Разбитые небеса (СИ) - Лиходеев Степан - Страница 23

Я хмыкнул, осторожно прицелился в ближайшую мишень  - на ней появилась ясно видимая красная точка, и согнул указательный палец правой руки. Пулемет загрохотал неожиданно громко, мощной отдачей меня развернуло вправо, и очередь легла в макет городка, разворотив десяток бревен.

- Идиот, не убей кого-нибудь! – заорал мгновенно упавший на землю Дима, - Ты что, не можешь контролировать отдачу?!

- Да не причитай ты! – отмахнулся я от него, снова прицеливаясь в изрядно пострадавшую мишень.

После того как я отстрелял полную ленту на двести патронов, мы уяснили следующее: стрелять очередью из этого пулемета было совершенно невозможно, хоть я больше и не допускал разворота Мародера, но отдача была такой, что исключала возможность прицельной стрельбы.  Более-менее результативно получалось попадать в мишени короткими – на два-три выстрела очередями. Эффективная дальность стрельбы была не более трехсот метров – дальше я просто не видел метку лазерного указателя. Плюс к этому у меня было серьезное подозрение, что электроспуск пулемета откажет в условиях Зоны отчуждения, хотя Димастый и убеждал, что он проще пареной репы и ломаться там нечему. И с этой плевалкой нам предлагалось устроить вылазку в Зону?!

- Ну не нравится пулемет, давай тебе огнемет установим, - оценив мой скепсис, предложил Димастый.

Я только вспомнил, как катался клубком живого пламени, и меня так передернуло, что он все понял без слов.

- Ну да, огнемет исключен. Ну и с чем тогда ты собрался в Зону идти? С голой жо…кхм манипуляторами?

- Слушай, а у тебя кувалда есть?

- Чегоо?

- Кувалда! Большой молоток на длинной палке! – терпеливо сказал я.

- Господи, а это-то зачем тебе?

Я обстоятельно и подробно рассказал о своем опыте использования холодного оружия против Чужих.

- Скатываемся в средневековье, скоро будем копьями и топорами отбиваться, - озадаченно почесал лысую макушку Димастый, - Кувалда не кувалда, но что-то подобное я тебе сделаю.  Но от пулемета ты все равно отказаться не сможешь – это идея Метельского.

- Ты вообще понимаешь, что в случае столкновения с Чужими, нашу бравую банду разделают как орех за минуту? – вздохнул я, - У нас на всю команду один я с реальным опытом, да и то ни разу не военный.

- Да все мы все хорошо понимаем, - с досадой сказал Димастый, - Никто вас не планировал засовывать в пекло, причем сразу. Но и ты пойми – всю нашу работу оплачивают военные. И если они скажут Метельскому прыгать, то ему остается только спросить: как высоко?

- Что они там такого ценного потеряли? – смиряясь, спросил я.

- Ты не поверишь – мотодельтаплан!

- ?!

- Да-да, представляешь, эти чудики решили проводить разведку с помощью мотодельтапланов, ну там минимум электротехники, один примитивный движок и один оператор с пленочной камерой – думали, что Чужие на них внимания не обратят. Самое смешное, что так и вышло, те на них ноль внимания, фунт презрения. Потом один из этих камикадзе долетел до самой цитадели чужих, все там наснимал и почти смог вернуться, но что-то у него отказало, и он хлопнулся в пригороде Челябинска, который, как на грех, заражен метавирусом настолько, что без скафандра с закрытым воздушным контуром там просто делать нечего. Несколько групп разведки дошли, потоптались и обратно ушли – никто не хочет подыхать там, ОЗК ведь полной защиты не дают. Тут они про нас и вспомнили, благо мы совсем рядом расположились.

- Так если им нужны скафандры полной защиты – дали бы им Витязей и пусть сами шлепают! – продолжал вяло ерепениться я.

- А вот здесь уже большая политика! – поднял указательный палец  Дима, - Наш проект под большим вопросом, фонды дают по остаточному принципу, и если мы в ближайшее время не покажем результат, нас просто закроют и разгонят. Так что если ты и дальше хочешь здесь со мной печеньки трескать в этом санатории и по полигону бегать, лучше подумай, как нам сделать дело и при этом не положить всю команду.

- Я? Почему я?! – оторопел я.

- А ты сам только что сказал почему, - терпеливо сказал Димастый, - Ты единственный из нас кто был в Зоне и сталкивался с Чужими.

