Испытание выживанием (СИ) - Сафина Айя "AyaS" - Страница 69

Вдруг оглушительный взрыв атаковал мои перепонки, а взрывная волна повалила на пол с такой силой, что выбило воздух из легких. Барахлюш упал рядом, как и Сопля, и лишь Горе-Федор присел на колено, сохранив равновесие. Нас всех оглушило, и казалось, что прошла целая вечность, пока мозги стекали обратно в мыслительную кучу. В ушах оглушительно стучал пульс, я слышала, как мозговые извилины восстанавливали прежнюю форму, скрипучие кости снова соединялись в скелет.

Что это было?!

Зараженные, застрявшие в проеме двери посреди огня, в секунду разлетелись в фарш. Возле меня лежала клацающая голова, еще не осознавшая, что она не имеет тела, возле ног валялись руки-ноги в разную длину, прям как будто в магазине манекенов — выбирай любой размер!

В следующую секунду перед глазами возник зловещий образ Полковника Крайслера, который в данную минуту я готова была расцеловать! Поварской цех заполонили ненавистные Големы, они добивали оставшихся в живых мертвяков. Крайслер опустился передо мной на колено.

— …чнись!… жешь?!

Он что-то кричал мне, я зачем-то начала усиленно жмуриться, словно отключившийся слух мог быть компенсирован острым зрением.

— …тай по …бам!

Он сжал мою голову своими мощными ручищами и я подумала, что он хочет раздавить мне череп от ненависти к Падальщикам. Но он подтянул мое лицо к нему так близко, что я могла сосчитать поры на его лице.

— Читай по губам! Двигаться можешь?

Где-то вдалеке за тридевять пятьсот тысяч земель я услышала его ор. О боже, он прекрасен!

Я отмахнулась от его рук, вытащила винтовку и сунула прямо ему в лицо.

— Я пустая! — заорала я.

Он ухмыльнулся и на долю секунды в его взгляде я увидела одобрение. Он что-то крикнул своим бойцам в синей форме, те тотчас же бросили мне четыре магазина патронов к FAMASу. Среди Големов я увидела испуганного до дерьма в штанах Щербу — майора Триггера, старый хрен делал все возможное, чтобы заиметь глаза и уши во всех дырах базы. Надеюсь, сейчас ты, урод, пожинаешь все гнилые плоды твоего гнилого служения гнилому старику! Надеюсь, ты просрался конкретно за этот час!

Я поднялась на ноги, меня чуть шатало, рядом постепенно приходили в себя мои новобранцы и Горе-Федор, а Крайслер уже покидал поварской цех со своим отрядом.

— Прорываемся к ангару! — услышала я его крик, на этот раз он уже был ближе.

Мы присоединились к Големам, которых еще час назад готовы были стереть с лица Желявы. Вот так стремительно жизнь мешает стороны игры, словно кидает кости на поле. Но должна признать, что находясь посреди солдат в синей экипировке, к которой меня настраивали враждебно с самых пеленок, я чувствовала, что вместе из нас получилось бы нечто стоящее. То, в чем граждане видели спасение и защиту, а не злостно ненавидели и боялись. Как так произошло? В какой момент ты перестаешь быть защитником слабых и превращаешься в служителя эксплуататоров? Где эта грань? И почему Големы ее не заметили, когда переходили? А может, они верят в свою правоту, также как я верю в свою? Я все больше понимала, что не всегда выбор стоял за простыми солдатам, зачастую они становились всего лишь пешками в коварных играх Генералитета. Я также была обманута, я понятия не имела, что Триггер планировал предать нас с самого начала.

Мы бежали по коридорам, заполненным вереницами трупов. Черт, сколько же умерло людей! Кровь была повсюду: мазками и брызгами на стенах, текла ручьями по полу, по которому хлюпали мои ботинки, на одной из ламп освещения я даже заметила свисающее ожерелье кишок и чуть не блеванула. Я поняла, что мы все старались не смотреть по сторонам, а тупо бежать к одной единственной цели — ангару.

Но вселенная собиралась испытать нашу прочность до атомов костей: мы нарвались на самую настоящую облаву, если зараженные умели их устраивать. Прямо в коридоре перед нами с десяток уродцев вовсю пировали несчастными жителями Желявы.

— Твою мать! Сгруппироваться! — Крайслер среагировал тотчас же.

