. Но вот если в твоей расе процент вероятности ниже, то и цифры будут меньше. Вот и получается, что человеческих магов много, и некоторые из них обладают просто колоссальной властью над мирозданием, которую, кстати, растрачивают попусту, а у нас, эльфов, есть только сильные маги жизни, но и тех немного.