- Да пойми ты, я не военный и я никогда никем не командовал, - замотал головой я, - Я вообще манагером был на гражданке, ну, знаешь – отчет квартальный, то-се…

- А я на гражданке был механиком в больничке для инвалидов, - пожал плечами Дима, - И сроду с чужой машинерией дела не имел – а как пришел большой пипец, пришлось срочно перепрофилироваться…

- И вообще я на это не подписывался, - продолжал я, - Меня, когда сюда звали, никто не говорил…

- Так, Глеб, заткнись и слушай меня! –непривычно жестко и грубо оборвал меня Дима, подошел к Мародеру, который между прочим, был высотой в два с половиной метра и как-то ухитрился посмотреть на меня снизу вверх, будучи ниже, - Я думал, что полгода в санбате выбили из тебя эту дурь, но, похоже ошибся.

Я от такого напора даже отшагнул непроизвольно, но рыжий гений продолжал наседать:

- Ты, мудак горелый, пойми – кончились те сладкие денечки, когда можно было никчемные бумажки со стола на стол перекладывать и ни за что не отвечать! Все, амба! Ты либо вкладываешь в дело все что имеешь – все свои силы, все умения и берешь на себя ответственность, либо тихонько отходишь в сторону и подыхаешь там под кустом! Ты понял меня, Глеб? Никчемных дармоедов больше кормить не будут! Ты, сука горелая, здесь морду воротишь, а я бы все отдал, чтоб с тобой местами поменяться, сесть в этот мех и пойти мразей инопланетных бить! Да я готов их зубами рвать, и только потому в армию не пошел, потому что понимаю, что на своем месте от меня гораздо больше пользы! А теперь ты, контрацептив штопаный, единственный, который мое детище, над которыми я ночи не сплю, можешь вести в бой, говоришь мне - я не такая, я жду трамвая?!

Мне стало настолько мучительно стыдно, что, казалось, даже кончики ушей покраснели. А ведь я еще над ним посмеивался, мальчишка мол, в танчики не наигрался.

- Извини, был не прав, - выдавил я, - Я не хочу остаться на обочине, я тоже хочу бить чужих, я просто боюсь не справиться, боюсь завалить все, ты пойми…

- Тебе придется справиться, Глеб, - жестко ответил Димастый, - Я только на тебя и рассчитываю, потому что если эти витязи сраные ломаются каждый день на полигоне, то, когда войдут в Зону они просто встанут колом! И если ты хочешь, чтоб проект продолжался, если ты не хочешь вернуться в свой чертов санбат, ты оставишь ребят на границе Зоны, один пойдешь в район поиска и заберешь то, что нужно!

- От перспективка, - угрюмо ответил я, - Одиночный поиск? Это гарантированный писец в случае встречи с чужими…

- Предлагай другие варианты – будем думать! – огрызнулся Дима, - Думать, Глеб, идеи предлагать – вот что я от тебя жду! А не стоять тут и ныть, что ты ничего не знаешь и не умеешь!

- Да хватит уже меня размазывать, я все осознал и больше не буду! – примиряющее поднял я лапы-манипуляторы, - Обещаю, я буду думать, пока мозги не закипят. И либо вытащу этого камикадзе из Зоны, либо там и останусь…

- Нет, Глебчик, ты его вытащишь в любом случае, - уже остывая после вспышки эмоций, сказал Дима, - У тебя нет права на ошибку, пойми. Неужели ты еще не понял, что то, в чем ты сидишь сейчас, это последняя наша надежда? И если ты погубишь Мародера и похоронишь наш проект, всему конец – тебе, нам, стране, да и планете,наверное,тоже…

Мы помолчали пару минут, думая каждый о своем. Потом я деликатно спросил:

- Ты кого-то потерял, Дим?

- Жена и дочка, - нехотя ответил Дима, - Я в командировку уехал, а они в Москве остались. Я даже не знаю, что с ними случилось, они далеко от места первого удара были. Скорее всего, их просто затоптали в панике. Да я даже тел их не получил чтоб похоронить, они так там и остались гнить на улицах!

Парень вдруг заплакал, надрывно, неумело и горько. Мне стало сильно не по себе, я топтался рядом в огромном доспехе, опасаясь даже руку положить ему на плечо, потому что вместо руки у меня была чудовищная клешня, способная завязать узлом лом.