Алька - любовь моя (СИ) - Бондаренко Ольга - Страница 20

Алька на второй день не смогла дозвониться до мужа. Сначала не очень беспокоилась. Знала, что дел много. В офис звонить не стала. Не особо она волновалась и еще неделю, знала, что Дмитрий уже на севере. Скучала только. А связь в то время была еще неважная. Женщина даже начала слушать сводки погоды. По северным районам страны один за другим проносились циклоны. Разве тут дозвонишься?

Прошло две недели. Телефон молчал. Алька смотрела на него и умоляла, словно все зависело от этого старомодного аппарата:

-- Ни позвони, пожалуйста, ну соедини меня с Димой. Ну что тебе стоит! Я же не выдержу, я же забуду. Я же люблю только Вальку. Дима, что ты делаешь? Я стараюсь....

Телефон упорно молчал. Раздавались только короткие звонки, длинных, междугородных не было. И Алька позвонила в офис Дмитрия. Ответила Илина. Она сообщила, что Дмитрий Сергеевич ещё не вернулся. Успокаивала Альку. Но в её голосе звучала фальшь, даже какое-то торжество, и женщина от её слов ещё больше задергалась. Вспомнила непонятную к Илине нелюбовь Людмилы.

-- Ну чтобы хоть телефон Людин бы знать, - в отчаянии подумала Алька.

Петр Ильич и тетя Сонечка с тревогой следили за своей девочкой.

Когда прошли первые радостные дни встречи, когда уже Алька рассказала про гибель Валентина, про Дмитрия, как она не могла вспомнить, что было с ней, тетя Сонечка стала замечать, что, несмотря на хорошие рассказы Али о своей новой жизни, о том, какой замечательный у нее Дима, та выглядит не очень-то счастливой. Мрачнеет с каждым днем, застывает в самый неожиданный момент. Добрая фея девушки все поняла. Понял и Павел Ильич.

-- Алечка, - осторожно спросил он молодую женщину, - ты не поспешила с замужеством?

-- Я не знаю, - честно ответила Алина. - Я люблю по-прежнему Валентина. А Дима, он хороший. Я буду жить с ним. Он - моя судьба. Так мне сказала Дева Мария.

В деревню Алина наотрез отказалась ехать. Даже с отцом не захотела видеться, а про мать и говорить нечего. Да и внешне Алька производила впечатление больной. Бледная, похудевшая, ест плохо.

А вот на Павла Ильича встреча с его "девочкой" оказала положительное влияние. Слава Богу, инфаркта у него не было. Приехала Аля, старому ученому теперь было о ком заботиться. Он быстро пошел на поправку.

Беспокоясь о состоянии здоровья Али, тетушка с дядюшкой решили показать её знакомому врачу, Андриану Евгеньевичу, что всегда лечил их семейство, но Алька отказалась.

-- Да все в порядке у меня, - а про себя подумала: - Начнет с пустяков, а вытянет все, до седьмого колена, потом анализы сдавай, объясняй. Все же сначала Дима должен узнать. Не сказала ему, дура. Оставила запасной козырь. Как только им теперь воспользоваться?

Однако после очередного разговора по телефону, Алька упала в обморок. Испуганные Софья и Павел Ильич, не слушая протестов племянницы, вызвали врача. Андриан Евгеньевич осмотрел Алю и сказал:

-- В вашем положении лучше не волноваться.

-- Вы правы, - уныло согласилась молодая женщина.

-- Ничего страшного, - подвел итог врач, - бывает все. Но лучше обратиться к специалисту.

-- К какому специалисту? - не сразу понял Павел Ильич.

-- К гинекологу, батенька, к гинекологу, - философски прокомментировал врач. - Беременна ваша Алина.

И ничего больше не стал ни спрашивать, ни говорить. Видел, что не в настроении Алька. После ухода врача Алина разразилась слезами. Павел Ильич, наоборот, повеселел.

-- Софочка, у нас будет внук, ты слышишь, Софочка, - он радовался, как ребенок, гладя по голове Альку - Ну что ты, ревешь, моя девочка? Такое счастье нам принесешь в скором времени. Или ты не хочешь...

-- Нет, не в этом дело, - всхлипнула она в ответ.

-- Я давно уже догадывалась. Какой срок? - вступила в разговор тетя Соня.

-- Месяца три, - ответила довольно-таки грустно Алина.

-- И ты ещё не была ни разу у врача?

-- Нет.

-- Надо тебя срочно к гинекологу, - всполошилась тетя Сонечка.

-- Надо, - уныло согласилась Алька.

-- Никак не пойму. Ты что не рада? - спросил Павел Ильич.

