Испытание выживанием (СИ) - Сафина Айя "AyaS" - Страница 39

— А может, мы все не на того поставили, — произнес Ульрих.

— Что ты хочешь сказать? — тут же очнулась Божена.

— Кейн и раньше ошибался.

— Он на правильном, пути! Поверь мне!

— С чего бы это? Ты что ученая? Ты шесть лет пробирки моешь!

— Да пошел ты!

Начиналась стандартная грызня между Боженой и любым, кто ставил под сомнение авторитет Кейна. Раньше я был на стороне Божены. Сейчас же запал пропал. Не потому что я считаю, что Кейн ошибся. Я верю в его теорию, она… элегантна. Но меня утомили безуспешные попытки создать сыворотку, потому что мы собрали порядка тридцати образов крови от разных зараженных, а все равно вирусный геном заполнен лишь на восемьдесят пять процентов.

В первые дни наш прогресс шел семимильными шагами, мы собирали это ДНК-ожерелье, как профессиональные плетельщики бус. Первые два зараженных дали нам почти четверть генома, радости нашей не было предела. Потом еще трое довели эту цифру до пятидесяти процентов, а потом с каждым принесенным образцом мы получали то семь, то пять, то вообще два процента от генома. Постепенно становилось ясно, что в тех окрестностях, в которых мы обитали, вирус застопорился в своем развитии. Мы не принесли еще ни одного образца, в котором потенциал был бы заполненным. Разумеется, нас начинали одолевать сомнения в том, что вирус мог так и не дозреть до своего финала — человеческие ресурсы закончились раньше. А это означало, что он дозревает до сих пор, и возможно, особь с завершенным гомеостазом до сих пор не появилась. В таком случае, какой бы прелестной теория Кейна ни была, она заходила в тупик.

А перепалка между Боженой набирала обороты, она уже успела оскорбить Ульриха его идиотской прической и тот рыдал на плече Хайдрун, смотрящей на Божену взглядом полным упрека, назвала Фабио слабаком и слюнтяем из-за его идиотского ранения, а Свена назвала неумехой и демонстративно плюнула в подгоревшую жаренную картошку.

— Эй! А я-то тут причем? Я не против Кейна! — взмолился Свен.

Но дальше стало еще хуже.

В ресторан ворвалась взбешенная Тесса. Ярость из нее прямо волнами исходила, и я рефлекторно вжался в плечи, надеясь, что она меня не заметит. Интересно, ей мы чем не угодили?

Тесса решительным шагом направилась к Арси и выбила из под нее стул, та стала заваливаться, но Тесса поймала ее в воздухе и резким приемом вывернула руку в плече.

— Какого хрена! — завопила Арси.

Тесса не дала ей договорить, провернула руку на сто восемьдесят градусов и согнула в локте, а потом со всего размаху ударила лбом о стол.

— Тесса, какого хрена ты творишь?!

— Что происходит?

— Говорила вам, у нее крыша скоро съедет. Где моя лопата?

Визжащая в цепких руках Арси кричала во всю глотку:

— Слезь с меня, дура!

Но Тесса продолжала прижимать ее лицом к столу.

— Тесса, ты чего? — Томас боялся приблизиться к сестре и лишь встал из-за стола.

Я смотрел на Тесс и видел, как резко изменилось ее лицо. Она стала бледной, в глазах сверкал гнев, губы сжались в узкую полоску, она была настроена решительно выбить из Арси мозги по непонятной нам причине.

— Я просила тебя сообщить мне, если с Желявы придет сообщение! Так сложно было его передать? — кричала Тесс.

— Да пошла ты! — ответила Арси.

Тесса снова схватила Арси за дреды на затылке и ударила лбом о стол.

— Тесс, прекрати! Пожалуйста! — взмолилась Куки.

— Почему ты решила, что можешь утаить от меня факт того, что на Желяве произошел военный переворот? — процедила Тесса сквозь зубы.

В ресторане тут же стихло. Никогда еще голос Тессы не звучал так холодно и ровно, словно она была роботом, ведущим допрос. Бездушным и холодным роботом.

— Кто-нибудь снимите ее с меня! — крикнула Арси, из носа хлестала кровь.

— Я задала тебе вопрос! И ты ответишь на него, иначе я начну ломать тебе пальцы! — таким же свирепо ровным голосом продолжала Тесса.

— А что бы ты сделала? — рыкнула в ответ Арси.

— А это уже не твоего ума забота!