Големы отточенными движениями, которые так явственно напоминали Падальщиков, что я поразилась их мастерству, заняли условные позиции и начали обстрел. Калашниковы забарабанили по моим уже ноющим перепонкам, я присоединилась к своим братьям по несчастью со своим бесшумным FAMASом. Зараженные тут же отреагировали на визитеров с автоматами и завыли свой боевой клич. Они развернулись к нам, раскрыли клыкастые пасти, из которых сочилась свежая кровь, выпустили вперед когтистые руки и своими фирменными прыжками кенгуру бросились на нас в атаку.

Я охнула, когда на меня повалилась группа Големов, сложившихся под недюжинным ударом монстра, как игрушечные солдатики. Я поразилась мощности зараженных. Твою мать, они обретают силу по минутам! При таком раздолье добычи они же начнут танки переворачивать! И тут меня осенило: точно такой же сценарий развивался в деревне. Меня пробил холод: нам надо срочно добраться до Аяксов!

А зараженные устроили настоящую мясорубку с нашим участием, они крошили кости ребят, как хрустящую соломку, валили с ног, едва те успевали прицелиться. Меня спасло лишь то, что я была не в авангарде.

— В обход! В обход! — кричал Крайслер.

Вдруг двое зараженных сбили его с ног. Я замерла. Крайслер голыми руками пытался одолеть уродцев, мускулы на его мощных руках напряглись так, что я готова была услышать, как трескается кожа.

— Сопля, ко мне! — крикнула я.

Мы с моим верным слугой нацелились на зараженных, окруживших могучую гору мышц под названием Крайслер, и атаковали монстров свинцом. Пули впивались в кожу, но казалось, что они перестали их брать: зараженные словно не замечали пробитых в теле отверстий и продолжали остервенело драть Крайслера когтями. Наконец, нам удалось пробить череп одного монстра и он тотчас же упал навзничь. Едва я нацелилась на второго, усевшегося Крайслеру прямо на живот и клацающего длинными клыками возле головы Полковника, как резкий удар свалил меня с ног. Голова в шлеме ударилась о бетонный пол и я потерялась в этом хаосе.

Я уже не понимала, что происходит. Отовсюду слышались крики людей, завывания монстров, стоны, плачь. Я полулежала на полу, перед глазами мелькали ботинки, ладони, головы, где-то упал автомат, кто-то взорвал гранату без предупреждения. Снова противный писк в ушах. Я поползла прочь, хотя сама не понимала, где это «прочь». Просто хотелось убраться подальше от этого ада, избавиться от кошмарного наваждения. Я ползла до тех пор, пока не поняла, что кисти тонут в крови на полу. Весь мир вдруг остановился, я села, вытащила из кровавой ванны трясущиеся ладони и зарыдала.

А потом мои глаза упали на Крайслера, из последних сил сопротивляющегося натиску убийцы, склонившегося над ним. Лицо Крайслера готово было взорваться как переспелый томат от усилий освободиться от настойчивой хватки мертвеца. А всего в двух метрах от Крайслера возле стены сидел дрожащий Щерба и с ужасом наблюдал за тем, как монстр прямо на его глазах медленно, но упорно одолевал Полковника. Щерба был в тупике. Он не мог сбежать, потому что на единственном пути лежали эти двое.

Я рефлекторно потянулась к винтовке, нажала на курок, едва слышный звук равнодушно заявлял, что магазин снова пуст.

В голове продолжался сумбур из-за растекшихся мозгов, которые уже не воспринимали взрывы в коридоре. Наверное, если я выживу сегодня, то до конца жизни останусь овощем.

— Пистолет! Брось мне! — крикнула я Щербе, не слыша свой голос.

Он не сразу вышел из ступора, и лишь спустя минуту понял, что я говорю о пистолете в его руке. Сукин сын наверняка ни разу не выстрелил за этот день! Трус и подлая гнида!

— Брось его мне! — крикнула я еще раз и протянула руку.

Щерба взглянул на пистолет, идиот даже удивился, что он держит его в руке, а потом вдруг понял, что должен был сделать еще две минуты назад. Спаси Полковника, остолоп! Щерба нацелился на зараженного, сидевшего на Крайслере. Полковник готов был сдаться, человеческие мышцы не способны побороть мышцы зараженного монстра.