-- Рада, - также уныло ответила Аля.

-- В чем тогда дело?

-- Дмитрий меня бросил, - и Алька разрыдалась окончательно. - Нет Вальки, Диму я потеряла. Я не знаю, как мне жить.

Тетя Сонечка и Павел Ильич замолчали. А потом, как по команде, стали уговаривать её, что это не важно сейчас, что и без Дмитрия она проживет, что средства у них есть, хватит на жизнь и Але, и её ребёнку, что самое главное - скоро в их доме появиться малыш.

-- Малышка, это будет девочка, я знаю, - улыбнулась Алька.

Уже потом она рассказала тете Сонечке, что, не находя Димы, молодая женщина от отчаяния, не веря Илине, что он ещё не вернулся, позвонила домой. Дома трубку подняла та же самая Илина и рассказала, что она теперь живет с Дмитрием, что ей, Але, лучше сюда не звонить.

-- Позовите Диму, - потребовала Алька.

-- Дима, - крикнула Илина, - это звонит Аля. Дорогой, поговори с ней.

Через несколько секунд тот же переливистый голос секретарши сообщил, что Дмитрий же не хочет с ней разговаривать.

-- Как же так? - возмутилась тетя Сонечка. - Ты носишь его ребенка...

-- Он не знает, - прервала Алька.

-- Почему ты ничего не сказала? У тебя уже большой срок.

-- Я не решалась сказать, Дима не хотел детей... Так и получилось. Я забеременела, он меня оставил. Но почему так? Почему те, кого я полюблю или пытаюсь любить, расстаются со мной? И Валентин... и Дмитрий...- голос женщины прервался рыданием.

-- Валя же тебя не бросал, - осторожно сказала тетя Соня.

-- Но он тоже оставил меня! Он погиб... спасая меня... почему я не утонула? Мы бы были вместе сейчас... Зачем мне новые мучения?

Молчали самые близкие люди. Искали нужные слова. И не находили. А Алька вдруг вздернула голову:

-- Ничего, мои родные, я с вами. Вы меня точно не бросите! Тетя Сонечка, я же из рода Орел-Соколовских. Я ведь сильная женщина. Знать, мой удел - быть одной. Как хранительнице колец. Только их тоже нет...

-- Это всего легенда, - грустно сказала тетя Сонечка, - а про себя думала: - Моя старшая тетка, хранительница колец, уехала в Америку, она была богата, но детей у неё не было. Что стало с ней, я не знаю. Ни разу мне не привелось видеть и вторую мою тетю Елену, пропала она после революции. Сгинула в неизвестности вся ее семья - богатая семья Соколовых. Богата и я, благодаря мужу. Все годы мы скрываем свое богатство. Но не дал Бог нам детей. И Александра, старшая наша сестра, тоже бездетная, вырастила детей Маши. Но у нас есть Аля. Наши деньги, наши драгоценности отойдут ей, и, может, поэтому от неё отворачивается счастье, хоть и отказалась она от своей фамилии. Я, выходя замуж за Павлушу, думала: сошлись орел и соколиха, да видно не те орлы и не те соколы оказались. Я, благословляя любовь Али и Валентина, мечтала, соединились Орловы и Соколовские. А судьбе все не так. Не дает своего согласия. Надо в церковь что ли сходить, попросить счастья Але. Я то я всерьез уже думаю о родовом проклятии.

-- Вот что, девочка, - прервал мысли жены Павел Ильич, обращаясь к Але. - Твой ребенок будет носить другую фамилию.

-- Да, он Королев, - опять помрачнела Алька.

-- Нет, он будет мой наследник. У него будет моя фамилия. Он будет Орловским. Мы быстро провернем это дело.

-- Ну, это ты уже размечтался, - засмеялась жена. - И потом, девочка будет. Она!

-- Значит, Орловская!

Засмеялась и Аля - приятно было смотреть на серьезного ученого, мечтающего о внуке. Он как будто светился каким-то мягким светом, радуясь скорому появлению маленького человечка.

-- Буду радоваться и я, - грустно решила Алька. - Дмитрий еще пожалеет, что оставил меня. Вот вырастет моя дочка красивой, станет актрисой, известной. И будет старенький Димка думать, кого напоминает ему эта красавица. Не раз ещё пожалеет, когда узнает, что это его дочь... Но он не узнает. Я ей вообще напишу отчество "Валентиновна". Всем буду говорить, что от Вали родила. И как жаль, что я не забеременела на теплоходе от Вальки. Жил бы тогда на свете и его ребеночек, его частичка. И я не искала бы спасения у Димы. Как я хочу ребенка от Вали.