— А Кейн был прав! Ни хрена бы ты не сделала! Потому что ни хрена у тебя нет! Сыворотка не готова, и чем ты бы помогла там на своей Желяве?

Тесса замерла.

— Кейн? Он знал? — решительности Тесс вдруг поубавилось.

— А с чего ты взяла, что мне вообще есть дело до твоей гребанной Желявы?! Это Кейн просил не говорить. А мне вообще на всех насрать!

Арси попыталась брыкаться, покряхтела, но хватка Тесс была мертвой.

Тесса глубоко вздохнула, а потом произнесла:

— По-моему вы не до конца осознаете, что лучше вам не иметь меня в качестве вашего врага, — теперь же Тесса обращалась к нам, оглядывая каждого своим тяжелым командирским взором. — Я разнесу ваш чертов рай посреди гор в мелкие щепки, если почувствую, что вы этого достойны! И никто из вас не посмеет меня остановить, потому что никто из вас неспособен этого сделать!

— Тесса, мы не знали, клянусь!

— Я ничего такого не слышала!

— Нам очень важна Желява! Ведь там люди!

Мы все взмолились, пытаясь унять ее гнев.

— С этих пор, Арси, ты докладываешь все, что пришлют наблюдатели напрямую мне! Тебе ясно?

Арси попыталась вырваться из цепких солдатских рук, но лишь без сил поникла на столе.

— Иначе что? — прокряхтела она.

— Иначе ты начнешь терять пальцы, а твоя компьютерная лаборатория превратится в пыль. Потому что угадай что, мне тоже насрать на твой дом!

С этими словами Тесса полная злости покинула нашу тухлую посиделку, резко превратившуюся в захватывающий боевик.

Глава 5. Побег

26 января 2071 года. 18:00

Алания

— Ну можно мне погулять? — взвыла Каришка, повиснув вниз головой на лестнице трехъярусной кровати.

— Ты сделала домашнее задание? — я выложила на стол рядом с кроватью рабочий планшет, в котором хранились учебники по аграрной инженерии. Через две недели я должна закончить этот предмет экстерном для скорой аттестации в аграрном блоке.

Какую бы мы революцию ни затевали, но образование всегда идет как-то параллельно боевым действиям, словно мир вовсе не стоит на пороге краха, а надежда на светлое будущее, в котором твое образование непременно пригодится, по-прежнему сверкает ярче солнца. Так Генералитет пытался затмить подозрения населения в том, что бочка с порохом под этой базой скоро взорвется. Люди всегда продолжали жить даже во время войн. Почему бы не жить и во время конца света?

— Да! — Каришка раскачивалась туда-сюда, обхватив лестничную перекладину коленями.

Ее каштановые длинные до пояса волосы теперь свисали до пола, пока ее лицо заливалось краской от разбухавших сосудов из-за неестественного положения, но ее это нисколько не заботило. Эти две сестренки, которых Тормунд так точно обозвал Шишками, потому что они вечно торчали отовсюду, как любопытные варвары, всегда отличались простодушием и пытливым характером.

— Математика? — продолжала я.

— Да!

— Неорганическая химия?

— Да!

Меня снова скрутил спазм кашля от стремительно развивающейся астмы. Подземелье сжирало мои легкие, как плату за возможность продолжать жить. Я отняла платок от губ и увидела красные брызги: уже второй раз за день я отхаркивалась кровью.

— Экологическое равновесие? — продолжила я, не подавая признаков озабоченности своим здоровьем.

— Да!

— Сочинение?

Каришка запнулась и перестала качаться. Я замерла, ожидая верный ответ.

— У меня острый дефицит информации для грядущего доклада!

Я немного скривила лицом, потому что Каришка повторила мою фразу, сказанную ей десять минут назад, слово в слово. Двенадцатилетние так не выражаются. Они из этого предложения разве что предлоги да союзы знают. Более того, она так по-заговорщически сверлила меня взглядом и ухмылялась, что весь ее вид выдавал наш заговор.

Краем глаза я взглянула на караулившего меня солдата из отряда внутренней безопасности. Он стоял возле входа в спальный отсек. В последнее время, как и предсказывал Маркус, их стало гораздо больше, причем эпицентром их сосредоточения стала я. Меня забавляло, что полковники так и не просекли мои тайные способы обмена информацией между заговорщиками. Как бы полковники меня ни блюли, а я все равно найду выход подобно канализационной крысе, имеющие тысячу и один проход из тупика.